Жаркие сны - Кренц Джейн Энн - Страница 46

Изабел почесала кота за ухом. Сфинкс замурлыкал громче и, казалось, стал еще тяжелее и теплее.

– Вот это мне нравится.

– Кстати, как думаешь, кошки видят сны?

– Кто знает? Если согласиться с теорией Фрейда, что сновидения – это форма исполнения желания, способ осуществить фантазии, которые мы подавляем в состоянии бодрствования, значит, вряд ли это возможно. В конце концов, кошки всегда делают что хотят. У них нет никаких проблем с подавляемыми фантазиями.

– Да, они поступают так, как побуждает их Внутренний Кот, не находишь?

Изабел кивнула, разглядывая Сфинкса.

– Та же самая мысль применима к классической теории Юнга. Юнг считал, что сновидения – продукт коллективного бессознательного, отличающегося различными архетипами и метафорами.

– Боюсь, что коты вряд ли интересуются архетипами и метафорами.

– Но кроме того, есть еще и современные психоневрологи. Некоторые считают, что животные действительно видят сны, но другие убеждены, что сновидения – это познавательная функция, развивающаяся по мере роста и развития мозга. Они указывают на почти полное отсутствие доказательств того, что младенцы видят сны, а сны очень маленьких детей обычно крайне примитивны. По их предположениям, сновидения становятся более сложными и связными по мере взросления человека. Эта идея приводит к тому заключению, что мозг животных, возможно, лишен познавательной способности к сновидениям. По крайней мере таким, какие мы считаем истинными сновидениями.

Эллис улыбнулся:

– Значит, сновидения – это привилегия людей?

Сфинкс раздраженно дернул хвостом, но не потрудился открыть глаза.

– Может быть. – Изабел почесала спину кота ближе к хвосту. – Имеется еще одна группа психоневрологов, увлекающаяся теорией активации-синтеза. Эта теория гласит, что сновидения всего лишь результат произвольных сигналов, посланных из наиболее примитивной части ствола мозга во время сна. Мозг предназначен для организации всех получаемых данных, так что даже во сне пытается соединить то, что является в основном бессмысленными разрядами атмосферных помех, в связные изображения, зачастую странные и причудливые.

– Эта теория не по мне, – покачал головой Эллис.

– Да и я ее не разделяю, – хмыкнула Изабел.

– Короче говоря, мы по-прежнему не знаем, видят ли животные сны.

– Не знаем. Более того, нам еще многое неизвестно о природе собственных снов, – объявила Изабел. – Возьми хотя бы сновидения при не полностью выключенном сознании.

– Забавно, что именно ты так считаешь, – заметил Эллис, выключая лампу у дивана. – Я как раз подумывал о том, что тут есть один сновидец Пятого уровня, с которым мне очень хотелось бы заняться любовью прямо сейчас.

Дрожь прошла по телу Изабел. Она затаила дыхание. Рука, лежавшая на спине Сфинкса, замерла. Даже земля, казалось, замедлила движение, словно впадая в знакомое состояние сна…

– Я думала, мы собирались работать, – выдавила Изабел.

– Нам обоим не мешает сделать перерыв.

Эллис поднял Сфинкса с дивана.

– Пойди прогуляйся, котик.

Сфинкс высоко задрал хвост и направился к кухне.

Изабел улыбнулась, греясь в лучах взгляда Эллиса.

Он лег рядом, стащил с ее носа очки и положил на статью, которую она читала. Изабел моргнула, приспосабливаясь к полумраку, а затем коснулась щеки Эллиса.

Он целовал ее медленно, нежно, настойчиво, без слов побуждая приоткрыть губы. Она послушалась, ощутила, как его язык скользит по ее нижней губе, и с тихим вздохом отдалась объятиям, повернувшись так, чтобы ее грудь упиралась в грудь Эллиса.

Он снял с нее пуловер и щелкнул застежкой лифчика. Изабел дрожащими пальцами расстегнула его рубашку.

Эллис упал спиной на подушки, увлекая ее за собой. Изабел лежала на его груди, зажатая его бедрами. Ее одежда как-то незаметно исчезла.

– Расскажи мне свои сны, – пробормотал Эллис, почти не отнимая губ от ее горла. – Те, в которых мы занимаемся любовью.

