Уроки автостопа или Как за 20$ объехать весь мир - Шанин Валерий - Страница 57

Созвонился с Надером, тем самым стоматологом из Марса-Алама. Он пригласил меня на ночную службу в церковь (Иисус воскрес, однако!), выяснил у священника невозможность моей там ночевки и отвез… в РКЦ! Да, в Александрии также присутствует этот замечательный реликт советских времен, и сотрудники его легко опознали меня, как коллегу посетившего их уже и отправленного после разговора с генконсулом на самолете в Москву Г.Кубатьяна. Оттуда я съездил на такси в консульство, но там сломался дверной звонок, и я все же заночевал в подвале РКЦ на диванчике.

В телефонном разговоре с генконсулом директор Центра выяснил, что возможностей для гидростопа из Александрии не имеется, поэтому мне следует возвращаться и улаживать вопрос с сотрудниками посольства.

В Каир для простоты и скорости я выехал на поезде. Удачно обнаружил скоростной рейс (лишь с одной остановкой), беспрепятственно проник в вагон повышенной комфортности, откуда был через полчаса прогнан билетером в чуть менее просторный соседний вагон. В столице прокатился на метро по справке о покраже, безрезультатно посетил офис "Аэрофлота" и посольство России (до вторника выходной). Затем отправился в Порт-Саид для проверки гипотезы сотрудника службы безопасности александрийского морского порта о том, что пассажирские паромы отправляются из этой "зоны свободной коммерции".

Достиг повертки на въезде в город (водитель грузовика, что вез меня вторую половину пути, оказался деньгопросом, хотя и угостил ужином!), но затем вернулся в район безлюдных летних коттеджей на длинной (около 60 км) песчаной косе. По одну ее сторону — большое соленое озеро, по другую волны Средиземного моря. Для ночлега выбрал балкон одного из коттеджей, за что все ночь маялся от жары, скрываясь в спальнике от озверевших комаров.

В Порт-Саиде пешком и ситистопом я выбрался к устью канала, где располагались пристани. В офисе турагенства утверждали, что паромы отсюда ходят лишь на Кипр и, хотя виза для россиян не нужна, требование крупной суммы показных денег исключает возможность "научного" уплытия. Обнаружив на бесплатной карте города телефон местного российского консульства, я позвонил туда и получил номер представителя украинского флота. По его мнению, единственный реальный шанс уплыть в Россию или куда-либо еще — попросить в письменной форме содействия генконсула в Александрии, ибо транзитные суда по каналу идут практически без остановок, а процесс депортации морским путем требует немало времени и денег.

Поскольку единственной неисследованной областью страны для меня оставался север Синая, туда я и отправился. Переправился на пароме в Исмайлии и к вечеру достиг эль-Ариша.

Описанные далее события сильно изменили мое мнение о Египте в целом и о тамошнем правительстве в особенности. Основной их причиной я склонен считать собственную беспечность и неосведомленность о темных сторонах внутренней политики страны. Поэтому вам вряд ли стоит ожидать подобных неприятностей, ибо кто предупрежден — тот вооружен…

Следуя зову непостижимой природы, я отыскал в эль-Арише единственную церковь, но та оказалась закрытой. Пока я выяснял, есть ли кто живой внутри, моей персоной заинтересовался продавец из магазина одежды напротив. Перед ним я сыграл роль лишившегося денег иностранца. И преуспел в этом, обретя сначала чай, потом угощение (фля-фля, фуль), а спустя час приглашение на ночевку от Рашада, брата владельца лавки, учителя глухонемых из Каира.

Сын продавца Али отвез нас к его дому. Пока готовился ужин, я ознакомился с чудо-игровой приставкой Mortal Kombat III — аналогом 8-битной "Денди" со встроенным картриджем. Потом Рашад осведомился:

— Не хочешь ли ты провести ночь в отеле. У меня есть знакомый сотрудник…

Исключительно из интереса к столь необычному методу вписки я согласился и поехал с Али в заведение "El Safa". Но там что-то не сложилось, поэтому мы продолжили "экскурсию" по ночному эль-Аришу. Полчаса кружили по каким-то закоулкам. Али периодически выходил из машины и заходил в отели договариваться. Потом выяснилось, что якобы ушедший к мужу сестры Рашад остался-таки дома. Вернулись к нему. Я расстелил спальник и уж было вознамерился отойти ко сну, как вдруг позвонил "друг семьи" из полиции и сообщил им, что граждане Египта ни под каким соусом не должны приглашать в свое обиталище иностранцев!

