"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 1197

Некоторый недостаток волос на голове австралийца компенсировали густые усы и необычная, аккуратно оформленная борода, напрочь сросшаяся с бакенбардами и простирающаяся от уха до уха. За Райтли мне пришлось посылать дирижабль на Окинаву, а когда он прибыл на Сахалин, куда мы недавно переехали всей семьёй, то там я поджидал австралийского купца уже на пару с Киякиным. Да, именно с купцом Киякиным.

Если что, невместно князю с купцами торговаться и договора торговые заключать. Зато про международное сотрудничество вполне стоит поговорить. Особенно с учётом льготных ставок моих территорий.

К тому же, у нас с Киякиным есть план, и как мне кажется, не самый плохой. Ещё из Владивостока я связался со своим банком и выяснил курсы валют, в частности франка, а заодно ликвидировал свой пробел в знаниях об австралийском долларе. Оказалось, что это вполне связанная между собой и взаимозависимая валютная пара.

Австралийцы, в силу своей изолированности, привязались к самой распространённой международной расчётной системе и их доллар лишь незначительно колеблется около курса французского франка. В итоге, один австралийский доллар оценивается примерно в два с половиной франка, и это соотношение уже незыблемо последние лет десять, с незначительными колебаниями в плюс — минус пять процентов. Я бы не стал об этом долго рассказывать, если бы не одно обстоятельство. Франк позавчера вошёл в пике и рухнул до годовых минимумов, потеряв порядка двадцати — двадцати двух процентов от своего предыдущего курса всего за два дня. Впрочем, франку не привыкать. Он и так, падает и падает последний год.

Хотя сын Главы Клана Райтли, командор Райтли, во время переговоров и убеждал меня, что его Клан владеет обширными землями и самыми большими в стране виноградниками, но то, что Ирвин Райтли, Глава Клана, прибудет сразу с крупной партией товаров, всё равно оказалось неожиданностью.

— Я вижу, что вы привезли много мяса, но его название мне ни о чём не говорит. Не подскажете, что это за австралятина? — задал я через переводчика вопрос купцу, когда мы закончили процедуру знакомства и изучили листок с привезёнными товарами и ценами на них.

Да, у меня с английским всё плохо, зато Киякин, к моему удивлению, язык откуда-то знает, но, с его слов, не очень хорошо.

— Мясо кенгуру.

— И каково оно на вкус?

— Как нежирная говядина с лёгкой горчинкой, присущей дичи.

— И вас устроит расчёт во французских франках из расчёта два с половиной франка за один австралийский доллар?

— Вполне. Почему бы и нет, — пожал Райтли плечами.

Я ещё раз бросил взгляд на лист с ценами, чтобы убедиться, что я не ошибся с цифрами. Оно того стоило. С учётом нынешнего курса франка австралийское мясо мне обходилось в четыре с половиной раза дешевле говядины, и это по ценам Рязани. В Приморье продукты ещё дороже, и снабжение армии встаёт мне в очень значительные суммы. Так что австралятина весьма кстати пришлась.

— Случайно мясных консервов у вас нет? — задал вопрос Киякин, заметив, что я углубился в расчёты и размышления.

— У одной из Семей, входящих в наш Клан, есть своя консервная фабрика. Они её построили в расчёте на контракты с индийской армией, но у Индии последнее время хромает финансирование, и фабрика простаивает, — попечалился австралиец.

— И что она производит?

— Насколько я помню, два или три вида чисто мясных консервов, в виде паштета или колбасного фарша, и столько же видов каши с мясом. Всё это выпускается в полуфунтовых алюминиевых упаковках.

— В алюминиевых? — не смог сдержать я удивления.

Ещё бы мне не удивиться. При наших-то ценах на алюминий упаковка дороже содержимого обойдётся.

— У нас в газетах пишут, что Австралия сейчас производит в год больше алюминия, чем все остальные страны мира, вместе взятые, — довольно прогудел Райтли.

— И сколько же стоит австралийский алюминий?

— Этого я точно не скажу. Наш Клан занимается другими вопросами, но навскидку в Австралии цена на алюминий примерно в три — три с половиной раза выше, чем на сталь. С учётом толщины фольги, малого веса, удобства использования и надёжности хранения продуктов, мы считаем, что такой вид упаковки оправдан.

