Хромой из Варшавы. Книги 1-15 (СИ) - Бенцони Жюльетта - Страница 106

В речной экспедиции журналисту была отведена ключевая роль. Без него операция была обречена на провал. Одно дело съездить куда-то на такси, и совершенно другое — добираться туда по реке, да еще в потемках. К тому же двум иностранцам…

— От Тауэр-бридж и до доков берега похожи как две капли воды. Даже если ты хорошо запомнил дом, тебе его не отыскать без помощи коренного лондонца. И днем-то найти непросто, а уж посреди ночи…

Альдо не спорил — устами друга говорила сама мудрость, и он уже поднял было трубку, чтобы позвонить в пивную, которую Кутс избрал своей постоянной резиденцией, как вдруг журналист явился собственной персоной и изъявил готовность отдать себя в полное распоряжение своих новых друзей — в равной мере щедрых и предприимчивых. Кутс сообразил, что если он хочет продолжать розыски похищенного алмаза, то ему просто сам бог велел воспользоваться обществом своих новых знакомых, тем более что они, похоже, никого и ничего на свете не боятся. Поэтому репортер и явился не без робости, но преисполненный доброй воли, предлагая свое исключительное знание Лондона и заверяя своих покровителей, что никогда больше не будет «пугаться собственного страха».

Вернув себе таким образом благоволение компаньонов, Кутс подтвердил искренность своих намерений тем, что нанял небольшую плоскодонку в доке Святой Екатерины, расположенном почти у самого Тауэра. В этом доке обычно бросали якорь большие суда, груженные чаем, индиго, пряностями, драгоценными породами дерева, хмелем, черепаховыми панцирями, перламутром и мрамором. Безусловно, этот док был самым приятным на Темзе, и здесь всегда можно было нанять лодку без риска, что тебя обчистят. Так вот, начиная с дока, друзья гребли без особых усилий, к тому же скоро должен был начаться прилив, который облегчит их путешествие.

— Скажи, что именно ты рассчитываешь там найти? — спросил Адальбер, налегая на весла. — Ты хочешь попасть в подпольный игорный дом или убедиться, что там курят опиум?

— Сам не знаю, но интуиция мне подсказывает, что, изучив тайный притон Ян Чанга, мы не потеряем даром времени.

Далеко нам еще? — поинтересовался Альдо, обращаясь к Бертраму.

— Не очень. Вот уже виднеются лестницы Вэппинга.

Еще немного, и мы будем на месте.

Несколько минут спустя лодка была тихонько привязана к кольцу, специально приделанному у входа в круглый туннель, который так заинтриговал Морозини. Вода стояла почти вровень с порогом туннеля. Альдо и Адальбер, оставив Бертрама сторожить лодку, перебрались на твердую почву и двинулись вперед. Ни малейшего просвета, полная тьма, но благодаря карманному фонарику, который время от времени вспыхивал в руках у археолога, друзьям удавалось ориентироваться и без особого труда продвигаться вперед по неровной и скользкой почве. Очевидно, они были где-то на уровне игорного зала — сверху слышались оживленные голоса игроков.

Туннель оказался недлинным. Он полого поднимался вверх и заканчивался несколькими ступеньками, которые вели к грубой деревянной двери. Дверь была заперта на ключ.

Сквозь щель пробивался желтый свет. Не говоря ни слова, Адальбер вытащил из кармана какой-то предмет, наклонился к замочной скважине и принялся осторожно в ней поворачивать, всеми силами стараясь избежать шума. Много времени не понадобилось. Через несколько секунд створки двери раздвинулись, открыв взгляду коридор, слабо освещенный подвешенным к потолку китайским фонариком.

Морозини восхищенно присвистнул.

— Ну и талант! Какая ловкость рук! — шепнул он.

— Детские игрушки! — небрежно бросил Адальбер. — Замок из самых заурядных.

— Ас сейфом ты Справился бы?

— Это зависит… Но ш-ш-ш! Здесь не место для болтовни!

В коридор выходила одна-единственная дверь — напротив стены, за которой, по-видимому, располагался игорный зал. За дверью кто-то разговаривал. Слов Альдо не мог разобрать, но ему показалось, что он слышит голос Ян Чанга. Затем раздался другой голос. Женский, искаженный яростью:

— Хватит издеваться надо мной! Я оплатила все услуги и до сих пор ничего не получила! Я требую отдать мне то, за что я заплатила!

