"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 1251

Ко мне Шабалин приехал не один, по дороге он прихватил профессора Фёдорова и, как оказалось, не зря. Выслушав меня и уточнив пару деталей наш всезнайка тут же что-то вспомнил. По крайней мере труды Блаватской, нет не Елены Петровны, а её праправнучки, прожившей полжизни в Дарджилинге, что находится в предгорьях Гималаев, мы начали искать после его подсказки.

Сам же Фёдоров, пока мы разговаривали с библиотекарем, с большим интересом осматривал бесконечные ряды книжных полок, старинные тома и собранные подборки книг. Видно было, что в нашу библиотеку он попал впервые.

— У нас есть порядка тридцати пяти работ Неонилы Блаватской и все они посвящены Тибету. Вы будете перечитывать все книги? — задал вопрос библиотекарь, порывшись в ящике с карточками.

— М-м-м, а нельзя хотя бы примерно узнать, в какой из книг она могла описывать применяемые в Тибете заклинания? — осторожно поинтересовался я у старика, как мне помнится, довольно острого на язык.

— Если бы вы знали название хоть одного из заклинаний, то я бы вам точно подсказал, в каких книгах оно встречается. У нас, знаете ли, специфическая библиотека и соответствующий каталог ведётся уже много лет подряд.

— Вы только что сказали — Тибет? — высунулся из-за полок профессор Фёдоров, ожесточённо растирая виски, — Да, точно. Тибетские монахи и Стрела Лэйгуна. Ведь ещё во время рассказа князя у меня крутилось что-то в голове, а при слове Тибет всё встало на свои места. Как будто выключатель щёлкнул.

— Стрела Лэйгуна? — тут же ухватился библиотекарь за потрёпанную амбарную книгу, лежащую отдельно от всех остальных бумаг.

Он пробежался по закладкам, где был обозначен алфавитный порядок страниц и открыл книгу сразу в нужном месте.

— Есть такая! — спустя полминуты радостно известил он, — Упоминается в четырёх трудах. У Блаватской, у архимага Медведева, в переводном французском томе их известного путешественника Фуллера и в ведомостях Венской магической академии. Присаживайтесь за стол, господа, сейчас помощник вам все четыре книги принесёт. А я потом подскажу номера страниц, где есть упоминания про Стрелу Лэйгуна.

— С вашего разрешения, князь, я бы ещё немного походил по залам, полюбопытствовал. Надо же, сколько книг мной ещё не прочитано, — с сожалением заметил Фёдоров.

— Могу распорядиться, и вы сможете сюда приходить, как только у вас появится желание и свободное время, — тут же отреагировал я, только что в полной мере оценив необычайную полезность профессорской памяти.

— Эх, молодость — молодость… Лет десять назад я бы за такое предложение обеими руками ухватился, а сейчас даже не знаю, есть ли какой смысл узнавать что-то новое. Старое бы не забыть, — вполне искренне и с хорошо заметным сожалением ответил профессор.

— А вы не торопитесь себя хоронить, — улыбнулся я, сообразив, что у меня есть, чем отблагодарить Фёдорова за его неоднократную, а порой и неоценимую помощь, — Я сейчас вам новый телефончик Густавсона запишу. Он теперь недалеко от столицы проживает, в городе Электросталь. Меньше часа езды на автомобиле.

— И чем этот старый ворчун мне поможет? — проявил живейший интерес профессор к моему заходу издалека, почувствовав, что я не просто так его начал.

— Не такой уж он и старый, — ухмыльнулся я.

— Лет на шесть — семь старше, чем я, — тут же возразил Фёдоров.

— А выглядит теперь на десять лет моложе. Магическая медицина, знаете ли, не стоит на месте. Так что готовьтесь, ближе к лету мы целую клинику откроем, и я настоятельно рекомендую вам там побывать в первых же рядах. Обещаю, что для вас это будет вне очереди и бесплатно. Глядишь, сами потом к нам в библиотеку попроситесь.

— Олег Игоревич, я всегда считал, что вам можно верить на слово, а сейчас вот что-то мне не верится, — покачал головой профессор.

— А я и не уговариваю вас мне верить. Я всего лишь советую вам в гости к Густавсону заглянуть. Своим же глазам вы поверите? Кстати, вот его новый телефон, — я протянул профессору листок с номером телефона, выписанным мной из записной книжки.

