"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 312

— Да-а-агге-е-ер!.. А-а-а!..

Я не останавливался. Лоб покрылся испариной, а пот градом стекал по вискам.

Но они в любом случае не позволят мне потерять Саймона. Он — всего лишь наживка. И всё же даже при этом я гнал во весь опор, уворачиваясь от обрушающихся на мою голову фасадов.

И вот оказался на месте. Парня затащило в крупную дыру, излучавшую слабое голубоватое сияние, проделанную прямо в стене здания, и я устремился за ним, выставив перед собой клинки и готовый отразить любую угрозу.

Однако в полуразрушенном помещении, на первый взгляд, не было ничего кроме горелых обломков и прямоугольного портала в стене. А также никого кроме Саймона, растянувшегося на полу лицом вниз и вытянувшего грязные окровавленные руки с выдранными под корень ногтями вперед. Когда он поднял голову и устремил на меня помутневший взгляд, лицо его выглядело не лучше. Сплошной кусок мяса с глазками.

Твари… нелюди…

Чего еще можно было ожидать, если бедолагу протащили на животе через несколько кварталов?

— Даггер… — жалобно позвал он меня, шевеля бесформенными губами.

— Саймон! — бросился к нему, и в тот же момент некто снова дернул за сияющую цепь, обхватившую лодыжку телепата.

С влажным, чавкающим звуком тело недобитого мага прокатилось по полу, оставляя за собой сплошной кровавый след, и скрылось в портале. А я так и замер с клинками на изготовке, уставившись в голубоватую и колышущуюся бездну.

Ну и вот и всё. Обратного пути может и не быть. Хрен знает, куда я попаду и как буду оттуда выбираться. Но что-то мне подсказывало, что портал этот ведет не к спасению. Например, то, что хозяин цепи не так давно за ним скрылся и теперь «любезно» приглашал меня проследовать за наживкой. За наживкой в виде Саймона… падлы…

— Агрх… — выдавил из себя, сжав рукояти клинков до побелевших костяшек.

Я ненавидел порталы! Ненавидел порталы, Габелла, чертовых святош, и совокупность этих чувств кричала мне о том, что дело пахнет дерьмом. Но я не мог оставить Саймона. Не мог отпустить Габелла и даже этих чертовых святош, потому что рано или поздно они всё равно ударят мне в спину. Вместо того, чтобы постоянно оглядываться, лучше заглянуть своему страху в лицо и покончить с этим мерзким духом раз и навсегда.

Именно с такими мыслями я приблизился к порталу в дальней части стены и шагнул в него, крепко зажмурившись и отдаваясь потоку. Потоку, унесшему бы меня прочь из этого места…

Каждая клеточка моего тела онемела, будто бы всё это тело погрузилось в ледяную воду.

Чертовы порталы…

Голубоватое марево передо мной закружилось, завертелось, временно отправляя меня в межпространственное измерение. Ноги заболтались в тягучей субстанции, голова закружилась, а к горлу подступила противная тошнота. Безымянное помещение за моей спиной растворилось, а я тем временем приближался к месту по другую сторону вязкой мерцающей хрени.

А как только необходимое расстояние было преодолено, портал выплюнул меня на что-то твердое в окружившем полумраке и тут же схлопнулся, оставляя в кромешной темноте. Впрочем, не одного. Где-то неподалеку раздалось болезненное кряхтение Саймона.

— Падаль… — прошептал одними губами, приподнимаясь на локтях.

Совсем неудивительно, что по сравнению со слепящим сиянием портала, которое было видимо даже сквозь плотно сжатые веки, глаза не сразу смогли привыкнуть к тусклому свету в этом месте.

Тем не менее, постепенно очертания окружения стали проглядываться. Каменные полы, покрытые лишайником и плесенью стены, шконка в углу и толстые прутья решетки.

Тюремная камера, причем одна из худших, виденных мною в обеих жизнях. И почему я не удивлен?..

— Да-а-аггер… — уже не вопил, а сипел телепат, всё так же распластанный на полу ногами к прутьям и лицом ко мне.

— Тут я, — сообщил ему, подполз к парню на четвереньках и перевернул его на спину.

