Хорошая примета (СИ) - Матуш Катя - Страница 18

— О! Явилась, — приветствовал он меня, скоро запихивая весь хлам обратно на верхнюю полку. — Мы тебя уже потеряли.

— Еще и девяти нет, — сказала я, скидывая валенки. — Ты чего делаешь?

Отец тяжело вздохнул и постучал себя по голове:

— Не могу ключи найти. Дедушка тоже не видел, уже три куска торта скормили, молчит как партизан.

— Найдутся. Может в мастерской?

Я сняла пуховик, отец бегло меня осмотрел и нахмурился:

— Иди там, ждут тебя. Я даже участвовать не хочу, сами с ней разбирайтесь.

— Чего? — испуганно вытаращилась я. — Опять сваха пришла?

— Она и не уходила! — посмеялся отец и пошел рыться в кухонных шкафах. В прошлый раз второпях ключи с перечницей перепутал, теперь опять весь дом придется переворачивать.

Я боязно прошла в зал и замерла на пороге, перебирая в голове памятные даты, чтобы найти причину столь внезапного сбора семьи.

Мама сидела в своем рабочем кресле и всеми силами делала непричастный вид. Треня удобно разлегся в кресле, Дан и Олег расположились на диване. Давненько мы не собирались, я уж и завидки свои забыла. Старшие братья были очень похожи на отца, и совсем не похожи на мать. Олег живот со своей “сладкой жизнью” все же отъел, но худа ему это не делало, как и шкура медвежья вместо волос, а природная стройность не сильно портила Дана. Высокие, голубоглазые и нос горбатый, не то что мы с Треней. Две мамкины картошки…

— Ну очуметь можно, — шепнул Дан, глядя на меня.

— А я говорил, — кивнул Треня.

Олег встал с дивана, подошел ко мне и положил руки на плечи:

— Все нормально?

— Ну да, а что случилось?.. — уставилась я на брата.

— Она уже и привыкнуть успела! — прикрикнул Дан. — Ты давно на смотринах была, мама? Неужели сейчас кто-то такой разряженный ходит?!

— Еще и в сирени вся, — строго сказал Олег и обернулся на мать. — Ты куда спешишь? Ей и двадцати еще нет!

— Да что такого, — спокойно отвечала наша сваха на претензии. — Красивый сарафан. Считай, семейная реликвия, бабка наша в нем замуж выходила. Мы вот с отцом когда познакомились, я в нем была. Скажи им, Василий!

Мама обернулась на мужа, который уже шебуршился по ящикам трюмо.

— Да-да, в нем и была, я аж молодость вспомнил, — тараторил он себе под нос.

— Замечательно, — сказал Дан. — Значит, мы для Милы ищем жениха “шестьдесят плюс”. Я правильно понял?

Олег принюхался. Его нос тут же потемнел и растерял все человеческие очертания. Пушистые уши оттопырились:

— Я не пойму, — тихо сказал он. — Тут не только сирень. Он в анютиных глазках вымочен что ли?

Дан хлопнул себя по лбу:

— Ей же не тридцать лет, ты на кой ее ворожишь?! А вдруг какой-нибудь придурок попадется, а? Мы что потом делать будем?

— На случай “придурков” у нее вы есть, — хмыкнула мама. — Отворожите.

Я встряла на проходе. Неужели, они тут все собрались, чтобы меня защищать? Втроем на мать напали, и даже этот балалаечник туда же!

— Да ладно вам, — сказала я. — Мама же как лучше хочет. Замуж так-то пора…

— Куда тебе там пора? — нахмурился Олег, приходя в форму. — Ты ее не слушай, Милослава, ты еще молодая, тебе оно не надо. Как сложится, так и сложится. Что я, зря работаю что ли?! Уж вытянем как-нибудь.

Мама нахмурилась:

— Я как будто стараюсь, потому что нам ее кормить нечем! Что за глупости?! Двадцать лет через год, а всего одна сваха заявилась, и та не пойми что и от кого! Вы мне тут не рассказывайте, прогрессивные нашлись. Белояре сколько лет было, а Олег? То-то я припоминаю, как ты в свои пятнадцать тут готовый свататься носился. А ты че смотришь? Сколько лет было Каролине, когда мы свадьбу играли? Месяц, как восемнадцать? А сейчас, видите ли, мода пошла на “попозжа”! Я с этим каждый день дело имею, мужик до гроба жених, а цветение, оно не вечно. И нечо тут!

