В змеином кубле (СИ) - Ружникова Ольга - Страница 18

Молча принимает флягу из рук Анри. Жаль, здесь вино не разогреть. Ей бы сейчас лучше вообще глинтвейн.

— В легендах всё иначе.

— Легенды не лгут. Есть мы, и есть другие. Мы передаем жизнь, они — смерть. Мы живые, они — нет. Я — не бессмертна, Анри. Меня легко убьет костер. Или кинжал баро. Если в сердце…

— А Конрада?

— Он стал таким же, как я. Его теперь тоже убить труднее.

В бою пригодится.

— Но мы оба, если выживем, состаримся. Так же быстро, как ты или он, — кивок в сторону Роджера.

Состариться не грозит никому из них. Как и выжить. Просто Конрад проживет подольше. На сколько-то убитых врагов.

— Можно звать остальных, Анри, — рассмеялась Эстела. Как прежде. — Если, конечно, ты не намерен воспользоваться ситуацией и наговорить мне кучу комплиментов.

Той, что способна спасти только любимого и только что спасла Кора?

— С удовольствием, — серьезно заметил Тенмар. — Ты — удивительная девушка, Эста. Мне редко встречались люди, в ком столько же страсти, ума, красоты, отваги. И доброты. Конраду очень повезло. Надеюсь, когда-нибудь он это поймет.

Не здесь, так в Светлом Ирие.

— И я надеюсь, — состроила гримаску девушка. Вновь потянулась к фляжке — отпить разбавленного вина.

После всего — в горле точно пересохнет. Не все напитки утоляют жажду. Некоторые — наоборот.

— Анри, — совершенно здоровый голос Роджера заставил вздрогнуть обоих. И невольно улыбнуться.

А в очередной раз вернувшийся из Бездны чуть ли не впервые назвал Тенмара по имени.

— Подполковник… — поправился он.

— Как вы себя чувствуете, Роджер?

— Неплохо, спасибо. Простите, что прервал вашу беседу. Но я счел своим долгом предупредить, что очнулся и всё уже слышу… — и осекся.

Вот уж на шутки и вольности с Тенмаром он решился точно впервые. Уже жалеет?

Молчит. Еще и вспомнил, с кем рядом положили.

То ли еще будет, когда очнется Конрад.

А уж если всё вспомнит…

3

Оружие всегда должно быть готово к бою. Даже если бой ждет безнадежный. Последний. Против всей Сантэи.

— А вот теперь слушай. Пришли как-то в квиринскую купальню эвитанец, мэндец и рубиец — выше всех на голову и черный, как сажа…

Им нестрашно. Когда-то Серж удивлялся, а теперь — понял. Привыкли — за эти годы. Особенно — за первые полтора в камере смертников.

А Кридель когда-то отчаянно жалел себя, просидев в тюрьме всего лишь месяц. Даже меньше.

Остальным не страшно. Шутят, травят байки. Не падают духом. Значит, не страшно и Сержу.

— А знаете, — в тон дружному взрыву смеха заставил себя улыбнуться Кридель, — почему никто в Квирине не помнит день рождения императора?

Ха-ха-ха. Дружно и раскатисто…

Хохот оборвался так же дружно. Почти хором. И подобрались все — тоже. И будто невзначай потянулись к оружию.

Вошел центурион. Не тот бровастый дядька, к которому Серж уже более-менее привык. Тот теперь не у власти.

Этот — моложе. Незнакомый. Чужой и хмурый. С бритым обветренным лицом. И жесткими глазами.

И его охрана — человек десять — тоже все новые. Крепкие, здоровенные дядьки.

— Где бывший подполковник Тенмар?

— В госпитале, — с достоинством ответил Керли. Не менее хмуро. Когда он успел выступить вперед? Всей медвежьей статью. — Если разрешите отлучиться — сейчас вызову.

— Почему вы просите разрешения вызвать старшего офицера? — холодно поинтересовался чужак. Почти равнодушно.

— А разве мы не под арестом, господин центурион? — уточнил Рауль, махнув рукой Кевину.

Тот исчез в глубине казармы. Зато вынырнули трое других. Молча и бесшумно. С Эженом Серж почти приятельствовал, с остальными — пока нет. И уже не сведется.

— Не под арестом, а под охраной, — удостоил ответом бритый. — В ожидании особого приказа императора.

— В таком случае разрешено ли нам покидать казарму?

