Короны Ниаксии. Убить вампира-завоевателя - Бродбент Карисса - Страница 18

– Ну так как? – не выдержав, спросила я. – Я могу отправиться с тобой?

Он отложил перо. Перевел на меня взгляд.

Люди склонны считать, что арахессам, отказавшимся от телесного зрения, уже не нужны эти взгляды глаза в глаза, но это не так. Да, я способна, не поворачивая головы, оценить сущность находящегося рядом, однако взгляд, устремленный на меня, может рассказать гораздо больше. Сколько удивительных подробностей открывается, когда от глаз другого ко мне протягивается нить. Многие сообщают о себе больше, чем собирались.

Однако взгляд Атриуса выпадал из общего правила. Казалось, мне острием кинжала приподняли подбородок. Это не было открытой угрозой, но в любое мгновение могло ею стать.

– Мне… – Я заставила голос дрогнуть. – Командир, мне стыдно признаваться, но я боюсь. Это и есть правда.

– Вряд ли я этому поверю, – сказал он.

И тут я не выдержала, поддавшись раздражению.

– Ты не веришь, что я боюсь арахесс? По-моему, страх присущ всем.

– Я не верю этому. – Он ткнул пером в мою сторону. – Твоему дрожащему подбородку. Довольно этих лицедейских замашек.

Я изумленно выгнула брови.

Ну и ну. Вампир, полный сюрпризов.

Я наградила его заговорщической улыбкой, словно посвящая в тайную шутку.

– Прошу прощения. Одинокой женщине порой приходится немного притворяться, чтобы заставить мужчин принимать ее всерьез.

Я сказала лишь небольшую часть правды. Притворяться, да, но бывает, что и подавлять. Промежуточное состояние редко действует на мужчин.

– Это не поможет мне принять тебя всерьез.

Атриус отложил перо, встал и подошел ко мне. И вновь я почувствовала, что меня оценивают. Сейчас начнет придираться к моей позе.

Я распрямила плечи, чтобы казаться выше. Глупая затея, пусть я и не была низкорослой, но его рост заметно превосходил мой.

– Но даю тебе честное слово… – Я окрасила слова в оттенки стыда и робости. – Честное слово, страх у меня настоящий. Командир, на поле боя я могу тебе пригодиться. Но я уже ничего не смогу для тебя сделать, если арахессы меня убьют.

Атриус смотрел на меня и думал.

– Там у тебя не будет телохранителей, – сказал он. – Каждый из моих солдат будет поглощен выполнением маневра и собственным выживанием. У меня язык не повернется приказать кому-то из них взять тебя под защиту.

– Понимаю.

– Сомневаюсь, что понимаешь.

Я засмеялась.

– Ты не представляешь, сколько всего выпало на мою долю и что я успела сделать. Атриус, я обучена убивать и убивала не раз. Не надо меня недооценивать.

Он сощурился, затем повернулся и стал рыться в мешках, сложенных в углу.

Когда он подошел ко мне, мое сердце возликовало. Он держал в руках мой меч, который у меня забрали в ночь пленения.

Атриус молча подал мне меч и так же молча смотрел, как я глажу ножны.

Я уже хотела его поблагодарить, как вдруг он выхватил свой меч.

Удар был безупречен: внезапный, быстрый и настолько плавный, что воздух едва колыхнулся. Атриус целил мне в горло.

Он отлично владел оружием и двигался легко, однако я была быстрее. Раньше, чем он успел взмахнуть мечом, я уже почувствовала его маневр.

Я вытащила свой меч. Ножны полетели на пол, а я парировала удар Атриуса.

Сталь схлестнулась со сталью. Пространство шатра наполнилось звоном мечей. У моего лезвие было узким, как у рапиры, тогда как меч Атриуса больше напоминал саблю. Неудивительно, что оно выгнулось.

Однако Атриус уповал не только на свою силу. Наше столкновение длилось считаные секунды, после чего он отступил для нового выпада.

Нельзя допустить, чтобы его лезвие оцарапало меня до крови. Атриус, как и остальные его вампиры, наверняка владел магией крови. Стоит пролиться хоть капельке крови, и моей затее конец.

