Жаркие сны - Кренц Джейн Энн - Страница 60

Амелию посылали в самые продвинутые школы, нанимали лучших преподавателей. От нее на каждом шагу требовали успеха и совершенства во всем, и она из кожи вон лезла, чтобы отец с матерью были довольны, какой бы ценой ни приходилось платить за это. Она жертвовала всем: игрушками, друзьями, романами, – чтобы достичь целей, поставленных для нее родителями. В конце концов, они с самого начала дали понять, что могут любить только идеальное, успешное дитя.

К сожалению, со временем ей пришлось убить и мать, и отца. Ничего не попишешь, иного выхода не было. Оказалось, что никто не способен быть совершенством. Рано или поздно неудачи неизбежны. В день окончания колледжа Амелия решила, что больше не вынесет холодного презрения и брезгливости, с которой родители относились к ее редким ошибкам. Поэтому Амелия избавилась от отца и матери.

Но хотя родителей давно не было на свете, в ушах до сих пор звучали грубые упреки, когда что-то шло не так, как было задумано.

– Йолланд! – окликнула Амелия, останавливаясь возле ворот.

– Я здесь. Эти ублюдки еще у меня попляшут, – донесся голос Йолланда из билетной будки у входа. – Думают, что могут издеваться над окружающей средой. Это им не сойдет с рук. Обещаю проучить их так, что вовек не забудут!

Амелия едва не застонала от омерзения. Список бывших заключенных, участвовавших в Брэклтонской программе перевоспитания, еще до рассвета станет меньше на одно имя. Ничего, ей их не жалко. Работать с этими типами нелегко, зато у них есть свои достоинства. Хорошо еще, что эти двое, Алберт Гиббс и Йолланд, как оказалось, жили в Лос-Анджелесе и смогли приехать по первому зову.

– Ты настоящий герой, Йолланд, – заверила она. – Только немногим людям хватило бы мужества сделать то, на что отважился ты. Взрыватели готовы?

– Все устроено.

– Помни, нужно ждать моего сигнала.

– Понятно.

– Так почему я не могу прорваться через это красное цунами? – спросил Скаргилл.

– Вряд ли вам понравится мой анализ, но могу сказать, что он точен, потому что у меня есть опыт истолкования снов кое-кого из людей Лоусона, которым кололи CZ-149. Хотите знать, что означает красное цунами, блокирующее ваш экстремальный сон?

– Да.

– Это спящий разум дает знать, что вы не можете погрузиться в экстремальный сон из-за яда, бушующего в вашей крови. Поэтому вода и красная. Это цвет крови.

Скаргилл уставился на Изабел. Его бил озноб.

– Какой яд? О чем вы?

– CZ-149. Он не усиливает сны Пятого уровня, а мешает их видеть. Бьюсь об заклад, что Амелия регулярно пичкает вас достаточно высокими дозами, чтобы помешать вам видеть экстремальные сны.

– Это не имеет никакого смысла. Зачем ей вредить мне?

– Чтобы легче было манипулировать вами. Судя по тому, что я слышала, средство имеет гипнотическое воздействие на сновидцев Пятого уровня. Делает их крайне восприимчивыми к чужому влиянию. Если бы Амелия позволила вам снова видеть сны без постороннего воздействия… черт, да если бы она вернула вам ясность мышления, вы сразу заподозрили бы что-то неладное и стали бы задавать опасные вопросы. Она не может допустить, чтобы такое случилось.

– Это неправда! Не может быть правдой! Зачем ей тогда понадобилось спасать меня, а потом мешать видеть сны?

– Если я права, а я почти уверена в своей правоте, у нее две цели, – пояснила Изабел. – Первая – получить контроль над собственной лабораторией. Этого она более-менее достигла. Вторая – уничтожить Лоусона и его агентство. Чтобы добиться этого, она сегодня намеревается использовать нас всех: вас, меня, Эллиса и даже беднягу Йолланда. Более того, сделает все, чтобы мы не дожили до утра. Потому что оставлять нас в живых нельзя.

– Ошибаетесь! – отрезал Скаргилл. – Мы всего лишь стараемся доказать Джеку Лоусону, что Катлер пошел по кривой дорожке. Лоусон доверяет ублюдку. И не желает ничего слушать. Катлер убедил его, что это я сподличал, похитил и убил кучу народа. Поэтому я и решил пока что оставаться в мертвецах. Буду держаться в стороне, пока мы не прижучим Катлера и не получим доказательства, которые необходимо предъявить Лоусону.

