Новогодний переполох в академии «Милагриум» (СИ) - Селезнева Алиса - Страница 16

Так они и жили. Опять же благодаря своим снам Александр уже многое знал о Мелинде. Он помнил, что ей нравятся яркие цвета, и что из еды она предпочитает мясные шарики с сыром. Он не забыл и о Сэме, и о том, из-за чего именно умерла Пэтти, но бережно хранил все эти вещи в секрете. Мел же узнавала его постепенно, шаг с за шагом. Его любимым цветом был голубой, любимой едой ‒ яичница с беконом, а любимым временем года ‒ зима. Удивительно, но Блаунт никогда не ревновал Мел к Альберту. Он с удовольствием говорил с ней о нём и искренне считал, что Альберт ‒ это некий отголосок его души, случайно угодивший в фотографию.

‒ Знаешь, ‒ сказал он однажды совершенно серьёзным тоном, ‒ я думаю, Альберт ‒ это моя демоверсия. Мой дед по отцовской линии ‒ нормис, и каждое лето, пока я учился в школе, я проводил у него, поэтому я немало знаю о привычках обычных людей. Они любят выпускать пробники разных программ, косметики и даже экзамена. И порой пробник оказывается чуть-чуть лучше оригинала. Так уж устроен мир…

Мелинда на это только пожимала плечами. Она привыкала к Александру, постепенно привыкала, но не переставала говорить с Габи об Альберте, хотя эти беседы и становились с каждым месяцем всё более редкими и короткими:

‒ Альберт, наверное, был рад уйти от меня? Он ни разу не высказал сожаления по поводу скорого исчезновения. Без конца повторял, как ему нравится наш мир и как он любит меня, но никогда не говорил, что хотел бы остаться.

‒ Ох, святой Мерлин! ‒ закатила глаза Габи, чудом не свалившись на пол со стола Люси. ‒ Он просто знал, что шансов нет, вот и молчал в тряпочку, дабы тебя лишний раз не травмировать. Ты и без этого на взводе была. Но вообще, я тут вот что подумала: может, и к лучшему, что он растаял. Останься он с тобой навсегда, и ты бы через год взвыла.

‒ Это ещё почему?

‒ Слишком хороший был. В от сладкого ежедневно, сама знаешь, попа слипается. Да и потакал тебе во всём.

‒ Один раз он отказался выполнить то, что я у него попросила.

‒ Потому что пытался уберечь тебя от самой себя. Наш Берти был идеальный до мозга костей, но на спокойную воду нельзя смотреть бесконечно. Наскучивает, поэтому я всеми четырьмя лапами за Алекса.

Поглядев на Габи, Мелинда засмеялась. На самом деле у Александра было много привычек Альберта. Он точно так же держал её за руку и точно так же оберегал от падений, когда на улице начался новый сезон гололедицы. Даже в ухо он ей шептал похожие фразочки, и всё же личность Блаунта была многограннее. Наверное, потому что он был человеком. Настоящим человеком, а не сваренным в котле с набором определенных качеств.

Так пролетел и март. Начались солнечные дни, подснежники подняли крохотные головы и вылезли прямо за садовыми скамейками. Александру особенно нравилась та, что стояла под пока ещё абсолютно голым дубом. Он сидел, откинувшись на спинку, и читал толстую книгу о самых опасных зельях.

Мелинда подошла к нему сзади, на цыпочках, будто собиралась обокрасть. Впрочем, она уже давно его обворовала, хотя это и получилось случайно, и никак не хотела возвращать добычу.

Он поймал её за руку и усадил рядом с собой. Как и в зимние праздники с Альбертом, с Александром очки ей не требовались. Она улыбнулась ему и стряхнула с плеча невидимую пылинку. Их губы встретились. Мелинда всё же выполнила обещание, которое так и не дала. Она выбрала настоящего мужчину со всеми достоинствами и недостатками и выкинула из головы эфемерность.

А что до духа Нового года, то он тоже вполне неплохо выполнил её желание, хотя и не совсем так, как она рассчитывала, но от этого хуже не стало.

Конец