Аквариум как способ ухода за теннисным кортом - Гаккель Всеволод - Страница 76

По средам мы продолжали ездить в баню, и я договорился с Плюхой, чтобы он приезжал на корты вместо меня. Самыми же частыми гостями по-прежнему были Наташа Воробьева с Виталиком, с которыми мы сдружились ещё на Каменном острове, а в это лето зачастил Дусер. Он неожиданно увлекся теннисом, и мы даже сговорились с ним так, что он мог приезжать туда, даже когда нас там нет – открывать корты и играть с друзьями. Как-то уже в конце лета мы устроили очередной велопробег. Мы все лето пытались это организовать с «Двумя самолетами», но музыкантов всегда трудно собрать, то одни на гастролях, то у других запись. В итоге мы решили больше не ждать, и в этот раз собралось всего человек десять. Мы не все знали друг друга и при встрече просто представились по именам. Конечно же мы поехали в Александровскую. Уже приехав туда, мы накупили еды и всяких сладостей и как обычно устроили застолье, а потом разыграли маленький турнир. После обеда приехали Лена с Катей. Уже к вечеру мы так намотались, что всем было лень ехать своим ходом, и мы поехали на электричке. Я спросил Дусера, кто были эти ребята, что приехали с ним. Ими оказались Дима Веселов и Коля Кошкин, музыканты из группы «Аквариум». Это было мистическое совпадение. Мы обменялись любезностями, и я порадовался тому, как многолика эта группа. Можно встретиться на улице, пройти мимо и даже не знать, что мы в разное время носили одно имя. Мы разговорились, и мне было интересно узнать, что в этот момент они не были уверены – продлит ли Боб контракт с ними? Настроение у них было таково, что скорее всего участие в этой группе для них было уже прошлым. Мы покаламбурили на эту тему, жаль что и мы в свое время не подписали контракт с Бобом. Может быть это упростило бы то, что стало нашим прошлым, которое для него остается гармоничным настоящим. По-прежнему пытаясь проанализировать историю этой группы, мне кажется, что если бы я мог предвидеть такое развитие событий, что «Аквариум» – как образ жизни, будет заключаться в бесконечной смене декораций в театре одного Артиста, то я предпочел бы в ней не играть.

Этим летом умер ещё один персонаж этой истории – Саша Кондрашкин. Один из барабанщиков этой группы. Как и многие другие, он не нашёл себя в этой группе. И мы потеряли друг друга из виду гораздо раньше, но каждый из нас узнал, что и он себя не нашёл.

Наступила осень. Мы сняли сетки и закрыли сезон. Будем ли мы там работать на следующий год, я не знаю. Будет ли это место готово принять нас? Если нет, то это тоже не имеет никакого значения. Наконец, кортов в городе много, и всегда можно где-нибудь приткнуться. А может быть это будут и не корты. Для меня не имеет большого значения, что я буду делать. Лишь бы люди, с которыми мне предстоит что-то начать или продолжать делать были бы преисполнены любви к друг другу. И если я почувствую, что это будет не так, я всегда уйду и уступлю дорогу.

Мне, наконец, удалось сдать квартиру, правда не совсем так, как я рассчитывал, но, тем не менее, это значительно облегчило нашу жизнь. По крайней мере мне не надо туда мотаться. И какое-то время я смогу об этом не думать. Настала пора вплотную приступать к подготовке фестиваля и я, как обычно, не знаю с какой стороны начать. Я по-прежнему готов всячески помогать Насте и делать что-то во имя Сергея. Но это не совсем то, чем мне хотелось бы заниматься. Может быть в этот раз удастся привезти моего героя Тёрстона Мура. Он дал согласие, но надо изобрести деньги на его проезд. Мы с Плюхой мечтали пригласить Роберта Уаятта, и Антея Ино должна была передать ему наше приглашение. Британский Совет обещал нам помочь, но пока ни ответа, ни привета. Если бы он согласился, то это было бы событием и здесь и там, поскольку он уже почти двадцать лет не выступает. Но, неожиданно, свое согласие на участие подтвердил Терри Райли.

