"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 1339

— Если бы… Хотя на первый взгляд оно так и выглядит.

— А на самом деле кто?

— Триада. Сообщество преступников. И это многое в корне меняет.

— Наша государственная служба безопасности не сможет справиться с китайскими уголовниками? — с насмешкой приподнял бровь Император.

— Боюсь, мне на это жизни не хватит, — криво усмехнулся Обдорин, поставив на стол свой бокал, — По вполне достоверным сведениям с Триадой в Китае так или иначе связан каждый сороковой, а то и вовсе тридцатый китаец. А вот слухи об их населении противоречивы. Последнюю перепись населения там лет пятьдесят назад пытались провести. Китайцев уже тогда было больше ста миллионов, а сколько их сейчас — один Бог ведает.

— Они вроде пытались ограничить рождаемость, — припомнил государь разговор с Олегом.

— На захваченных землях они так и делают, но не у себя. Обычно средняя китайская семья имеет пять — шесть детей.

— Погоди-ка, но тогда получается, что чуть ли не каждый пятый мужчина имеет отношение к этой Триаде!

— И их несколько миллионов, — подтвердил князь.

— Ничего не понимаю. Если преступное сообщество настолько могуче, то почему они до сих пор не захватили власть?

— Должно быть понимают, что смена одного правителя на другого не принесёт стране ничего, кроме гражданской войны, вина за которую ляжет на них.

— Но Китай не всегда был Империей. Гораздо большего они добились, когда стали народной республикой.

— Тотальная демократическая диктатура, — хмыкнул князь, — Вряд ли Триада — это сообщество самоубийц. Когда диктатура железной рукой начнёт наводить порядок в стране, прольются реки крови. Сначала будут уничтожены Кланы и аристократия, а потом Триада. Так что им проще оставить пока всё, как есть. Тем более, что простым народом управляет именно Триада. Это вторая власть в Китае. И как по мне, не менее действенная, чем государственная.

— Ладно. Следует начать более глубокое изучение Китая. Подумай, как это будет выглядеть. А теперь вернёмся к Державе. С чего бы Китаю объединяться с Японией и Маньчжурией? Сдаётся мне, все они далеко не в дружеских отношениях.

— Так-то оно так, — согласился Обдорин, — Но ведь для чего-то князь Бережков встречался с третьим советником Императрицы Ехэнаро. Между прочим, она вдова, и до сих пор не замужем.

— Старая шлюха…

— Шлюха, этого не отнять, но не такая уж и старая. Ей сейчас лет двадцать семь, не больше. И как мне докладывали, многие из дочерей старого Императора выжили. Меня одного терзают смутные сомнения?

— Князь Бережков сейчас в столице?

— Нет. У себя в имении.

— Я вызову его завтра. Скажем… — государь наморщил лоб, а потом решительно вычеркнул одну из строк в своём ежедневнике, вписав вместо неё новую фамилию, — В тринадцать тридцать. Тебя тоже жду.

Император с некоторым вожделением оглянулся на бар, но тут же взял себя в руки.

Второй наследник — дело архиважное, а коньяк может и подождать.

Богдашов Сергей

Не боярское дело 3. Пять лет спустя. Часть 1

Глава 1

Десятое января 220 года от Начала. Маньчжурия. Харбинский дворец Императрицы Ляо.

Это утро я решил посвятить блаженному ничегонеделанию.

Хотя бы четыре — пять часов в неделю я могу себе позволить отдохнуть? Тем более вчера мы попали в такой буран, что фары идущих впереди аэросаней могли различать лишь с шести — семи метров.

Короче, та ещё нервотрёпка. Так бы и тащились со скоростью пешехода, если бы я не догадался забрать себе единственный компас на всю нашу экспедицию, а потом не зажёг спереди и сзади своих саней по огромному Светляку. Понятно, что наручный компас — не самый лучший в мире навигационный прибор, но он нас вывел к железной дороге, а уж дальше, отыскав верстовой столб, мы покатили вдоль насыпи уже вполне себе осознанно и уверенно.

