"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 1046

Глава 69

Франция. Париж. Головное отделение банка «Париж Кредит».

– Я разочарован. Сильно разочарован. Никогда финансовые операции нашего банка не терпели столь оглушительного провала. А всё почему? Да потому, что наши специалисты реально оценивали возможности тех или иных проектов. Да, мы старались, очень старались не зарываться, и все наши проекты так или иначе вели к укреплению франка, – отчитывал Эдмонд Ги де Майер трёх высших государственных чиновников, собравшихся у него в кабинете.

– Вам-то что переживать. Вам дано право печатать деньги. Ну, напечатаете себе ещё миллионов десять. В чём проблема? – по-солдатски прямо рубанул министр обороны Франции.

– Вроде и до министра дорос, а солдафонский дух из него так и не выветрился. До сих пор в мундире щеголяет, – подумал про себя Эдмонд, перед тем, как ответить вояке.

– В чём проблема? Да в них, в деньгах и проблема. Мне не нужна тонна – другая бумаги, называемой деньгами, если она начнёт терять свою цену. Да, мы выпускаем деньги, но мы же их и вкладываем. Если на эти деньги будет куплен рудник, то за центнер бумаги мы начнём получать десятки тонн руды ежемесячно. Те деньги, которые мы напечатали, вернуться к нам товаром, другими словами, деньги не потеряют свою покупательную способность. На них купят руду, отольют те же пушки, изготовят винтовки и продадут их уже за золото.

– А что золото? Такой же жупел, как и ваша бумага. По мне, так ванадий или вольфрам ничем не хуже вашего золота. Просто у народа мозги набекрень. Втемяшили им, что золото – это мерило ценности, и теперь эту дурь из их голов клещами не вытащить. На самом деле это такая же дурость, как и ваши банкноты. Обычный металл, хоть и редкий. Цена на него исключительно на вере держится, да на исторических канонах.

– Может, попробуете людям свой ванадий предложить в качестве мерила богатства? – прищурился банкир, – Если завтра вас отправят на пенсию, то как раз остаток жизни можете этой деятельности посвятить.

Было заметно, как министр вздрогнул.

Все трое чиновников прекрасно знали, кому они обязаны своими должностями и карьерой. К примеру, предыдущий министр обороны очень быстро покинул своё кресло, когда выяснилось, что он не может договориться с банками о кредитах на перевооружение армии. Зато один из его заместителей обещал решить этот вопрос быстро, и высокопоставленные государственные финансисты чудесным образом оказались осведомлены, что эти обещания не пустой звук.

– Персов мы только на половину стоимости кредитовали, – быстро сменил он тему, перейдя к финансовым вопросам, – Даже если они затянут с выплатами, то просто мы на какое-то время останемся без прибыли, но и в убытки не попадём.

– А золото кочевников? С ним что? И что с теми территориями, где должны были наши деньги стать одним из основных средств платежа. Надеюсь, вы понимаете, что я не про базары и лавки говорю, а про крупные финансовые операции? Меня очень сильно интересует интервенция франка в качестве международной валюты. Гораздо больше, чем какие-то там захваты территорий.

– Русские. Крайне непредсказуемая составляющая. Они опять что-то выдумали. Говорят, чуть ли не магов сумели возродить в армии.

– Говорят? Вы, министр обороны, пользуетесь слухами? Не удивительно, что те деньги, которые я по вашему настоянию вложил в политические игрища, в частности в ваши заигрывания с персами, следует признать более чем рискованными вложениями.

– Ну, сами подумайте, кто мог предположить, что русские сделают шаг назад и снова применят магию в военном деле? – всплеснул руками военный.

– Они не только назад ходить умеют, но и вперёд, – меланхолично заметил министр торговли, раздумывая и вспоминая те грехи, за которые ему банкир может высказать что-нибудь нелицеприятное.

– Что вы имеете ввиду? – очень живо среагировал Майер на реплику со стороны.