– Она лгала вам, Винсент. Уверяю вас, все это неправда. Она лжет и изворачивается. – Изабел помедлила, собираясь с мыслями. Она понимала, что у нее есть только один шанс убедить его. – Позвольте мне объяснить все с самого начала. В планы Амелии входило соблазнить Лоусона, чтобы приобрести над ним власть, а через него завладеть лабораториями исследования снов «Фрей-Солтер». Однако план провалился, когда Лоусон бросил Амелию и перевел в другое агентство.

– Но…

– Предусмотрительная Амелия мгновенно разработала другой план. Решила завладеть частной лабораторией исследования снов, чтобы конкурировать с Лоусоном. А для полного успеха ей было необходимо иметь по крайней мере пару сновидцев Пятого уровня. Сами знаете, найти их нелегко. Поэтому она решила украсть их у Лоусона.

Скаргилл тяжело навалился на прилавок, очевидно, не в силах держаться на ногах.

– Вы говорите обо мне? – уточнил он.

– Да. Она позволила вам думать, что вы самостоятельно расследуете все эти похищения, и играла на вашей гордости, духе соперничества и стремлении вырваться вперед, потакая вашему эго. И дожидалась подходящего момента, чтобы убедить вас уйти от Лоусона на том основании, что он вас недостаточно ценит.

– И заставить меня работать на нее? – скептически уточнил Скаргилл.

– Именно. После того как Амелию вышибли из агентства Лоусона, она задумала взять власть в центре Белведера. Об этом центре она знала достаточно, чтобы понять: если это удастся, у нее в руках окажется второй сновидец Пятого уровня.

– То есть вы?

– Конечно. Имея такие козыри, она со своими талантами могла бы заставить Лоусона попотеть, а может, и попросту покончить с ним и его агентством. И тогда получила бы право претендовать на звание самого известного исследователя в области экстремальных снов. Кто знает, чего она смогла бы добиться! Но на ее пути встало серьезное препятствие.

– Катлер.

Скаргилл глубоко вздохнул и попытался расправить трясущиеся плечи.

– Док сказала, что он мне завидует.

– Он не завидовал. Но и не поверил столь блестящей серии раскрытия преступлений во сне. Амелия знала, что Катлер подозревает неладное, и после года работы в агентстве Лоусона поняла, что он не собирается сдаться и отойти в сторону. Значит, следовало избавиться от него, прежде чем он поймет, кто именно устроил все похищения, да еще и убил нескольких человек.

– Нет, – пробормотал Скаргилл. – Нет, черт бы меня побрал!

– Понятно, что задача оказалась нелегкой. Помимо всего прочего, Эллис и Лоусон были давними друзьями. И если бы что-то случилось с Эллисом, Лоусон наверняка назначил бы расследование. Поэтому она решила, что Эллис должен умереть, выполняя свой долг.

– Если вы о том дне в лагере «выживальщиков», когда все полетело к дьяволу…

– Амелия поставила этот ужасный спектакль, хорошо понимая, что Эллис распознает еще одно подозрительное похищение и постарается вмешаться, – поспешно пояснила Изабел. – Для него она приготовила смерть в перестрелке с обитателями лагеря. Даже если для этого пришлось бы самой спустить курок. Все равно потом никто ни о чем не догадался бы.

Теперь Скаргилла затрясло еще сильнее. Он скорчился, судорожно сжимая в руке пистолет.

– Н-не понимаю. Черт возьми, у меня в голове ни единой мысли. Со мной что-то неладно. Голова прямо раскалывается. Я даже не способен думать связно.

– В тот день в лагере все пошло наперекосяк, когда взорвался склад с боеприпасами. Амелия пыталась убить Эллиса, однако не получилось. Вы, ее главное приобретение, были тяжело ранены.

– Взрыв, – прошептал Скаргилл, растирая виски свободной рукой.

– Амелия спасла вас и доставила в больницу. Позже она изменила все больничные записи, чтобы вас посчитали погибшим. Потом забрала вас, прихватила запасы украденного CZ-149, чтобы без помех манипулировать вами, и уехала в Калифорнию. Там она соблазнила Рэндолфа Белведера и подстроила убийство его отца.