Уроки автостопа или Как за 20$ объехать весь мир - Шанин Валерий - Страница 10

— Ну, наверное мы…

— Замечательно! — обрадовался мент. — Я вам сейчас бумагу принесу, напишите, как дело было.

Я написал примерно следующее: "…Мужчина же, ударивший несколько позднее по лицевой части головы пришедшего, опять-таки несколько позднее блюстителя порядка, на замечания мужчины, впоследствии пострадавшего от удара бутылкой, отвечал лишь нецензурной, я бы даже сказал, площадной бранью. По истечении тридцати трех минут их активного общения, первый мужчина схватил бутылку и хватил ею второго мужчину по части головы, покрытой волосяным покровом… Первый был явно нетрезв, о чем нетрудно догадаться, обратив внимание на тот факт, что бутылка была недопита. Ни у одного трезвого человека рука на такое не поднимется. Поллитру разбить? Вдребезги! Да я тебя!…" и т. д…

Паук писал что-то в том же духе. Уклонившиеся пассажиры от души веселились, читая написанное нами, заглядывая нам через плечо.

В смысле через плечи. Сдав писанину проводнице, мы еще немного побренчали на гитаре и стали собирать вещи, ибо подьехали мы уже к станции Зима, до которой нам разрешил доехать добрый начальник поезда. Но тут восстал из пепла и праха второй золотоискатель и, загородив нам проход своей тщедушной фигурой, сказал:

— Мужики, вы щас никуда не выйдете отсюда, это я вам говорю, мужики!

Ну вот, начинается, — подумал я, — кровная месть, глаз за глаз и все такое.

— А почему это мы не выйдем? — поинтересовался Паук, снимая с плеча гитару.

— А п-патаму шта я вам щас билеты до Иркутска куплю. Играйте дальше.

После этих слов мы с Пауком так и сели. Загадочна ты русская душа! Второй золотоискатель ушел, отыскал начальника поезда, заплатил за нас по сорок рублей и лег спать обратно. До этого он успел покормить нас, чем было, налить грамм сто на двоих, дал пачку "Примы", червонец и свой Иркутский адрес.

В общем, дорога от Краснояска до Иркутска была не дорогой, а песней. И не просто песней, а рэгги. Зимним рэгги двух вольно тусующихся раздолбаев Паука и Санты.

Кстати, до монастыря мы доехали, а потом благополучно вернулись домой. По дороге в монастырь Паук отморозил нос, а потом продал меня за два кило картошки проводницам в поезде "Владивосток- Москва". В Улан-Удэ мы на областном радио интервью давали, а на "Европе Плюс" в той же Улановке пиво пили, и много чего еще смешного и интересного с нами приключилось. Но об этом как-нибудь в другой раз.

Спасибо все! Джа даст нам все! У нас больше нет проблем!

Второй урок:

Самая удобная машина — чужая

Татьяна Яшникова

Гонка за поездом

Автостопщиком я стала недавно, а изначально я — водник. Воду я всегда любила. Вначале была в походах только совершенно матрасного характера, а зимой 1998 г. связалась со спелеоклубом "Барьер" при МФТИ (он считается московским, хотя находится в Долгопрудном — ближнее Подмосковье). Пещеры мне не понравились — очень уж там грязно, а студенты Физтеха понравились — нестандартные они люди и разносторонние. Я с ними в последнее время много тусуюсь. В физтеховском спелеоклубе теперь и водники водятся, и горники, и лыжники, и велосипедисты, и всяко разно, причем средний член клуба в себе это все сочетает — такие уж они, физтехи.

Физтехи стали меня в серьезные походы брать, и заболела я белой водой (объясняю для чайников: белая — это потому что бурная, пены много, а пиво тут ни при чем). В мае была Большая Лаба на Кавказе, а летом народ решил замахнуться на Урик в Саянах (четвертая категория с элементами шестой для катамаранов). Ребята наши вначале хотели женщин вообще не брать — из соображений безопасности. Но, когда выяснилось, что не хватает одного гребца, порешили вместо него взять двух девушек. Однако, дней за пять до старта все же нашли мужика, хоть и чайника, зато знатного рыболова, а рыба в раскладке занимала существенное место. Девчонок пожалели, не стали обламывать, а взяли пассажирами. Прикиньте, как мне туда хотелось!

