"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 340

— Ярославом зовут, — задумчиво отозвался парень.

— Ярослав? — мужик оглядел парня с ног до головы. — Да иди ты! Врешь ведь.

— Почему это вру? — нахмурился парень. — Как в детстве родители назвали, так и зовут. Документов с собой нет, доказать не могу, да и не буду.

— Тукаментов нет? А что это — тугаменты?

— Слышь, Вторак, — с угрозой в голосе произнес парень, предприняв ещё одну попытку вразумить мужика. — Ты играй, но все-таки не заигрывайся. Прекращай дурку гнать.

Но вместо того, чтобы испугаться, этот самый Вторак вполне серьёзно заинтересовался:

— А играть — это на чем? Я ни на дуде не играю, ни на гуслях. А ты что — игрун?

Нет, но это уже слишком. Рука Ярослава сама собой сжалась в кулак. Но тут отчего-то вспомнился лес, странный силок (или петля?), сплетенный из загадочного материала. А еще — этот невидимка, который его и шишками закидал, и пинка дал под зад. Но зато вывел из леса, и посоветовал быть поласковее. Плюс было ещё что-то. Будто далёкое воспоминание принадлежащее кому-то другому…

— А почему ты считаешь, что меня нельзя Ярославом звать? — выдохнув, решил спросить Ярослав.

— Да потому что это княжеское имя, — убежденно сказал Вторак. — Ярослав — Ярый в славе. А какой же ты князь, если ты в простых портах, в лаптях да еще и пеший? Ни мехов на тебе, ни сапог красных… Не, одежда на тебе ладная, но простая.

— Почему это я в лаптях? — удивился Ярослав. Вытянув ногу, продемонстрировал свою кеду: — Не фирменные, конечно, но лицензионные.

— Вот я и говорю, что лапти на тебе, а не сапоги. А князья ходят не в лаптях, и не в постолах, как мы.

Значит, вот эта бесформенная обувь, которая на ногах у мужиков именуется постолы? Даже и не слыхал о таких.

— Не хочешь верить — не верь, — пожал Ярослав плечами.

— Сейчас скажешь, что у тебя и отца звать как-нибудь так — Всеслав или Яромир.

— Нет, отца у меня проще звать. Владимиром.

Вторак, позабыв о страхах, покатился со смеху.

— Ну, парень, ты и шутник. Тебя Ярославом звать, отца Владимиром. Князья из погорелого леса.

Ярослав уже просто махнул рукой. Вытащив телефон, убедившись, что аккумулятор еще тянет, но вот сети по-прежнему нет. Спросил с последней надеждой:

— А связь у вас есть? Мой не ловит совсем. Или нужно куда-то повыше выйти, поближе к вышке?

— Связь? А чего тебя связать надобно? У нас только сети вяжут.

Разговор явно не клеился. Кажется, впервые в жизни Ярослав едва не завыл от желания начистить кому-то морду.

Глава 6

Смирение

— Может, хоть закурить есть? — спросил Ярослав, надеясь хоть как-то вывести на чистую воду мужичка со странным именем Вторак. Может он сейчас зажигалку достанет или спички.

— Закурить? Что-то я не пойму что ты решил с курями делать, — продолжал изображать несознательность Вторак. — Но не важно, курей у нас в деревне не водятся.

Ярослав почти смирился.

— Ладно, достал ты меня своими шарадами. — решил сменить тактику Ярослав. — Перейдём к более насущным вопросам. Расскажи лучше, что это вы здесь на мосту устроили? Разбоем помышляете? Знаешь какой срок за такое светит.

— Что устроили? Какой разбой? — насупился мужик густо покраснев.

— Ой, не надо мне тут оправдываться, не делай вид, что ничего не понимаешь. Вы ведь путь перегородили, честных людей грабить пытаетесь, — Ярослав надеялся, что хоть сейчас под прессом обвинений у заигравшегося Вторака прорежется совесть и он перестанет отыгрывать старовера.

Мужик сдаваться не спешил. Еще больше покраснел, но насупился и скрестил руки на груди. Он уставился в землю перед собой, как обычно делают нашкодившие дети, которым нечем обосновать свои шалости.

— А что нам еще остаётся? — буркнул Вторак. — Есть нечего. Дети голодные по полатям лежат да бабы воют. Вот и пошли на большую дорогу.

