Мой идеальный смерч. За руку с ветром. Книга 3 - Джейн Анна - Страница 22

– Нет, спасибо. Просто собирайся, и поедем. В моей машине ты была, на моем диване, – он обвел синими глазами ее фигуру, – тоже. Называла меня своим парнем. Так что тебе нечего боятся.

«Ну да, точно», – подумала она, решив выпроводить этого наглеца. Но как только она открыла рот, интуиция тут же послала ей сигнал: «Не отказывайся».

Лида неожиданно улыбнулась ему – сама не зная зачем. А он опять поймал волну ее искренности и заинтересованности, хотя почему-то уловил в ее глазах и испуг.

«А все-таки Дэн прав, – подумал Петр, когда Лидия покинула комнату, – меня действительно к ней тянет. А это очень сложно признать. Девочка, думаешь, то, что ты выше, меня испугает? Отнюдь-отнюдь. Я люблю покорять вершины. Нет, все-таки тебя надо было найти раньше».

Лида скрылась в своей комнате, на всякий случай закрывшись на хлипкий замок, который, при желании, можно было открыть простым ножом, и прислонилась к стене спиной. Сердцебиение у нее участилось. Этот опасный тип умудрился найти ее, заявил своим уверенным голосом, что она ему нравится и приглашает на свидание. Его даже не смущает тот факт, что, во-первых, она выставила себя самой настоящей дурой в клубе и привязалась к нему в пьяном виде, а Женя опять же из-за нее ударил Петра по лицу. А во-вторых, ему что, действительно безразлично, что она выше его? И выше не на три или пять сантиметров, а как-то побольше.

Девушка потерла лицо руками. Зачем она согласилась? С одной стороны, она все еще пребывала в славном изумлении, с другой – побаивалась отказать дружку Никиты Кларского. Кажется, он настроен серьезно. Не шутит. Если Лида сейчас скажет, что никуда не поедет, то он найдет способ заставить ее выполнить его желания.

А еще – еще ей все же, как и любой девушке, было очень приятно. Она так понравилась парню, что он даже ее адрес нашел.

«Ладно, одно свидание – это не страшно. Он поймет, что мы смотримся глупо, и оставит меня в покое. Да и в «Афинах» я никогда не была. Окей, все будет хорошо. Я со всем справлюсь».

Она в рекордные сроки собралась: расчесалась, уложила волосы, подкрасила глаза и губы, стерла на ногтях лак и покрыла их прозрачным быстросохнущим, отыскала к своему изумлению коктейльное легкое платье почти такого же светлого фисташкового оттенка, как рубашка Петра.

«Под цвет», – подумала она, все еще слегка дрожащими пальцами ища в шкатулке кольцо с малахитом – надевать простую бижутерию в такое место она не решилась. Лида нашла кольцо, которое тотчас оказалось на указательном пальце, и тут ей вновь вспомнились слова гадалки:

«Фиолетовый. По этому цвету его узнаешь, девочка моя. Ох, ну и упрямая же ты, сильная, с виду холодная. Да и он не сахар. Такой же. Сойдетесь».

У Петра фиолетовая машина, да и когда они встретились, он был в фиолетовом пиджаке! Это точно, потому что она подумала, что ее ногти прямо ему под цвет!

«Ах, да, не увлекайся, Лидия, тем, что тебе настойчиво предлагать будут. Зависимая ты сильно… Тебя жизнь немного поучит и все успокоится. Фиолетовый тебе поможет, если ты его не оттолкнешь».

Девушка вдруг даже села на кровать от изумления.

Этого не может быть! Он ведь тогда не дал ей выпить эту наркотическую дрянь! Едва ли не вырвал из рук. Да и характер Петра явно не из слабых, и с виду он холодный… только дыхание у него горячее. Там, в его кабинете, когда у нее все плыло перед глазами, Лида явственно ощутила, какое горячее дыхание было у этого слегка надменного, но показавшегося ей тогда милым и добрым, молодого человека. Горячее, почти что обжигающее, хоть и мимолетное.

Лида отогнала воспоминания – она в принципе их не любила, потому что они имели нехорошую тенденцию понижать ей настроение. И еще раз подивилась словам гадалки, отогнала от себя мысль, что она права (не может быть! Никакой магии не существует, по крайней мере, на набережной их города) и что Петр – ее якобы как бы судьба. Которой не существует.