— Да, да. Конечно, — кивнул я головой, думая совсем о другом.

В Российской Империи алюминий сейчас в дефиците, и если сравнивать его цены с обычными сортами строительной стали, то он раз в пятнадцать — двадцать дороже выходит. Говорят, что через пару — тройку лет, когда в стране будут достроены мощные гидроэлектростанции, цена на алюминий понизится, но дело в том, что для авиации, да и для моих верфей, он нужен уже сейчас и в больших количествах.

— Не расскажете, что ещё интересного есть у вас в стране? Континент у вас больно уж далёкий и мы о вас практически ничего не знаем, — в очередной раз вовремя подключился к беседе Киякин.

— У нас хорошо развито судостроение. Его рост сдерживает лишь дефицит качественной листовой стали. Тем не менее Австралия ежегодно продаёт десятки отличных грузовых судов. Есть надёжная сельхозтехника. Мы продаём другим странам много сахара, марганца, никеля и производим отличные шерстяные и хлопчатобумажные ткани, — с хорошо заметной гордостью перечислил австралиец товарное ассорти своей страны, — И, как вы уже знаете, наш Клан — лидер по производству сельскохозяйственной продукции. Вина, коньяки, колбасы, масло, сыр — это наша основная продукция, но сахар, пшеница и джемы у нас тоже имеются.

— А что вас из наших товаров может заинтересовать? — правильно оценил Киякин моё молчание, продолжив беседу сам.

— Я проявил некоторое любопытство и мне подсказали, что у князя нет проблем со сталью, — Райтли позволил себе лёгкую улыбку, сопроводив её уважительным поклоном в мою сторону, — Регулярные поставки стального листа нам бы не помешали. Определённый интерес есть и к пиломатериалам из древесины хвойных пород. Изделия из сосны отлично подходят к нашему влажному климату, но сосну на Тасмании приходится выращивать искусственно. Как вы понимаете — это весьма долго и недёшево.

— И это всё? — спросил я у австралийца с некоторым разочарованием, если не сказать, что и вовсе с обидой.

Пусть стальной лист и пиломатериалы — это уже не то, чтобы совсем уж сырьё, но всё равно меня задело этакое превосходство, которое пытается продемонстрировать Райтли. Я понимаю, что ни на Окинаве, ни здесь, на Сахалине, он не увидел ни заводов, ни серьёзных сооружений, но зачем нас дикарями считать? Северными варварами, которым успешный и богатый австралийский фермер рассказывает о чудесах цивилизации, а они слушают его, раскрыв рот.

— Я что-то упустил? Нефть, медь, золото? — наугад выстрелил австралиец.

— Мощные дизельные двигатели, бесконтактные телефонные коммуникаторы, небольшие самолёты, электрогенераторы, — в тон ему перечислил я ту продукцию, выпуск которой просто напрашивался гораздо большими партиями, чем мы сейчас производим, — Я мог бы ещё что-то вам предложить, но боюсь, что даже с обслуживанием дирижаблей, вроде тех, на котором вас сюда доставили, вы вряд ли справитесь. Но к этому вопросу года через три — четыре тоже можно будет вернуться, если вы своих людей русскому языку обучите и на год — полтора к нам пришлёте. Лучше, если они будут из Одарённых. Кристаллы со знаниями позволят им быстрее устранить пробелы в образовании.

— А вы, Ваше Сиятельство, сможете управиться с дирижаблем? — после непродолжительного молчания, с хитринкой в глазах, спросил Райтли.

Отыграться пытается? Я же видел, что после моего перечисления товаров он был в нокдауне.

— Я чемпион Имперской регаты в этом классе дирижаблей, и насколько я в курсе, мой мировой рекорд скорости ещё официально никем не превзойдён. Кстати, спасибо, что напомнили. Надо будет озаботиться этим вопросом. Обновить рекорд. Мои новые дирижабли сейчас летают намного быстрее. Впрочем, вы наверняка сами смогли оценить скорость одного из них.

— Да, меньше суток на перелёт. Пожалуй, мы пролетели даже больше двух тысяч километров, — причмокнул губами Райтли.