— А почему так вышло? Работать не думали пойти? — спросил Ярослав.

— Что значит не думали? — хмуро посмотрел в ответ мужик. — Думать нам некогда, мы только и думаем делаем что работаем.

— Тогда почему есть нечего? Как допустили такое?

Ярослава с детства учили одной простой мудрости. Как бы ни было тяжело, работай и всё будет. Он сам начал с шестнадцати лет подрабатывал и совмещал с учёбой, и всегда недобро поглядывал на тех, кто жаловался на безденежье, но не искал решения, как трудную ситуацию исправить.

— Да воевода наш, Клёст, совсем меру потерял, — скорчив горестное лицо стал пояснять Вторак. — Мы его батюшке исправно десятину платили, а как сын его занял, так поднял до четвертины. А в этом году и вовсе половину забрал. Мол к большой войне готовятся.

— К войне? — задумчиво спросил Соколов.

— Да они к той войне уже десять лет готовятся. А здесь совсем произвол, будто извести нас решили. Голодом заморить. Не по-людски это.

Ярослав принялся рассуждать про себя. Видимо какой-то местный бандит, не даёт жить крестьянам и забирает их припасы. Как в компьютерной игре прям. Правда Ярослав плохо помнил кто такой воевода, и не должны ли ему местные платить какие-то налоги.

— Ты мне вот что скажи, Вторак, получается, какой-то нехороший человек, забрал у вас запасы еды и обрёк вас на голодную смерть. — начал Ярослав. — А вы в ответ на это, решили последовать его примеру, грабить других людей, лишать из хлеба и тоже обрекать на голодную смерть? Так?

Вторак который внимательно слушал Соколова, вдруг еще сильнее покраснел и застыл. Глаза его округлились. Он открыл рот, будто желая что-то возразить, но тут же захлопнул. Видимо, раньше он не смотрел на ситуацию с такого ракурса.

— Да как же это мы, сами что ли душегубами заделались? — пробормотал он.

— Кстати, а мост этот ваш, что вы за проход по нему деньги взимается? — задал Ярослав следующий вопрос, продолжая давить на мужика.

— Мост наш, — растерянно ответил Вторак.

— Вы строили? — удивлённо спросил Ярослав.

— Не мы, — качнул головой мужик. — Но его наши предки строили.

Ярослав пытался поймать собеседника хоть на какой-то неточности, но тот говорил складно, и даже реакции выдавал вполне естественные. Будто и правда за детей своих переживал.

Поняв что так можно долго до правды добираться, Соколов решил сменить тактику.

— А ты подумал, что вами будет если вас поймают? — предпринял новую попытку парень. — А ведь поймают же, вы вон даже с дубинами обращаться не умеете.

— Да знаем что будет, — повесил голову Вторак. — Повесят нас, да только лучше уж пускай повесят, чем на баб и детей голодных глядеть и ничего не делать.

Такого ответа Ярослав не ожидал.

Он подумал тут уголовкой неудачника напугать, а он про повешение говорит. Не знаю что у них тут за порядки, но отчаянный мужик выходит.

— Как это вас повесят, — спросил Ярослав, решив добраться до сути.

— Да так и повесят за шею, вон на том дереве, — кивнул на развесистую осину Вторак.

Да уж, не получилось надавить.

— А разве не в тюрьму посадят? — с надеждой спросил Соколов.

— А что такое турьма?

Ярослав сокрушённо вздохнул.

— Ладно, — продолжая размышлять на ходу прервал старовера Ярослав. — Ты говоришь, до ближайшего города семь дней ходу, а вы сами где живёте?

Ярослав здраво рассудил, что спать ему где-то нужно, и в лесу ночевать он не собирается. И хоть дружба с этими мужичками сразу не задалась, но вполне можно попробовать подружиться по новой, они ведь уже осознали свою ошибку и поняли, что с Соколовым лучше не ссориться.

— Да здесь и живём, — ответил Вторак.

— Как это здесь?

— Ну вон там шалаш, — кивнул Вторак в сторону ближайших зарослей. — Там спим, и еду готовим.

— Ты же про детей и баб говорил, они тоже там с вами в шалашах? — удивился Соколов.

— Нет, бабы в деревне, — подозрительно посмотрел на Ярослава Вторак.

— А деревня тогда где?

— Полдня пути отсюда, только я тебе не скажу где, не нужны нам там чужаки.