– Что ты хочешь знать? – спросила Изабел, затаив дыхание. Эллис провел рукой по ее спине и сжал ягодицы.

– Хочу знать, что я делаю с тобой в твоих снах.

Изабел вдруг сконфузилась. «Он хочет услышать подробности моих эротических фантазий!» Очевидно, Эллис не имел в виду костюмы, которые она изобретала для него?

– Расскажи, – настойчиво повторил он, проводя пальцами по ее позвоночнику.

Яркие картинки снов пронеслись в памяти Изабел. Но слова не шли с языка. Она не могла говорить вслух о подобных вещах!

– Я касался тебя вот так? – Эллис обвел ложбинку между двойными полушариями ее ягодиц.

Изабел уронила голову ему на грудь.

– Эллис…

– Или так? – Его пальцы двинулись ниже. – Можешь прошептать ответ мне на ухо?

– Ммм…

Конечно, ей следовало сказать что-то более зазывное, манящее и утонченное, как подобало бы настоящей Тангольере, но она быстро теряла способность мыслить, не говоря уже о связной речи.

– Как насчет этого? – Эллис медленно проник пальцем в ее лоно, нежно лаская.

– Эллис…

– Насколько я понял, это означает «да»?

К бедру Изабел прижималась тугая, налитая плоть. Протянув руку, она осторожно расстегнула молнию его брюк и обхватила рукой его отяжелевший фаллос. Дыхание Эллиса ощутимо участилось.

– Определенно «да», – прошептала Изабел, прижав губы к его уху.

– Продолжай говорить, – тихо попросил он. – Как видишь, я прекрасно реагирую на всякое позитивное поощрение.

– Я заметила, – согласилась Изабел, крепче сжимая ладонь. – Какое приятное ощущение.

– Как насчет этого?

– Да.

– А этого?

– О Господи, да.

И тут она рассказала ему свои сны. Немного позже он рассказал ей свои.

Глава 28

Эллис вышел из ванной, застегивая брюки, и вернулся в гостиную. Изабел все еще лежала на диване. Услышав шаги, она зевнула, открыла глаза и взглянула на Эллиса сквозь полуопущенные ресницы.

– Уже утро?

– Еще и ночь не началась. Десять минут двенадцатого.

– Это хорошо. Потому что я ужасно устала.

– Я тоже не готов бежать марафон, – кивнул Эллис. – Должен признаться, мои ночные фантазии включали довольно затейливую гимнастику. Но по сравнению с твоими это не более чем прогулка в парке.

Эллис не мог оторвать от Изабел глаз. Она выглядела невероятно сексапильной со своими разметавшимися, еще влажными от пота волосами. Запах их страсти до сих пор ощущался в воздухе. Эллис ощутил, как снова шевельнулась и отвердела его плоть, нагнулся, откинул плед с Изабел и погладил ее по голому плечу.

– Хорошо, что мы оба – Пятый уровень. Сколько всяких интересных позиций можно увидеть во сне!

– Ты и половины всего не знаешь, – скромно согласилась Изабел. – Я еще не начала тебя одевать!

– Одевать? – с любопытством переспросил Эллис.

– Не важно. – Она встала, завязала плед над грудью и легко поцеловала Эллиса в губы, прежде чем направиться в ванную. – Все объясню в свое время.

– Хорошо. Как скажешь. Я на все готов.

Изабел скрылась в ванной.

Эллис улыбнулся, бесшабашно позволяя себе насладиться столь незнакомой близостью с женщиной.

Подойдя к светящемуся экрану монитора, он взглянул на данные, собранные специальной программой поиска.

Название «Брэклтонское исправительное учреждение» повторилось еще трижды.

Дверь ванной открылась.

– Нашел, – бросил Эллис, не оборачиваясь. – Гиббс, Маклин и другие сидели в одной тюрьме. Правда, в разное время, но простым совпадением это быть не могло.

Изабел вошла в комнату, на ходу завязывая пояс халата.

– И о чем это говорит?

– Пока не знаю, но тут есть прямая связь, а именно этого я и добивался. – Эллис сел на стул и стал нажимать клавиши. – Жаль, что не увидел этого раньше.

– Что теперь?

– Нужно найти все, что возможно, о Брэклтонской тюрьме. От всей души надеюсь обнаружить что-нибудь полезное.

Изабел зевнула и прикрыла рот ладонью.