"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 1483

Как и любое островное государство, Индонезия сильно зависима от торговли. Причём от торговли со своими ближайшими соседями — Тайванем, Австралией, Индией, Сиамом и Китаем.

Франк настолько долго был исконно сложившейся валютой для международных расчётов, что все к нему попросту привыкли.

Попытка немцев внедрить свою колониальную марку потерпела фиаско. Курс на неё летал на неприличные пятнадцать-двадцать процентов чуть ли ни два раза в неделю, а непривычно высокая комиссия обмена фактически обнуляла даже самые удачные операции.

В итоге, французы наверняка успели кого-то подмазать в индонезийском правительстве, наблюдая за неудачами немцев, а мне теперь предстоит воевать.

Собственно, вот и вся предыстория того, как я оказался на Борнео, возглавив штурм укрепрайонов около Кучинга.

Были у меня и личные причины. Просто в какой-то момент понял, как меня задрали экономика с политикой. Я или взорвусь со дня на день, или уйду в глубокую депрессию.

Ни то, ни другое мне не свойственно, но всё когда-то происходит впервые. Так что я выбрал третий вариант — сбросить напряжение и весь накопившийся негатив на поле боя.

— Доложите, чем вы тут почти целый месяц занимаетесь? — обратился я к начальнику штаба полка, когда приехал в расположение войсковой части и не застал на месте командира.

— Сюзерен, мы столкнулись с глубокоэшелонированной обороной. Такое ощущение, что пятнадцать километров до города все изрыты окопами и крысиными норами. Во время штурма противник нас легко пропускает на три-четыре километра вглубь своей обороны, но с каждым километром фланговый огонь усиливается. Огневые точки отстроены на любой возвышенности и никогда заранее не знаешь, успели туда пулемёт притащить или несколько метких стрелков туда пролезли.

— Неужели дикари настолько хорошо воюют?

— Никак нет. Это не дикари. От пленных мы знаем, что в Кучинг и Понтианак стянули остатки регулярных полков чуть ли не со всего острова. Кроме того, только в Кучинге находится с десяток французских инструкторов.

— Что у них с артиллерией?

— К сожалению есть, и в достаточном количестве. Они ещё и пользуются ей крайне грамотно. Дают нам вклиниться в оборону, а потом лупят по пристрелянным точкам. Ещё и мины ставят по ночам. Мы недавно целый взвод потеряли на минном поле, которого за день до этого ещё не было. Ну, и береговая батарея. Те в самый последний момент подключаются. Зато такие «чемоданы» кидают! Восемь дюймов — это не баран чихнул! От них ни одна броня не спасёт.

— Авиацию вызывали?

— И не раз. Но сейчас сезон дождей начался. До полудня туман, потом облачность. Опять же, район морского порта неплохо защищён от атак с воздуха, а позиции пехоты в местных густых лесах ещё попробуй разгляди.

Так-то, да. Именно поэтому я сегодня не с дирижабля осматриваю позиции, а с земли.

Низкие тёмно-серые облака с моря гонит нескончаемым потоком.

— Про то, что гарнизон Кучинга недавно усилен, уже знаете? — задал я вопрос майору.

— Так точно! Полковник лично отправился контролировать строительство укреплений. Сил у противника скопилось побольше, чем у нас. Мы уже три ночные атаки отбили. Только сдаётся мне — это была разведка боем.

— Думаете, в оборону перейти?

— А какие у нас есть варианты? Нас тут, под Кучингом, два полка, причём не в полном составе, а против нас, как минимум, три с половиной. Если начнут действовать решительно, то сметут нас. Артиллерии у противника сейчас добавилось. Устроят серьёзный огневой налёт на любом из наших участков обороны и прорвут его превосходящими силами. Тылов у нас, считай нет. Резерва кот наплакал. Дальше рассказывать?

— Что у вас с магами? — проникся я положением штабного.

И так понятно, что прорви их оборону, дальше последует окружение.

— Семь человек. Седьмые-восьмые уровни. А линия противостояния с противником в восемнадцать километров. Из которых — добрая половина, почти непроходимые заросли. Кустарник здесь пакостный растёт, что-то вроде нашей акации или шиповника. Густой очень, высотой метров в пять, и весь в шипах. По нему и ста метров не пройти. Всю одежду издерёшь и исцарапает так, что кровью истечёшь. Шипы там жутко острые, как жало пчелы, и вот такого размера! — показал майор свой мизинец.