Лидия вышла из комнаты, улыбнулась молодому человеку, в ожидании рассматривающему развешанные по стенам фото с ней и ее семьей, и незаметно сжала руки в кулачки – на счастье. Этот опасный Петр все-таки умел притягивать к себе.

– Отлично выглядишь, – кивнул он ей, явно оценив то, что она надела платье именно такого цвета. – Очень хорошо. Теперь идем. Сегодня вечером ты будешь моей леди.

– А ты – моим джентльменом? – уточнила девушка без особой симпатии в голосе.

– Конечно, – улыбнулся он. – Буду очень галантным и крайне вежливым. Не забудь накинуть что-нибудь сверху, на улице прохладно.

Ей пришлось взять с собой летний легкий плащ. А вот обувь она предусмотрительно выбрала почти без каблуков. Благо, что пара таких туфель вообще у нее была.

Он по-хозяйски открыл ей дверь, пропуская вперед. Дверь в автомобиль он тоже открыл, улыбнувшись, глядя, как высокая девушка садится в его машину. Открывал и тогда, когда они прибыли к ресторану «Афины», куда могли попасть далеко не все даже обеспеченные жители города. С тех пор он всегда и везде пропускал ее вперед. Ну, конечно, за исключением тех случаев, когда ему самому нужно было идти первым, чтобы ее защитить. Или в тех случаях, когда, следуя ресторанному этикету, шел впереди, держа ее за руку, чтобы указать путь и выбрать столик.

В машине они почти не разговаривали.

Глава 9.

Через минут сорок они сидели в ресторане, около самого окна, большого и круглого, которое выходило на набережную. Поскольку Петр и Лида находились на последнем этаже самого высокого небоскреба, гордо возвышающегося в центре города, то вид им открывался превосходный. Самые разные дома, складывающиеся в проспекты, улицы и переулки; парки, площади, асфальтовые вены дорог, по которым скользили машинки, похожие на игрушечные; бархатно-синяя река, плывущие по ней лодки и даже несколько пароходов; темно-зеленые от обилия хвойных деревьев горы вдалеке, по которым скользили последние, но все еще очень яркие солнечные лучи. Дождь кончился, на время уступив место заходящему солнцу.

Предупредительный официант только что ушел от них с заказом. Сначала парень и девушка долго изучали меню: он критично, она с удивлением из-за цен. Однако Лиде пришлось отказаться от слов «я буду все, что будешь ты», и выбирать блюда самой, потому что эти слова сказал Петр, внимательно глядя на свою спутницу. И добавил, что он голоден. Правда потом, когда девушка озвучила официанту свой выбор, молодой человек сказал, что пошутил и сделал свой заказ. Лиде оставалось только сердито на него посмотреть: этот умник занятно смог заставить забыть о ценах. Правда, сердилась она лишь внешне. Внутри стало приятно-приятно от его заботы. Необычный он все же…

После официанта к паре подошел улыбчивый сомелье: импозантный мужчина лет пятидесяти в сюртуке, который подробно рассказал о винах «Афин». Петр, изучив винную карту и выслушав мужчину, выбрал дорогой и, кажется, какой-то коллекционный французский напиток. Официант тут же притащил это вино в специальной корзинке. И неспешный сомелье, как в фильме, продемонстрировав красивую бутылку из темного стекла с этикеткой на французском, почти торжественно сказал название вина и год урожая. После он открыл бутылку, налил совсем немного красно-пурпурного напитка в свой бокал, взяв его за ножку – как потом пояснил Петр Лиде, чтобы вино не нагревалось от тепла его ладоней, затем поднял на уровень глаз, держа бокал против света, покрутил его по кругу и, вдохнув тонкий винный аромат, наконец, попробовал на вкус. Сказал, что все отлично. И тогда Петр тоже продегустировал вино и медленно кивнул, сказав, что «букет хорош и послевкусие отличное». Услышав это и улыбнувшись, словно он сам выращивал виноград для этого напитка, господин сомелье осторожно разлил вино по бокалам: сначала Лиде, затем Петру. И, пожелав приятного вечера, степенно удалился.

– Выпьем за тебя, – предложил Смерчинский, поднимая бокал.

– Как скажешь.

Девушка отпила пару очень маленьких глоточков. Вино ее приятно поразило – оно не было похожим на то, что она пробовала раньше. Густой, яркий фруктовый вкус действительно оставлял элегантное послевкусие, с миндальными нотками.