"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 1625

Козловский побледнел и попытался уже вжаться в несчастное кресло. Хотя, куда уж дальше? Перевожу взгляд на Мелиссино, который точно не ждал подобной отповеди.

— Большую часть своей жизни я просидел в застенках. Но даже мне хватило месяца и нескольких бесед со знающими людьми, чтобы понять простую истину — русское общество расколото. Но почему этого не понимают люди, которым по должности положено заниматься подобными делами. Понимаю, что для вас крестьяне и даже купцы — не люди, а говорящий скот, — поднимаю руку, пресекаю попытку грека возразить, — Только это мои поданные! Я миропомазан на царство и несу ответственность за души всех жителей России перед Господом богом! Что не отменяет вопроса — почему Шаховский, Львов, Козловский и вы, Иван Иванович, не подали даже записку о необходимости разрешения сложившихся противоречий? Или вы все считаете, что высокая должность — это синекура? Мол, забрался в кресло, сложил на животе ручки, увешанные перстнями и, наслаждаешься жизнью? Только чиновники высшего ранга обязаны отвечать за порученное им ведомство. И в Синоде дела идут просто отвратительно, как бы вам не хотелось считать иначе.

— Но простите… — попытался возразить взволнованный Мелиссино.

— Не прощу, — перебиваю обер-прокурора, — Вы плохо сделали свою работу. Обобрать беззащитных попов и радостно рапортовать об успехах может любой. А вот проявить здоровую самостоятельность, дано не каждому. Что вам мешало начать дискуссию внутри церкви по вопросу раскольников? Понятно — это императоры должны за вас подумать и приказать. Сами вы думать не умеете или не хотите.

— Прошу принять мою отставку, Ваше Величество, — воскликнул явно оскорблённый грек, — Если я и виноват, то не заслужил столь жестокого порицания.

Угу. Вот прямо сейчас я позволю ему отойти в сторонку, сбежав в усадьбу, а то и Европу, дабы лечить расстроенное здоровье. Коли ты слаб телом и духом, то зачем пошёл служить? Сиди в поместье и наслаждайся спокойной жизнью. У меня же все должны работать не покладая рук! О чём я и сообщил обер-прокурору.

— Ваша отставка будет принята после решения вопроса с раскольниками. А то намедни я узнал, что староверы бегут к османам и полякам. Мы здесь стращаем народ адом, происходящим у магометан и католиков, а русским людям, оказывается, лучше живётся в землях басурман. Можно понять некрасовцев, там всё сложно и дело не в вере. Но почему православным лучше за Дунаем и Западной Двиной? — недобро смотрю на растерявшегося грека и продолжаю, — Приказываю найти наименее бескровный и наиболее выгодный для империи выход из сложившейся ситуации. Нет у меня веры епископам, которые попытаются похоронить мою задумку, ещё и оскорбят старшин раскольников. Можете рассчитывать на помощь Тайной экспедиции и Полицейской коллегии. Это на случай внушения и успокоения наиболее непонятливых. Мешающих и враждебно настроенных епископов сразу сдавать людям графа Шешковского. Никого жалеть не нужно, а лучше припугнуть излишне о себе возомнивших иерархов. Князь Козловский назначается вашим заместителем и тоже обязан приложить все силы для исправления прошлых ошибок. И запомните, на каждом из вас лежит персональная ответственность. Дело настолько серьёзное, что обычной отставкой никто не отделается. Но и наградой я не обижу. Если всё понятно, то я вас с Алексеем Семёновичем более не задерживаю.

Оба вельможи находились в предобморочном состоянии и в полной тишине покинули кабинет. Поворачиваюсь к оставшейся четвёрке и решаю не затягивать беседу.

— Степан Иванович, на вас ложится новый груз. Нельзя пускать подобное дело на самотёк, и необходимо им полностью управлять. Чую, что иерархи устроят какую-нибудь подлость или навредят по глупости. А Мелиссино с Козловским придётся постоянно подгонять. Уж больно они размякли и совсем забыли, для чего нужны чиновники. Если кто-то из ваших людей предложит свой прожект по разрешению противостояния со староверами, то я с удовольствием его выслушаю. Это касается всех здесь присутствующих.