После поспешных сборов рюкзака повторно вызванный племянник повез меня в отель — расходы оплошавший хозяин взял на себя. Но я некстати выпендрился, спросив расценки на проживание (30 фунтов) и возжелав очутиться за восточным выездом из города с означенной суммой в качестве компенсации. Юноша с радостью домчал меня к посту на трассе, но деньги отдавать не захотел:

— А нету!..

Скрепя сердце, вернулись к первоначальному варианту. Заметно погрустневший Али подъехал к отелю и попытался избавиться от меня хитростью:

— Ты меня подожди здесь. Я припаркуюсь, и мы вместе войдем внутрь, — но столь наивный трюк, разумеется, не сработал.

Пришлось мне напомнить о данном Рашадом обещании. В результате мы повторно посетили "El Safa", где Али расплатился (12 фунтов — неудивительно, что он "зажал" деньги) и уехал, а я поднялся на четвертый этаж в № 28. Загородив дверной проем и балкон кроватями, я расстелил спальник поверх обтянутого клеенкой матраса и завалился спать.

С утра проверил душ, но в нем даже холодной воды не оказалось. Зато из окна моего 4-го этажа вид открывался замечательный…

Прогулявшись по улицам, я нааскал три банана у разных продавцов (на пробу дают, от рублей отказываются). Отыскав улицу пошире, на белом "Мерседесе" и грузовичке с четырехдверной кабиной выбрался к выезду на Рафу. До границы оставалась километров пятьдесят — доеду хоть на ишаках.

Пока проходил насквозь очередную деревню, ко мне привязался юноша в халате — пригласил на чай, указав на спрятанный в придорожных зарослях пикап. Минут двадцать мы тряслись по улочкам деревни и колеям в прилегающей пустыне. Обратно на трассу выбрались в паре километров от места посадки. И все это только для того, чтобы избежать придирок особо злобных сотрудников объезжаемого поста. Под навесом у дороги мы присоединились к компании пятерых друзей, которые лакомились странным фруктом "шаммам". Размером он с крупное яблоко, с тонкой прочной кожурой и вкусом дыни. Я съел две штуки, с трудом избегая потоков липкого сока и нахваливая:

— Шаммам — тамам! (по-арабски "хорошо").

Загрузив в пикап несколько ящиков с плодами, мы продолжили путь и вскоре уже пили обещанный чай на складе в Шеллаке.

До выезда на Рафу мне пришлось дойти пешком — в потоке преобладали автобусы и прочий "сервис" для туристов. Три внешне нормальных пикапа оказались продвинутыми деньгопросами (в смысле, сообщали о своих свойствах при посадке), а четвертый — гостеприимным работягой с забитым всяким хламом кузовом. Остаток пути до таможни я проехал-таки с таксистом в "Мерседесе", но бесплатно (он заступал на дежурство у перехода).

Выезжающие в Израиль через Рафу должны заплатить 18 фунтов выездного налога. Проблему моей безденежности таможенники решили очень просто — письменно аннулировали выездной штамп, который я приобрел для коллекции.

Вспомнилось, тут — километрах в десяти перед Рафой на трассе я видел знак United Nations, "спиной" к Израилю: "Welcome to Rafah. We invite you to RETURN" (Добро пожаловать, милости просим идти откуда пришли). Догадались, кого и кто так приветствует?

Перед возвращением на трассу я вознамерился искупаться в крайней восточной точке египетского средиземноморского побережья. Покинув шоссе через ближайшие незапертые ворота, под беспокойные крики таксистов я бодро зашагал по полевой дороге строго на юг. Вскоре, однако, заметил идущий метрах в трехстах к востоку бетонный забор, отделяющий евреев от арабов. Забор невысокий, но двойной. В промежутке рядами свалены колюче-проволочные преграды, а снаружи по обе стороны идут асфальтированные полосы.