Обычный читер 3 (СИ) - "Son" - Страница 48

В основе преобразования лежит круг. Круг отображает природу силы, и её можно провести в действие, записав в круге формулу.

В основе алхимии лежит Закон равноценного обмена: если ты хочешь что-то получить, отдай что-то равное взамен. Из него вытекает другое правило: преобразования проходят с сохранением массы. Третий закон алхимии — невозможно создать из одного вещества совершенно отличное.

Если ученики и не понимали большую часть объяснений своего учителя, то Мартин сходил с ума, не веря, что такое существовало в мире.

Даже больше, Оливия решила не только объяснить, но и показать на практике. Взяв мел, она начертила круг на доске, объясняя каждую линию как часть формулы. Затем соединила ладони:

— Трансмутация.

На доске появился каменный цветок, удививший всех. Никто не верил, что такая способность была возможна, это казалось магией.

— Учитель, мы тоже так сможем? — подняв руку, спросил Первый.

— Если будете учиться, у вас всё получится…

…

Часто к ним, точнее к Оливии, приходил старик. Первому сразу же не понравился он, в своей чёрной робе и с тухлым запахом изо рта, поэтому часто сторонился его. Если мальчик не понимал этого, то Мартин хорошо знал, что это Евграф Чернов — маг семьи, владеющий кодексом и противостоящий Лейле.

Видимо, вся деятельность Оливии проходила за его счёт. Они часто заходили в комнату и что-то обсуждали. Редко можно было услышать тихие стоны. В такие времена Первый ненавидел Евграфа больше всего.

Поначалу их взаимоотношения были нормальными, но чем дольше времени проходило, тем больше между ними возникало конфликтов. Часто можно было услышать крики, когда они спорили между собой. Однажды, когда Первый был уже взрослым, Евграф вышел, поправил свою робу и буркнул:

— Ты испытываешь моё терпение. Я даю тебе деньги, чтобы ты нашла ковчег. А не для выращивания твоего детского сада…

…

Ярость двигала Первым. Он впитывал знания, как сухая губка воду. Уже через пару лет он начал показывать достойные результаты. Свободно чертил круги, вписывал в них формулу и производил преобразования. Тем самым оправдывал своё имя Первый — как самый «старший», самый первый. Многие ученики обращались к нему уважительно, ведь он казался для всех как старший брат.

Когда парень достиг высот, он хотел, чтобы им гордились. Ему этого было мало, он просил Оливию:

— Учитель, я способен на большее! Что ещё можем изучить?

— Вообще есть один навык… Я расскажу тебе о Триаде Эгид…

Изначально Первый обрадовался новому навыку. Он объединился с тремя братьями, сформировали непроницаемый барьер. И на этом всём в груди появилась пустота.

Триада Эгид действительно превосходная техника. Только её использовать мог и просто дилетант. Ему хотелось погрузиться в пучину тайных знаний, где можно добраться до истины.

«Да, именно… Я хочу познать истину… Я хочу найти врата…»

Впрочем, он понял, что Оливия не намерена давать ему желаемого. Она сознательно начала ограничивать их потенциал, чтобы никто не подошёл близко к её уровню. И сознательно давала ему много работы с младшими учениками, чтобы занять его.

…

За пару месяцев до смерти Первого. Между Оливией и Евграфом произошёл сильный конфликт, который вся школа-интернат слышала.

— Мне нужна окаменелость кодекса!

— Ты совсем дура⁈ — кричал на неё маг. — Ты потеряла вход в Астрал. Местонахождение ковчега до сих пор неизвестно, прошло уже больше двадцати лет. Я больше тебя не послушаю!

— Да найду его. Дай чуть больше времени.

— Всё, с меня хватит. Ты не получишь окаменелость. Пусть лучше она отобьёт вложенные в тебя деньги. Тогда получу хоть что-то…

Старик явно был в гневе. Он хотел ударить девушку, но сдержавшись, вышел из школы. Больше его не было видно.

В тот день Оливия очень сильно разозлилась и долгое время не приходила в себя. Она закрылась в своей комнате-лаборатории и не выходила. Каждый день Первый приносил еду и задавал один единственный вопрос:

— Мама, всё хорошо?