— Заинтриговали, — с усмешкой принял профессор листок бумаги, — Впору прямо сейчас всё бросить и идти телефон искать.

— А зачем его искать? У меня из кабинета и звоните. Держите ключ.

Фёдоров не стал спорить. Похмыкивая, и качая головой, он отправился звонить своему старому другу.

Тем временем на столе появились первые книги и мы с Шабалиным, найдя в них нужные страницы, подсказанные нам библиотекарем, ударились в чтение.

— Ну, конечно же! Октаэдр и пентаграмма в виде вспомогательного костыля! Всё сходится, — первым нашёл Константин Семёнович нужное нам описание.

От возбуждения чувств и досады он даже в ладоши хлопнул и с места вскочил.

— И что это нам даёт? — отвлёкся я от своей книги, прекрасно понимая, что от наставника узнаю намного больше, чем вычитаю из книги Неонилы Блаватской.

— Как это что? Очень и очень многое! Мы можем довольно точно узнать уровень магов в составе октаэдра, а из радостного я готов вам сообщить, что без заранее вычерченной сложной пентаграммы они не смогут работать в группе. Это мы обучаем студентов так, что они встав в звезду уже через минуту, много, через две будут готовы сформировать атакующее заклинание, а с октаэдром такой номер не пройдёт. Им не меньше часа на подготовку и расстановку потребуется. Там любая неточность в самом удачном для них случае приведёт к существенной потере силы их заклинаний. Про их недостаточную дальность полёта заклинаний вы и без меня знаете. Наши маги могут держать вдвое большую дистанцию, а это ещё один огромный плюс.

— А в самом неудачном? Что случится, если они не так встанут? — постарался я внести полную ясность в предыдущий момент.

— Не смогут удержать контроль над заклинанием.

— Ого! Да их та же Стрела Лэйгуна тогда всех разом приговорит. Вы бы её только видели. Здоровенная, как телеграфный столб, и очень-очень быстрая.

— А вот мы сейчас уровень их магов и прикинем. Итак, они пробили ваш Щит и почти что сняли защиту с дирижабля. Насколько она у вас сильна?

— На дирижабле… Порядка полутора тысяч единиц, может даже чуть больше, — немного замешкался я с ответом, вспоминая мощность последнего варианта защиты, но завершающие испытания проходили без меня и я немного сомневался в своей оценке.

— Угу. А ещё они держали свой Купол. И что мы в итоге имеем? — Шабалин быстро начеркал карандашом несложную формулу и затем подставил в неё цифры нанесённого китайцами урона, взяв за основу расчёта суммарную мощность пробитых ими Щитов.

— Хм, я бы сказал, что работали уверенные девятки, или начинающие маги десятого уровня, — очень скоро отложил он в сторону карандаш и пододвинул ко мне исписанный лист.

— А почему не архимаг и маги — восьмёрки?

— Даже для русской боевой звезды, более простой в построении и коммуникациях, всего с пятью членами в её составе, разрыв на два уровня вызовет нестабильность заклинаний, а то и вовсе превысить возможности слабейших магов. Может это их и не убьёт, но у них может выгореть Источник или окажутся повреждены энергоканалы. При работе в октаэдре сложность ещё больше увеличивается и разрыв между магами в два уровня становится похож на авантюру. Будем считать, что все китайцы, стоящие в октаэдре, были магами девятого и десятого уровня по нашей классификации. Хотя, почему китайцы? В книгах же ясно указано, что Стрелой Лэйгуна пользуются тибетские монахи. Могли они оказаться у вас в противниках?

— Почему бы и нет. Тибет сейчас находится под сюзеренитетом Китая и китайские Кланы вполне могли договориться с монахами о военной помощи.

— Тогда всё сходится.

— А как вы оцениваете шансы нашей боевой звезды в противостоянии с тибетским октаэдром?

— Если наша звезда будет полностью состоять из архимагов, то она окажется сильней, а если там будет всего лишь два — три архимага, а остальные маги десятого уровня, то силы будут примерно равные. Выиграет более опытный, умелый и удачливый. Кстати, у нас сейчас начнёт занятия на полигоне одна вполне подходящая группа студентов. Пойдёмте к телефону, я изменю им задание.