Фестивали в Нью-Йорке, судя по всему, заглохли. Да в них и не было особенного смысла. Как опыт, это было безусловно интересно. Но в Нью-Йорке ежедневно столько всего происходит, что если эти же музыканты выступят в сочетании с русскими, это никого не удивит. Кто же из русских может снова туда поехать, чтобы это было действительно интересно для Америки, я не представляю. В поле моего зрения эти музыканты попадают очень редко. Наверное, мне надо быть более внимательным. Для этого и надо приложить усилие к тому, чтобы эти фестивали в первую очередь проходили бы здесь. И только через несколько лет время покажет, был ли в этом какой-нибудь смысл?

Эпилог

Я почти не вижу Файнштейна и Дюшу.

Дюша распустил «Трилистник» и затеял новый проект «Дюша-групп», в котором играет все тот же Наиль, Юра Николаев и Дима (Монстр). Один раз я видел их концерт по телевизору.

Михаил перенял у меня эстафету и на Историческом факультете Университета решил открыть музыкальный клуб «Гараж» с автомобильным уклоном. Но было уже другое время, и он начал с легальной стороны дела. Потом он нашёл партнеров, и они затеяли ремонт помещения. На все это ушли многие месяцы, если не годы. Они несколько раз пытались открываться, но так и не успели разогнаться, у него возникли разногласия с администрацией факультета, в итоге клуб закрыли. Михаил потерял кучу денег. Последние несколько лет он играл с Дюшей в «Трилистнике», потом с Ольгой Перри и, наверное, ещё с кем-то, но об это мне уже не известно. Со своими дружками гонщиками он осуществил свою давнюю мечту и принял участие в авто ралли и с неплохими результатами – выиграл свою «гонку в Монзе».

Ольга Перрри вернулась в Россию чтобы ухаживать за матерью, да так тут и осела. Она записала альбом «В объятиях джинсни» и цикл песен на стихи Ахматовой.

Со времени нашей железнодорожной эпопеи мы почти не видимся с Джорджом, лишь время от времени разговариваем по телефону. Года три назад на него напали подростки, и он получил сильную травму головы и обморозил ноги. Он перенес операцию и долгое время лежал в больнице. После чего ему теперь трудно самостоятельно перемещаться и он от этого очень страдает.

Майкл Кордюков пять лет прожил в Америке, но всё-таки вернулся, о чём сразу же пожалел. Он построил домашнюю студию и пишет музыку. Он тяжело болел и год назад перенес сложнейшую нейрохирургическую операцию. Теперь чувствует себя гораздо лучше, настолько, что вернулся к процессу записи.

Петрович интенсивно играет одновременно в нескольких проектах. Самым заметным является «Достоевский Идиот». Время от времени играет с «Вермишелями».

Рюша осуществил свою мечту. Он играет аутентичное барокко в ансамбле «Musica Petropolitana», который сам и организовал. Он стал лауреатом всех значительных европейских фестивалей старинной музыки, записал сольный альбом с сонатами Баха и несколько альбомов с ансамблем. Ваню Воропаева можно встретить в подземном переходе среди уличных музыкантов.

Титович играет в группе «Karmacoma» со своей женой Алёной. Алёна пишет симпатичные песни на английском языке, которым за годы жизни в Англии овладела в значительной степени. К тому же она чрезвычайно мила, что немаловажно для карьеры девушки. Они часто играют по лондонским клубам, и Сашка рассчитывает на поддержку Дэйва Стюарта. Пока же она заключается в том, что тот дал им возможность записать несколько песен в своей студии «Church». Сашка прислал мне сингл, который они с Алёной самостоятельно выпустили. Мне очень понравилась песня про Титаник, и я слушал её несколько дней подряд. У них есть все шансы, чтобы сделать карьеру, но только это Лондон и рынок там перенасыщен. Пока же Сашка работает в такси, и когда выпьет, то может позвонить.

Саша Ляпин вместе с Титовичем и Мишей Костюшкиным несколько лет играл в основном составе «Поп-механики». Обычно он играет в блюзовом клубе во Дворце Молодежи. После юбилейного концерта «Аквариума» он полгода играл в одноименном оркестре, но по вышеозначенным причинам снова был уволен в запас. Ходили слухи о том, что Пол Маккартни пригласил его провести мастер-класс в музыкальном колледже, который он основал в Ливерпуле.