— Не стоит так спешить, миледи! Ваша торопливость тем более опасна, что она подтолкнула вас прийти сюда, не дождавшись моего приглашения.

— Но мое нетерпение более чем естественно!

— Нетерпение всегда плохой советчик. Так что не жалуйтесь мне, что на вас кто-то напал, когда вы выходили отсюда.

— И вы будете утверждать, что вы здесь совершенно ни при чем?

Молчание, которое последовало за этой репликой, показалось Морозини страшнее самого яростного крика. Сомнений быть не могло: женский голос принадлежал Мэри Сент-Элбенс, и ее смелость произвела впечатление на Альдо.

Дело, ради которого она приехала, было, по всей видимости, для нее чрезвычайно важным, если она могла так яростно наброситься на китайца, который, каждому ясно, был опаснее гремучей змеи. Машинально венецианец нащупал в кармане пистолет, который на всякий случай прихватил с собой. Он без колебаний пустил бы его в ход, если бы понадобилось спасать эту сумасшедшую…

Но тут раздался стук отставляемого стула и скрип паркета под шагами. Ян Чанг, без сомнения, подошел поближе к своей посетительнице, голос его теперь звучал гораздо отчетливее.

— Могу я спросить, какие у вас основания подозревать меня? — ледяным тоном произнес он.

— О, это же так очевидно! Я должна была сразу догадаться, что вы меня обманете! Я заплатила слишком дешево, не так ли?

— Я назначал цену и считаю ее вполне разумной…

— Да будет вам! Вы назначили такую цену лишь потому, что задумали остаться в выигрыше при любых обстоятельствах! И это так просто, не правда ли? Я пришла, принесла вам деньги, вы отдали мне то, за чем я пришла, а затем послали по моим следам своих людей, чтобы они отобрали у меня алмаз!

Услышав слово «алмаз», Альдо и Адальбер едва не вскрикнули от изумления, но удержались — ни время, ни место не располагали к обмену впечатлениями. Ян Чанг рассмеялся.

— Вы слишком умны для женщины. Особенно для такой алчной, — произнес он снисходительным тоном. — Но гордиться своим умом вам не стоит, вы сыграли именно ту роль, что я вам отвел.

— И вы в этом признаетесь?

— А к чему мне это отрицать? Вы ведь все поняли только сейчас, а раньше вам и в голову не приходило, что запрошенная мною сумма просто ничтожна и ею не оплатишь человеческую жизнь.

— Но об убийстве не было ни слова! Я думала…

— Вы перестаете думать, как только речь заходит о драгоценностях. Конечно, это не ваша забота, но теперь убитых уже трое, а не один только ювелир. Мне пришлось покончить и с братьями Ю, моими самыми преданными слугами, потому что, забрав у вас алмаз, они не потрудились отдать его мне.

Хотели нажиться, что тут поделаешь? К счастью, за ними следили. Мои люди схватили их как раз в тот момент, когда они вознамерились сесть на корабль, чтобы отплыть на континент.

Глупая мысль, и она дорого им обошлась: речная полиция нашла их в Темзе.

— Я читала об этом в газетах и должна была бы сообразить, что и это ваших рук дело. Но мне ваши делишки неинтересны. Я хочу получить свой алмаз!

— Вам хочется пережить еще одно нападение? Я предпочитаю подержать этот камень у себя еще какое-то время и даже расположен вернуть вам ваши деньги.

— Стало быть, вам нужно что-то другое…

— Как вы стали понятливы! Да, вы успели узнать меня достаточно хорошо и поняли, что я вовсе не собираюсь вечно хранить у себя камень, которым вы так стремитесь завладеть.

Ваши западные… финтифлюшки не имеют для меня большой цены…

— Черт! — присвистнул Адальбер. — Однако берет он круто!

— Зато сокровища наших великих царственных предков представляют для меня истинную ценность. Отыскать их и есть цель моей ничтожной жизни, — продолжал китаец. — Часть сокровищ находится у вас в доме, и вы получите вашу побрякушку, если передадите мне коллекцию нефрита, принадлежащую вашему уважаемому супругу.