"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 1215

Надев и настроив техномагические очки, я пересчитал туши группы дирижаблей, ставших хорошо заметными на фоне светлого песчаного поля. Восемь штук. Те самые, артиллерийские, которые каждый раз приходилось учитывать нашему штабу, но отчего-то со временем у всех штабных создалась уверенность, что сёгунат оставит эти дирижабли для защиты Токио. А тут — вот они. Явились.

Красиво идут. Правильным строем и готовы в любую секунду встать в круг, как только обнаружат цель. А потом эта мельница будет кружить, пока снаряды не закончатся.

— Константин Семёнович, помнится, вы интересовались, как магия на высоте работает? Я был бы вам крайне признателен, если бы вы попробовали скастовать огненный дождь метрах в четырёхстах над японскими дирижаблями. Думаю, что упреждение метров в сто — сто пятьдесят по их курсу будет вполне достаточным, — максимально вежливо обратился я к Шабалину, чтобы необычным форматом общения вырвать его из состояния стресса, — И, пожалуйста, не ограничивайте себя количеством заклинаний. Вливайте, сколько успеете. А я, с вашего разрешения, начну им погоду портить.

Хватило меня на шесть заклинаний. Быстрее не смог, а там и время начало поджимать.

Отметив, что тучи и редкие облака начали стягиваться в воронки и собравшиеся в кучу чёрные тучи уже вот-вот готовы высыпаться на землю гигантскими сосульками, я осознал, что пора сваливать. Шутить с природой можно, но не на хлипком, по её меркам, дирижабле.

— Уходим! Максимальная скорость со снижением! Направление — туда! — не стал я вдаваться в географические тонкости, указав пилотам рукой курс, где нас не должно затянуть в свой праздник буйство разыгравшейся стихии.

Потом я захлопнул дверь гондолы и, подхватив под локоть поплывшего наставника, выдавшего не меньше десятка заклинаний, довёл нас обоих до стола, контролируя себя как бы со стороны.

Так-то, Шабалин молодец. Наверняка, его огненный дождь дирижаблям противника не понравился. Впрочем, любому дирижаблю не понравится врезавшийся в него шар магмы.

— Генерал, а что — нам уже не наливают? — с возмущением поинтересовался я у Алябьева, устраивая в кресле обмякшее тело наставника.

— Нет проблем, — отозвался Алябьев, что тут же подтвердил на практике, — Жаль, что мы не на прежней высоте. Там коньяк удивительно успешно в голову бьёт.

И тут генерал реально меня удивил.

Попробуйте разлить коньяк с точностью до грамма на дирижабле, почти пикирующем под острым углом! Однако разлив генерала был безупречен! Бокалы, выставленные на стол, съезжали, но взяв их в руки, мы смогли по достоинству оценить истинное мастерство. Всё грамм в грамм налито.

— За здравие российского оружия! — бодро предложил генерал.

— За здравие русской магии, — чокнулся я с Шабалиным, — И пусть каждого нашего студента хоть какой-то висюлькой, но за сегодняшнее отметят, — с намёком надавил я голосом.

— При правильно поданном рапорте тут им не только висюлька положена. Но рапорт — это продукт сложный. Творческий, я бы сказал. Главное, чтобы средств для вдохновения хватило, — с намёком глянул Алябьев в сторону бара.

— Генерал! Дирижабль до завтрашнего утра в вашем распоряжении. Можете в небо подниматься, а можете и на земле себе творческое настроение поднять. Вопрос лишь в силе воображения. Если вам вдруг захочется приключений, то можете заняться поисками клада. Что-то мне подсказывает, что в полостях диванов вполне может быть скрыта бутылка элитного коньяка.

— Компанию не желаете составить?

— К сожалению, нет. С женой нужно успеть поговорить, и завтра у меня с ней приём Глав Кланов намечен, — я попытался изобразить искреннее сожаление.

— А вы, Константин Семёнович?

— Мне нужно осмыслить сегодняшние опыты, — поддержал вначале наш стиль общения Шабалин, но не выдержав, расписался: — И я спать хочу. Боюсь, до койки не дойду.