Командир настаивал, чтобы я ехала вместе со всеми на поезде. У меня уже был опыт безбилетного проезда с компанией туристов. Для проникновения в поезд я обычно применяла один из двух способов.

Первый состоял в том, что командир давал проводнице групповой билет или ворох билетов, и пока народ таскал многочисленный багаж, по несколько раз пробегая туда-сюда, я проникала в вагон, доставала спальник, заворачивалась в него, меня заваливали казенными матрасами. После того, как проводница пересчитывала места (и то далеко не всегда), я вылезала. Кто будет считать турье, курсирующее по вагону с кружками и кучкующееся вокруг гитар? А спать можно на третьей полке или вдвоем с кем-то — я компактная, незаметная.

Второй способ применялся тогда, когда народу было мало или я вообще ехала одна. Я заходила в соседний вагон, прикидываясь провожающей (бабульке какой-нибудь баулы забрасываю), тусовалась в нем до отправления, потом выходила в тамбур, симулируя курение. После отправления по поезду обычно проходит тетка, открывающая переходы между вагонами (они до отправления с конечной станции закрыты, чтобы "зайцы" не бегали). Пока проверяли билеты (примерно 20–30 минут), я отсиживалась в сортире, а потом заходила в "свой" вагон и громко кричала: "О, привет, мы, оказывается, в одном поезде едем! А давайте я с вами потусуюсь!" Так и оставалась.

Эти методы доказали свою эффективность — проверены многими поколениями "зайцев". Но, чтобы они сработали, надо приходить где-то за полчаса до отправления поезда.

А я по обыкновению протормозила, дела все свалила на последний момент, и прибежала за десять минут до отхода. Народ, естественно, уже загрузился. Попытки прикинуться провожающей провалились в пяти вагонах. Двери закрываются, поезд трогается, и я понимаю, что шмотки мои остались внутри, у нашей команды — я их спихнула сразу, как только прибежала. Я повисаю на поручнях. Проводница срывает стоп-кран, выскакивает и матерится, а я в ответ:

— Не уйду, пока мне не вернут вещи.

Командир выносит мой рюкзак и робко так просит:

— А может, договоримся?

— Мне все равно платить нечем! — но это уже не имеет значения, потому что проводница спускает на него всех собак, чуть ли не из поезда выпихивает.

Я вытряхиваюсь на перрон и успеваю крикнуть несчастному растерянному командиру:

— Я вас догоню! — двери снова закрываются, и поезд уезжает окончательно.

"Вот теперь точно…", — сказал внутренний голос. Перед поездкой я опрашивала продвинутых стопщиков, бывавших на Байкале, и они в один голос утверждали, что ехать туда около пяти суток. А поезд идет четверо, с учетом разницы в часовых поясах. Даже если я его где-то догоню, вписаться туда после такого скандала нереально. Да и как догоню — он уже в пути, а я на Ярославском вокзале, два часа ночи и дикий ливень.

Разбираясь с рюкзаком, я уже вымокла, "презерватив" порвала. Бреду по перрону, остужаю голову дождем и выслушиваю нелестные отзывы о моих умственных способностях от работников вокзала, наблюдавших всю картину. И понимаю — сейчас мне остается только пойти домой. Домой??? Не-е-ет!!!

Начинаю прикидывать: еды у меня с собой — ноль, все насушенные (и недосушенные) сухари — лепта в раскладку — остались в поезде в пакете, который некогда было упихать в рюкзак; денег — 30 рублей с мелочью. На дорогу хватит, а что буду делать на Байкале, если не догоню, одна в дикой Сибири? И в еще более дикой Бурятии? Плевать, там посмотрим… Палатка, спальник, пенка есть, прочие личные вещи с собой.