– Самолёты. У них появились вполне приличные самолёты. А тот, что над Каспием летал, так у него и вовсе не было винтов. Наши купцы его видели над одним из каспийских портов. Я об этом с неделю назад докладную записку подал в Службу Безопасности.

– Сведения проверяются, – кивнул неприметный седой мужчина, до этого молча разглядывающий лепнину на потолке, – Пока они нашли лишь косвенное подтверждение. Какой-то самолёт не так давно получил одобрение Военной Коллегии и на его дальнейшее освоение уже отпущены деньги из казны. Это на сегодня всё, о чём нам достоверно известно. Мной, под видом фоторепортёров и журналистов, уже посланы люди. Они днюют и ночуют около тех двух аэродромов, что находятся рядом со столицей, но пока безрезультатно. Ничего, кроме обычных фанерных бипланов они не заметили.

– Самолёты у русских точно есть, – поморщился министр обороны, – Персы их видели, более того, при встрече с одним из самолётов они потеряли боевой корабль, а потом приостановили вторжение и закупили у нас зенитные орудия. Заплатили золотом, не торгуясь, что для них совсем не характерно.

– Самолёты, зенитные орудия, золото, – негромко, почти что про себя проговорил Майер, раскачиваясь в кресле и глядя в потолок, – Пожалуй, это то, что нужно. Ни одно государство не откажется купить такой товар, особенно если он будет у их соседа. Купят. Как миленькие купят, – словно очнувшись, он огляделся, и остановив взгляд на неприметном мужчине, твёрдо и уверенно сказал, – Якоб, нам нужен этот самолёт. Чертежи, лицензии, конструкторы. Что хочешь достань, но мы, французы, должны их делать и продавать по всему континенту. За франки, естественно. Пошли лучших людей, не жалей денег, и обязательно добейся результата!

– Эдмонд, ты всерьёз считаешь, что русские сами не смогут делать эти свои самолёты? – слегка фамильярно, на правах старого друга, поинтересовался у банкира министр торговли.

– Я не думаю. Я знаю историю. Было бы это что-то уникальное, тогда я может быть и начал бы сомневаться. В единичных экземплярах русские способны творить чудеса, а когда счёт идёт на сотни и тысячи, то только враг, захвативший полстраны, способен их расшевелить. Почитайте про их довоенное автомобилестроение и вы сами всё поймёте. Даже на купленном у итальянцев заводе они умудрялись по тридцать лет подряд изготавливать одни и те же модели, пока не пришли французы, и не заставили их сменить модельный ряд. Был бы самолёт у немцев, я бы на него внимания не обратил. Немцы умеют делать хорошо и много. Русские нет.

Банкир встал из-за стола и отошёл к окну. Поэтому он не видел, как многозначительно переглянулись его собеседники, а министр торговли и вовсе позволил себе лёгкую усмешку. Все они прекрасно знали, что Эдмонд родился в Германии, но вынужден был переехать во Францию, чтобы не жить в еврейском гетто. Уехал не пустым. Вывез с собой приличное состояние, которое сумел так увеличить, что сейчас его считают, если и не самым богатым человеком на всём континенте, то самым богатым в Европе точно. Злые языки болтают, что активы его банков втрое превышают казну Королевского двора Франции. Не удивительно, если ему позволили печатать франки. Вроде бы и глупость несусветная, доверить частным лицам печатный станок государственных денег, но грубо говоря, исторический опыт США, где Ротшильды контролировали Федеральную Резервную Систему страны, к слову сказать, негосударственную организацию, уже имеется. Больше того, Дезмонд так сумел всё поставить, что им довольны. Доволен Королевский двор, наконец-то способный себе позволить роскошь балов и великолепные охоты. Довольна буржуазия, год от года всё более осваивающая ремесло рантье. Народ, правда, иногда ропщет. Так с голоду и они не умирают.

– И всё-таки, почему именно самолёты? – поинтересовался министр торговли.

– А назови мне ещё какой-нибудь товар, который заставит правителей любой страны сильно волноваться и тут же запускать руки в казну? Подскажи, как мне другим способом заставить их принять франки в качестве международной валюты?