Когда мы приземлились, я оглянулся назад, в сторону Осаки. Где-то там сейчас разбушевавшаяся стихия ломает шпангоуты дирижаблей, оставшихся в воздухе, а на земле мирно догорают те, кто получил от наставника шары плазмы, вызвавшие пожары. У нас же, в десяти километрах от линии укреплений — тишь да гладь и лишь землю всё ещё немного потряхивает после череды сильных землетрясений.

* * *

Утро не задалось. Разбудили меня рано, несмотря на то, что ночью из-за землетрясения пришлось раза три просыпаться и каждый раз успокаивать испуганную Аю. Кофе выпить тоже толком не успел. Стоило чуть-чуть отвлечься, и тут нас тряхнуло так, что поставленная на стол кружка с кофе слетела на землю и разбилась.

Землетрясение всё никак не угомонится. К концу вечера оно вроде бы почти затихло, а ночью заново разбушевалось, и такое впечатление, что под утро даже усилилось. Эта тенденция слегка напрягает и, судя по всему, не только меня.

Главы Кланов вот припёрлись на полчаса раньше, чем мы с ними договаривались. Странные они, японцы. Топчутся около штабного шатра и внутрь не заходят. Похоже, у них на уровне инстинкта впаяно — не заходить под крышу при землетрясениях.

Вот жеж… Помяни чёрта, и он тут как тут.

Только я собрался подняться с раскладного стула, чтобы с вышедшей Аю пойти на встречу с японцами, как земля подпрыгнула, заставив меня снова присесть.

Хорошо трясёт! Люди еле-еле на ногах стоят.

Хм, а к Аю Накасита подскочил, прыщ сладострастный! Стоит рядом, а за руку поддержать боится.

Нет, такой ханахаки нам не нужен! Это я так приобщаюсь к японской культуре. Аю иногда ненавязчиво трындит про всякое, а я запоминаю, выборочно. В том смысле, что не всегда её слышу, порой задумавшись про своё. Но про японские истории о неразделённой любви я успел узнать и даже название запомнил.

Сами понимаете — молодым девушкам порой нужно выговориться. А что у них в голове, даже если они Императрицы? Как я понял, в настоящее время вот эти самые ханахаки, заменяющие японским девушкам слезоточивые рыцарские романы, популярные среди девиц пубертатного возраста в аристократических семействах моей Империи.

Скастовав левитацию, я подплыл к жене и, взяв её под руку, важно поплыл вместе с ней к штабному шатру.

Понятное дело — понты!

И Силы левитация сжирает немеряно. Но что не сделаешь ради пиара.

Вон, как у японцев глаза выпали! Без всяких операций на европейцев стали похожи.

Голову третьего Главы сёгуната и ключи от города Осаки мне принесли в два часа дня.

Землетрясение закончилось часа на два позже, стихнув само по себе.

Глава 134

Тот феномен, что магия успешнее всего передаётся половым путём — это аксиома евгеники.

Нет, это не вензаболевание, а наследственность. Хотя я далеко не первый, кто подозревает, что передача магических способностей потомству сродни наследственной болезни.

Естественно, из уст специалистов всё звучит гораздо более пафосно и приятнее, а уж высокородные аристо и вовсе готовы забыть, что и как послужило их появлению на свет. Скажи им, что они запланированные личинки, полученные в результате спаривания двух специально подобранных особей, так ведь драться полезут или на дуэль попробуют вызвать.

Как бы то ни было, но факт остаётся фактом — от осинки не родятся апельсинки.

Побочный эффект, который стоит отметить — особое внимание лиц противоположного пола к магам с сильным Даром. Особенно, к молодым и симпатичным: например, таким, как я.

Звучит нескромно, но на самом деле я постоянно чувствую женское внимание, направленное в мою сторону, и должен сказать, что наблюдаю в этом процессе определённый перебор.

Свою удачную идею о том, что торговать лицом бесплатно — это альтруизм и процесс лучше всего монетизировать, я посчитал гениальной.

Казалось бы, что может быть лучше для рекламы маголёта, чем прибытие на нём в столицу героя, овеянного славой. К тому же Светка уже предупредила и собрала сотканную ею пати журналюг, не первый раз зарабатывающих себе репутацию и солидные гонорары на наших эксклюзивах.