Начало формы

Ответа не было. Оливия не откликалась, всё писала в своей тетради какую-то формулу на сотни страниц. И вот спустя пару месяцев, он повторил свой вопрос, на что ему ответили:

— Всё отлично. Скажи магу, что у меня есть кое-что для него.

— Но сегодня день аукциона.

— Сегодня? Тогда я сама пойду туда. Возможно, я смогу купить его.

— Будьте осторожны, я буду в школе.

— Да, — согласилась Оливия, — позаботься о детях.

…

Мартин уже знал о событиях на аукционе, но Первый не знал. Он был в школе, когда ему на телефон пришло сообщение:

«Срочно ко мне. Скройте лица. Вам придётся забрать то, что принадлежит мне… и не оставляйте свидетелей…»

Дальше Первый встретил свою смерть, наткнувшись на Мартина. И все амбиции и знания оборвались в один момент.

Глава 36

­– Воспоминания (2)

Не просто было прийти в себя после пережитого опыта. Ощутив лёгкую дезориентацию, Мартин открыл глаза, снял шлем и попытался встать, видимо, куда-то пойти, но, не ощутив земли под ногами, упал на холодный пол лаборатории.

Как будто пьяный, юноша тяжело дышал. Тем более потолок постоянно куда-то уплывал, и глазами его приходилось ловить. В его разуме перемешивался «коктейль» из собственных воспоминаний и воспоминаний Первого, на миг заставляя засомневаться в собственной личности:

«Кто я теперь? Мартин или Первый⁈»

ИИ-чип призвал не драматизировать и успокоиться:

[Бип! Ты Мартин. Просмотр чужих воспоминаний не меняет твоей личности.]

Естественно, никто не слушал глупую машину.

«Да, что ты можешь знать об этом? Я буквально прожил всю его жизнь.»

[Всё верно, в этом и была суть процедуры…]

Тяжело переварить такой жуткий опыт. Поднявшись с пола, Мартин ещё раз посмотрел на тело Первого. Ранее незнакомый мужчина сейчас казался родным и понятным.

«Будто смотришь на собственное тело.»

«Нет, не смей симпатизировать ему. Он пытался убить меня, мою сестру. А значит, он должен был готов умереть в ответ.»

А главное, юноша пытался убедить себя, что он не виноват.

Щелчок.

Вся жалость в миг испарилась. ИИ чипу пришлось вмешаться и увеличить выработку серотонина и дофамина. Мартин вернул холодную голову и посмотрел на два других трупа.

«Пожалуй, с ними я не буду так делать.»

«Чип, отбери знания по алхимии и загрузи их в мозг.»

На самом деле не обязательно самому просматривать всё от начала и до конца, ведь ИИ-чип мог сделать это за него. А просмотреть всё было критически важным. Воспоминания могут быть не всегда точными, и некоторые моменты могут быть искажены. А для науки точность это был ключевой аспект.

После объединения всех знаний Мартину захотелось более глубоко погрузиться в мир западной алхимии. Даже не подозревая, что такое решение заставит его вновь отрезаться от общества и закрыться в стенах лаборатории, ни с кем не общаясь.

Один круг появлялся за другим в лаборатории, коверкая стены и превращая их в хлам. Правда, у алхимии было ещё одно главное свойство, которое могло не только преобразовать, но и вернуть всё в изначальное состояние.

«Естественно, для этого требуется глубокое понимание структуры и состава предмета, а также умение провести трансмутацию с учетом законов алхимии».

Законы и формулы алхимии являлись самым сложным. На самом деле, Мартин довольно быстро понял, что совершенно ничего не понимает и не знает об алхимии, даже с учетом поглощения воспоминаний трёх человек.

«Всё, что у меня есть, мусор. Готовые решения, готовые формулы. Я не понимаю, ни как они образуются, ни что стоит за этими законами…»

Довольно быстро эксперименты из реальности перешли в симуляцию. Там для Мартина открылись новые горизонты. Он пытался создать горы, с помощью алхимии используя лишь формулу, масштабируя их.

«Получается… Но энергии, чтобы сотворить это… В реальном мире её просто не откуда взять. Из-за чего алхимия имеет ограничения…»