Тусклый свет настенных факелов осветил его тело, на котором и места живого видно не было. Одежда, начиная с головы и заканчивая ногами, стерлась до состояния дырявых обносков. Носки обуви были стерты, оголяя поломанные пальцы ног. А лицо… про лицо я уже был в курсе. Лишь с большой натяжкой в Саймоне теперь можно было признать Саймона.

— Я лица… лица не чувствую… — просипел рыжий, но я вовремя одернул себя от ответа, что лица у него больше нет. И так настрадался. И как бы кстати сейчас была бы душа Мисы…

Хотя если эта ничтожная девка благополучно живет и здравствует при штабе «Юстициус», а Саймон испустит здесь последний дух, можно будет считать, что я совершил очередную ошибку в своей жизни. Молодец, Даггер. Отлично, Даггер…

— Крепись, парень, — вот и всё, чем я мог поддержать Саймона в столь непростой ситуации. — Они тебе помогут. Или сдохнут. Хотя они в любом случае сдохнут.

— Кх… — отозвался мне тот, прикрыв опухшие веки. И либо у него не осталось сил кричать, либо из-за болевого шока он просто не чувствовал боли.

Я же выпрямился и уставился на толстые прутья камеры, а они — на меня.

Если душа, что заняла сосуд папы Венедикта, и впрямь принадлежала Габеллу, то он бы понял, что какие-то металлические прутья надолго меня здесь не удержат. С помощью Араты я мог бы избавиться от них в два счета, что я и попытался сделать, призвав душу алого дракона с Кипящего пика.

Но если бы всё было так просто…

Драконье пламя лишь ласково лизнуло прутья, не проварив их даже на сраный миллиметр.

Вот, чем он столько времени занимался, натравливая на меня фанатиков церкви Латэнци. Сооружал мне достойную заключения тюрьму. И, к слову, хорошо в этом мероприятии преуспел. Я польщен. За исключением того, что выбраться отсюда будет несколько проблематично.

Вызвал Скурата, провел по прутьям лезвием. Результат тот же — никакого, собственно, результата. Эти прутья в принципе не пропускали силы магической природы. А разжать их руками я вряд ли сумел бы даже в изначальном теле. Мда…

— Кх… — всё еще дергался подле меня Саймон.

И я бы мог посидеть здесь еще немного, размышляя о вечном. О своих достижениях и промахах, «Юстициус» прошлой и нынешней… если бы мой приятель не нуждался при этом в срочной помощи. Так что времени на саморефлексию у меня не было.

— Эй! — крикнул в пустоту, и эхо собственного голоса разнеслось по коридорам затхлого помещения. — Нам хоть кто-нибудь тут покажется или кишка тонка⁈ В гости позвали, а с хлебом и солью что-то никто не торопится выходить! Что за гостеприимство такое в ваших краях, а⁈

И лишь после моей гневной тирады, сопровождаемой стуком лезвий по прутьям камеры, в дальней части коридора раздались неспешные шаркающие шаги.

Глава 17

Скардия, деревушка Фоукс…

Около века назад…

Когда я поднялся на склон, устеленный посеребренной лунным светом травой, и окинул взглядом свой дом, корзинка с ягодами выпала из моих рук.

— Нет, нет… — шептал, судорожно втягивая ноздрями пропитавшийся едким дымом воздух. — Нет…

Фоукс полыхал. Соломенные крыши домов вваливались, осыпались под натиском жаркого пламени. Крики горящих заживо жителей достигали моих ушей. Наш рыбак Микка, плотник дядя Джон, травница Изабелла… На удивление, я различал даже отдельные мольбы о помощи тех людей, которые нянчили меня еще с пеленок, что вселяло еще больший ужас в мое сердце.

Отсюда я видел множество черных точек, снующих по улочкам туда-сюда. Заваливающихся в дома, вытаскивающих оттуда выживших и оттаскивающих их на рыночную площадь — центр нашей деревни.

Он пришел и к нам… Маг теней, о котором я слышал лишь байки, но никогда бы не подумал, что столь страшный человек может заявиться и сюда. В нашу спокойную, мирную обитель. В наш тихий, ничем не примечательный Фоукс.

Габелл из рода Мраксов. Имя, которым пугали непослушных детей. Маг, выжигающий целые поселения ради пополнения коллекции душ, заточенных в его клинках и подчиняющихся его и только его воле. Неужели?..