Серж невольно обернулся. Как давно Анри толком не спал? А кажется даже спокойнее этого… курьера по особым приказам. Как и Керли, но тот вообще злится редко. Зато метко.

— Разумеется, нет. В городе неспокойно, это для вашей же безопасности.

— В таком случае — не вижу разницы. Могу я узнать, что за особый приказ?

— Именно сейчас и узнаете, подполковник, — зловеще усмехнулся курьер. — Вас не затруднит построить ваших людей во дворе?

— Ни в коей мере. Вы ведь даете слово офицера, что нас там не ждет расстрел?

Курьер обвел взглядом всех присутствующих. По очереди. Особо задержал его почему-то на Серже.

Б-р-р. Будто грязной водой окатили. Холодной.

— Даю. Слово офицера. И слово моего императора. Сегодня вас не ждет казнь.

Взглядов, которыми обменялись Анри, Шарль и Рауль, Серж не понял. Они всё равно ждут подвоха? Стрелков во дворе?

Что в силах сделать Анри, если это действительно так? Что они вообще могут сделать? Попытаться взять в заложники курьера? Тогда им точно конец. Всю армию на них бросят.

А то и бьёрнландцев пустят вперед — чтобы доказали лояльность.

Мама, отец, прощайте.

Глава 8

Глава восьмая.

Квирина, Сантэя.

1

— В таком случае, почему бы вам не высказать особый приказ императора, к примеру, в фехтовальном зале? — вдруг любезно поинтересовался Анри. — Там удобнее. Не так жарко, и солнце не слепит глаза.

— Но…

— Если мы действительно всего лишь под охраной, а не арестованы? Вдруг во дворе на нас совершат покушение те, от кого вы нас теперь так доблестно охраняете? Тогда пострадают и ваши, и наши солдаты.

Когда-то эта тактика сработала с Поппеем. Сейчас Тенмар выезжает на одном предчувствии. И вовсе в нем не уверен.

— Вы правы, — неожиданно легко согласился посланник Его Величества… того же или уже другого?

Засады и стрелков не будет точно. Как и внезапного нападения во дворе. Тебе стало легче, Тенмар?

Нет. Во всяком случае — не намного.

Анри шел рядом с полномочным посланником. Если что — придется брать в заложники. И в случае чего — убивать. В случае выстрелов в окна. В том числе — неожиданных. И кто-то из своих погибнет точно. Не успеет отшатнуться.

В очередное окно коридора видно залитый утренним солнцем двор. И ряды преторианцев вокруг казармы. Тройные. Численное преимущество — в десятки раз. И луки присутствуют.

Почему же тогда посланник не настоял?

Вот и главный зал. Те же статуи вдоль стен, то же оружие. Оружие — это вообще отлично. Будет, что хватать.

Жаль, что нет пистолетов. Или хоть луков. Да и арбалеты бы не помешали.

Хороший зал, тоже солнечный. Лучам раздолье — вон как в окна лезут. В широкие. Плохо, что раздолье и стрелам. А куда еще было тащить этого индюка с охраной? Всё лучше, чем плац.

Ребята выстроились — любо-дорого. Кто подражает статуям, кто — нетерпеливо переминается. Пленные гладиаторы ждут, пока Андроников приспешник изволит прокашляться.

Кто же так не вовремя отправил в Бездну Поппея, а? Никогда бы Тенмар не подумал, что о нем пожалеет.

— Итак!

Барабаны загремели, вторя повелительному гласу преторианского командира. Бритое холодное лицо неприятно напоминает Поппея. Вот только на этого компромата у кардинала нет. Как и на его хозяина.

Жаль, Анри не выбрал малый зал — туда не влезли бы барабанщики. И можно не тащить всех своих. Всё равно не поместятся.

И на него точно не согласится посланец.

— Всем вам известно о гибели генерала от кавалерии патриция Поппея Нерония Августа.

Туда ему и дорога. Не аннулируй его смерть договор между эвитанцами и Сантэей.

О чём ты думал столько времени, Тенмар? Почему до сих пор не вытащил ребят из Квирины? Не представилось шансов? А теперь их добавилось?

— Господа гладиаторы, вам предстоит доказать свою верность квиринской короне…

На рубежах? Хорошо бы. Потому что тогда — только «доказывающих» и видели.

Но настолько повезти не может. Только не Анри Тенмару.