Шешковский, а вслед за ним Алонсо, Еропкин и Теплов утвердительно кивнули.

— Что у нас с тёмной стороной деятельности раскольников? Многое удалось раскопать? — обращаюсь уже к испанцу.

— Мне нужно время. Всё гораздо хуже и запутаннее, чем мы предполагали. Тянешь за одну ниточку, а за ней самая настоящая сеть. Несомненно, целые общины замешаны в самых различных нарушениях, а некоторые и в злодеяниях, — хмуро ответил бледный де Кесада, который, казалось, вовсе не спит, — Мы установили хорошее взаимодействие с господином Шешковским и генерал-губернатором Еропкиным. Но здесь нельзя спешить, лучше спокойно определить всех злодеев и далее накрыть их скопом.

Верное замечание. Это я чего-то разогнался. Хотя на разработку прожекта иерархи с Мелиссино получили семь месяцев. Времени более чем достаточно. Касаемо розыска начатого Алонсо, то здесь всё любопытно. Люди испанца сходу вскрыли такое количество нарушений и преступлений, не только со стороны раскольников, что диву даёшься. Спрашивается, куда смотрят власти, не замечая творящегося безобразия? Или им заплатили за отвод глаз? За это я тоже буду наказывать, не обращая внимания на происхождение и чины. Уж больно неприятная картина вырисовывается. Те же преступления на Владимирском тракте или нападения на Волге, ведут к общинам раскольников. Это не считая контрабанды и прочих незаконных промыслов. И всё действие происходит под носом губернских властей.

Я ещё не до конца прочитал доклад испанца, но уже впечатлён и жутко зол. Жалко людей, которые погибнут из-за нашего промедления. Но таким образом мы спасём гораздо больше православных душ.

— Надеюсь, никого здесь не следует предупреждать о необходимости держать проводимый розыск в тайне? — нарочито смотрю на забеспокоившегося Еропкина, сразу замотавшего головой, — Судя по всему, зараза глубоко проникла в чиновничьи круги. Ну не могут такие дела происходить без одобрения высокопоставленных особ. В ином случае, у нас во власти абсолютно некомпетентные люди, что ещё хуже.

Заслушав доклад де Кесада и Шешковского о провидимых действиях, понимаю, что пора заканчивать. Иначе я просто начну зевать, ибо изрядно устал. Надо поспать полчаса, что я стал делать с недавних пор. Очень помогает и бодрит. Главное — спать надо до еды, а не после. Далее можно заняться иными делами, которых у меня просто огромное количество.

Когда вельможи вышли, я решил немного расслабиться и вытянул ноги. Но Теплов остался в кабинете и с заговорщицким видом посмотрел на меня. Всем хорош Григорий Николаевич, и хорошо, что я получил такого главу канцелярии. Но есть в нём тяга к театральности. Обижаться и раздражаться на это бесполезно, уж лучше немного подыграть столь полезному человеку.

— Не томи, Григорий Николаевич. Ты же видишь, что я устал и хотел немного отдохнуть.

— Тут такое дело, Ваше Величество, — громким шёпотом произнёс секретарь, — Я позволил себе нарушить приказ графа Шувалова и пообещать аудиенцию частному лицу. Понимаю, что не прав и готов понести наказание.

А мне даже стало любопытно, чего там не поделили обер-камергер и глава канцелярии. Они иногда ставят друг другу небольшие подножки, определяя границы собственной власти. Я в эти дела особо не вмешиваюсь, путь куражатся. Но и просто так ссориться с некогда всесильным графом Теплов не будет. Чего на него нашло? Он предпочитает действовать из-за спины.

— Заинтриговал ты меня, Григорий Николаевич, — разминаю отёкшие плечи и сажусь ровно, — Веди своего просителя.

— Это просительница, Ваше Величество. Я мигом, — стервец, быстро выскочил из кабинета, оставив меня в недоумении.

[1] Нетовцы (нетовщина, самоназвание — спасовцы, Спасово согласие) — одно из беспоповских направлений старообрядчества. Также зовутся староспасовцами; новоспасовцы же приняли некоторые положения поморского согласия и отделились от нетовцев.

Глава 2

Февраль 1766 года, Москва , Российская империя.