Простенькая идея, смотаться на трёх аэросанях до ближайших золотых приисков и к обеду вернуться обратно, вылилась в серьёзное испытание. Домой я попал только ближе к полуночи.

Но съездили не зря.

После недели обильного снегопада нас на первом же прииске никто не ждал, и моя охрана, по свежим следам на снегу, выловила трёх ханьцев. У каждого из них в поясах нашлось по два — три килограмма шлиха — сероватого металлического порошка, который остаётся в лотках после промывки золотоносной породы.

Первый раз в жизни мне пришлось присутствовать при повешении. Три ханьца и начальник охраны прииска теперь долго будут висеть, напоминая пленным китайцам о суровых законах Маньчжурии. Пока вместо повешенного начальником поставлен один казак из моей охраны, а потом мне надо будет думать, на кого его заменить.

Из допроса бывшего начальника охраны этого прииска стало понятно, насколько велик оказался соблазн.

Продай он до весны пуд шлиха, да прихвати с собой полпуда самородков, так и до конца жизни, как сыр в масле кататься будет, хоть в Китае, хоть в Корее.

На два других прииска я вчера не попал. Мы и с первого лишь под вечер уехали, а потом в дороге попали в жуткую метель.

Так что, валяюсь на диване в одном халате и читаю книгу с цифровой доски.

За прошедшие пять лет электроника шагнула далеко вперёд. Благо, особо изобретать ничего не пришлось. Предки уже всё придумали до нас. И пусть до серьёзных вычислительных машин мои предприятия ещё не доросли, но зато цифровые доски и коммуникацию к ним во всей Российской Империи делают только у меня.

С коммуникациями всё понятно. Подаренный когда-то князем Белозёрским японский радиозавод как раз и производил электронные АТС на сотни и тысячи номеров. Если пользователю поставить модем, а саму АТС дополнить четырьмя, а лучше восьмью большими вычислительными машинами производства центра Мещерского, то цифровой доске хватает довольно скромных вычислительных возможностей, интегрированных в одну большую микросхему.

Изначально мы очень хотели продвинуть все эти революционные решения для России. Я даже Зимний дворец за свой счёт оборудовал должным образом, давая возможность его обитателям проникнуться новыми технологиями.

Но не пролезло. Чиновники — зло нашей страны.

Они способны генерировать по десятку циркуляров в день, а потом, каждую неделю, добавлять всё новые и новые требования, зачастую, противоречащие друг другу. А начни их мордой тыкать в несоответствия, так тебя завалят кучей бумаг, где какие-то бумагомаратели, с учёными степенями и титулами, высказывают свои мнения и опасения. И их, безусловно, требуется проверить специально созданным комитетам и комиссиям.

Короче, как там, у классика: — "Волга впадает в Каспийское море. Как бы чего не вышло." *

* «Учитель словесности». Антон Павлович Чехов.

Моего терпения хватило ровно на месяц. Потом я отдал команду загрузить всё заготовленное оборудование на два грузовых дирижабля, и отправил их в Харбин и в Саппоро. А следом за ними команды монтажников и настройщиков отправились.

В этих местах я с чиновниками очень просто договариваюсь. Ловлю самого важного и назначаю ему сроки исполнения. Понятно, что под его личную ответственность.

Отличная штука. Из десяти раз, как минимум, восемь раз срабатывает. Медалек за исполнение мне не жалко, как и не жалко тех, кто не справился. И все они откуда-то это знают. Работают так, как, наверное, никогда в жизни не работали. Обычно, большинство успевает мои задания выполнить.

Что могу сказать. Я от Харбина не ожидал такой покупательной способности. Да, город растёт, и не по дням, а по часам, но всё-таки…

Строительство второго этапа железной дороги — от Харбина на Владивосток, привлекло к нам уйму китайцев.

К моему огромному удивлению, переселение почти пятнадцати тысяч китайцев, включая их семьи, прошло без ярко выраженных межнациональных эксцессов. Как мне объяснили, переселенцы, привлечённые небывалыми заработками, были почти все из приграничной полосы Китая, а там поди разбери, что в них больше — китайского или маньчжурского.