— У противника маги есть?

— Как не быть. Против наших слабоваты, но зато их много. Особенно ночники много хлопот доставляют.

— Что разведка говорит?

— Заметили активность на двух участках. Здесь и здесь, — отметил майор карандашом два участка на карте.

— Достанем, — прикинул я расстояние на глаз, сверившись с масштабом, — Ещё одна карта есть? Или эту мне дайте на час, не больше.

— Могу я узнать, что вы собираетесь предпринять? — майор, положив руку на карту, выпучил на меня глаза.

— Сейчас проведём разведку и разнесём там всё к чертям собачьим, — осторожно вытянул я карту из-под его лапы, чтобы её случайно не порвать.

— Разрешите мне присутствовать?

— При одном условии — про мои танцы вы никому не станете рассказывать, — усмехнулся я, собираясь вовсю использовать свои вербальные приёмы.

До ближайшего укрепления нас довезли. И если мы с майором туда добрались на обычном БРДМе, к сожалению, без его техномагической начинки, то четвёрку молодых японских парней, вместе с их грузом, привезла «шишига» — полноприводный армейский грузовик, славящийся своей вездеходностью.

Да, очередная реплика из прошлого. По конструкции рамы и ходовой — это тот же ГАЗ-66, но с дизельным двигателем в сто пятьдесят лошадок.

Японская молодёжь очень быстро выгрузила из кузова все свои причиндалы, и буквально за несколько минут собрала две пусковые установки, а там и беспилотники были подготовлены к старту.

Ознакомив молодёжь с картой, и указав, кому куда лететь, я начал вковываться в Сбрую, беззастенчиво используя майора в качестве помощника.

Два оператора, сидя в походных креслах из трубок и брезента, вовсю рулили своими летательными аппаратами. Закончив со Сбруей, я наблюдал за картинкой через их плечи.

Да, надо срочно улучшать оптику и качество изображения.

— Ми тсу как тсу та…

— По-русски говори, — одёрнул я парня из Рода Касимо.

— Нашёл! — тут же переключился он на русский, что было совсем неудивительно для юноши, выросшего в центре России, — Артиллерийская батарея разворачивается. Десять стволов, а нет, двенадцать. Два ещё рядом с позицией. Пока в походном состоянии.

Мда. Картинка явно не блещет качеством. Я бы, без увеличения, мог такое и пропустить, не заметив.

— Выставь мне азимут и дистанцию, — разместил я рядом ещё один планшет, принесённый кем-то из помощников, — И корректируй.

Первой ушла Комета.

— Перелёт метров триста, и примерно столько же влево. Но там что-то серьёзно грохнуло. Похоже, грузовик со снарядами зацепило.

— Откуда у них грузовики. Они подводами возят, — услышал я из-за плеча комментарий майора.

Спорить с ним не стал. Не до того.

Ещё одна Комета.

— Почти накрытие. Цель — пятьдесят метров влево.

— Твою дивизию, — выдохнул я, отправляя в путь могучее заклинание, бьющее по площади и изрядно усиленное Сбруей и лишь вдохнув, скомандовал, — Уводи свою птичку!

— Сюзерен, а что там сейчас? — очень тихо и вежливо поинтересовался начштаба, глядя на серый экран с мелькающими пикселями.

Беспилотник в темпе сваливал, отчего картинка почти пропала и экран покрылся частыми продольными полосами. Я не ответил майору, глядя через плечо оператора, как его беспилотник, судя по цифрам в углу экрана, неумолимо теряет высоту. Но вскоре эти цифры замерли, а потом и сам летательный аппарат пополз вверх, заодно изрядно потеряв в скорости.

Что могу сказать. Грамотно этот парень отработал увеличение скорости, запустив свой аппарат под горку.

Меж тем, спустя буквально две-три минуты, в облаках, вдалеке от нас, образовался прогал. Через него блеснуло Солнце, на какие-то мгновения высветив фрагмент яркой радуги от подымаемой вверх ледяной пыли.