Олег сел обратно на диван, установил локти на колени и сцепил руки в замок. Сейчас будет скандал.

Когда Треня обещался помочь, я и подумать не могла, что он тяжелую артиллерию привлечет. По итогу еще потребует за это забрать его очередь на генеральную уборку! Ведь Олега переубедить очень сложно, а он отчего-то решил чуть ли не жить меня к себе забрать, как бы мы тут не «наворотили делов».

И с чего они, интересно, взяли, что мне замуж рано?! Половина одноклассниц еще в школе если не свадьбу, то помолвку играли. Даже отец не вякает, а этим откуда надобность взялась? Понятно, что они переживают, но сами-то за молодух повыскакивали, а когда мама им говорила, что рано еще, истерики устраивали.

Я попыталась заступиться за мать, чья помощь вкупе с моим благоразумием вреда не наделает, но меня в итоге просто выпроводили восвояси со всеми аргументами, вручив кружку чая и бутерброд.

Наверняка больше их взбесило, что про сватовство они из блога Дедушкиного узнали, а не от нас. Но кто ж о таком трепаться будет? Ладно подружкам рассказать, а этих только дерни, начнут меня из института по очереди забирать, точно всех женихов распугают. Олег один раз в школу на открытый урок приперся, так на меня одноклассники даже глянуть потом боялись.

Точно мама сказала, прогрессивные нашлись, а сами думают, что мне даже за ручку ни с кем держаться до свадьбы нельзя. Несомненно, все гордились, что я учусь в одном из самых престижных вузов, и очень хотели чтоб я его закончила, но свадьба-то чем помешает? Пока познакомишься, присмотришься, потом сватки, смотрины, а еще надо чтоб не сессия, уже придет черед диплом защищать.

Я раскрыла шкаф. Ну вот! Одежду она мне вернула, а значит все не так и плохо. Единственное, за что хотелось по голове настучать, это анютины глазки. Я как чувствовала, что на меня давит какая-то окололюбовная дребедень, но сарафан повис на вешалке, а желтые глаза и седая голова по-прежнему казались мне очень красивым сочетанием. Как луна на фоне пушистых облаков. Или отражение солнца в лужах.

Вроде ничего красивого, а все равно как-то радостно.

Я с минут десять простояла подпирая дверь, но криков слышно не было, а значит слово взял отец и все они пойдут лесом. Нашлись тут, слишком много на себя берут! В своих домах будут порядки наводить, на наши квадратные метры многовато глав семьи будет.

Я плюхнулась на кровать и клятвенно пообещала себе завтра же сесть за схему, которую все теперь с нетерпением ждут. Творческий послематчевый порыв сдуло без следа, а когда этот чернобровый придурок начал шутки свои шутить, про «Мила засланный казачок, можно мне другую вышивальщицу», и вообще захотелось ему молот на груди вышить. Повезло девчонки сжалились, и нам с Есенией хоть кроить не придется.

Под руку подлез телефон. Я задрала его над головой и чуть не уронила на лицо, когда окно оповещений зажглось десятками пропущенных. Палец дрогнул. Я быстро пролистывала пропущенные от братьев, Ольги и Благаны, в надежде найти хоть один неопознанный номер, но красный, казавшийся бесконечным, список закончился все теми же “избранными”. Я проверила все мессенджеры и даже папки спама, но и следа волчьего не нашла.

Надо было дать свой номер хотя бы Белогору. Они же знакомы? Вдруг Тихомир спрашивал, а никто и не в курсе!

А вдруг не спрашивал?.. И вообще об этом не думает? У них там болельщиц больше, чем у меня иголок, вроде бы как и надежду зря питать не стоит, но люди же как-то знакомятся, влюбляются, и не обязательно учиться в одном вузе или школе.

Я уткнулась носом в подушку и силясь отвлечься зарылась в блог нашего Соседушки, который, на удивление, молчит весь день. Никак готовит огромную статью: “Братья и вековуха”. После блога о свахе на ура зайдет… До сих пор в популярных на главной странице портала висит, с тремя тысячами комментариев. Я сощурилась и присмотрелась. Нет. С тридцатью тысячами!

Кто-то в комментариях написал, что к ним в дом приходила сваха, по описаниям очень похожая на нашу, и это запустило целую лавину сообщений. Люди прикладывали фото, кто-то обходился словесным описанием, и я даже не сомневалась, что речь идет об одном и том же человеке, и все бы ничего, женщина работает, но везде мелькало имя “Здебор”, хотя Дедушка его у себя в блоге даже не упомянул.