Нет, зайти так далеко я ему не дам.

Я не уступала ему в скорости и предвидела его движения. Это оказалось труднее, чем в моих прежних поединках. У большинства людей очередной их маневр вначале мелькает в мозгу и лишь потом передается мышцам. У Атриуса было совсем не так. Он жил в каждом мгновении сражения, не думая о следующем шаге, а только действуя и полагаясь на инстинкт.

Сталь продолжала звенеть. Мы кружили в тесном пространстве шатра. Ближний бой делал каждый удар целенаправленным.

Я была совсем не против поединка. Пусть поиграет со мной. Я даже радовалась возможности увидеть его в сражении и узнать еще что-то о нем, даже если крупицы добытых сведений лишь укажут на новые таинственные стороны его личности.

Один из особенно сильных выпадов Атриуса заставил меня споткнуться. Я едва не отлетела к стене шатра.

На его губах появилась улыбка с оттенком самодовольства и тут же погасла.

Эта улыбочка все изменила. Довольно игр. Пора заканчивать.

Я успокоила дыхание и опоясала шатер нитями своей магии. Потом потянула за одну, проложенную за спиной Атриуса.

Нить натянулась туже. Еще туже.

Я ступила на эту нить.

За долю секунды мир вокруг рухнул, сдвинулся, перестроился, и я оказалась позади Атриуса.

Завоеватель был высоким, но не настолько, чтобы я не смогла упереть острие меча ему в шею, а другой рукой обхватить туловище.

– Я победила, – сказала я, старательно убирая из голоса торжествующие нотки.

Очень старательно.

Его тело было плотно прижато ко мне. Я чувствовала его напрягшиеся от удивления мышцы, хотя личность Атриуса оставалась невозмутимой. Потом я ощутила, как он выдохнул, сообразив, что же мне удалось.

Он поднял руки.

– Впечатляет? – не удержавшись, спросила я.

Атриус что-то промычал.

Так. Проигрывать он не любит. Запомним.

– Я слышал, что арахессы способны проделывать такие штуки. Но ни разу не видел, – сказал он.

– Мы умеем еще много чего, – брякнула я и тут же отругала себя.

Мы. Я надеялась, он сочтет это укоренившейся привычкой, возникшей за годы служения. Но если он и заметил мой ляп, то виду не подал. Он повернулся и устремил на меня каменный взгляд.

– Ну что? Теперь убедился в моем умении сражаться?

Атриус смерил меня взглядом. На подбородке дрогнула жилка, будто слова, которые он собирался произнести, вызывали у него боль.

– Сгодится, – наконец буркнул он, возвращаясь за стол. – Ладно. Отправишься с нами. А сейчас выметайся из моего шатра. У меня дел по горло.

13

Я так рвалась примкнуть к наступлению на Алгу, что упустила из виду одну очень существенную деталь. В мою задачу входило не помогать армии Атриуса, а, наоборот, мешать ей. Тонко, умело, незаметно.

Утешало то, что я сказала ему далеко не все, что видела в прорицании. Получается, я все-таки мешала вампирам. И теперь я отправлялась за подтверждением того, что мой замысел удался. Это было положительной стороной моего скоропалительного решения.

Доверяя моему прорицанию, Атриус двинулся на Алгу в ночь полнолуния.

Ночь выдалась холодная и очень туманная. Луна, за которой тщательно наблюдал Атриус, выглядывала лишь ненадолго в просветах между плотными облаками, закрывавшими небо и звезды. Туман искажал очертания, отчего вампирская армия казалась длинной цепью серебристых призраков.

Я ехала впереди, рядом с Эреккусом. Он был возмущен попустительством Атриуса и почти не скрывал негодования.

– Сестра, дык я сражался с тобой, – ворчал он. – Тогда, на постоялом дворе. С такими навыками в настоящем бою тебе не уцелеть. Не жди, что я буду тебя спасать.

Как же он скор на суждения! Меня это задевало, хотя и не должно было. На языке так и вертелось: «Ты победил только потому, что я позволила». Мелочная, совсем детская обидчивость и такое же детское желание во всем быть первой. Арахессам так и не удалось выбить это из меня.

Однако я заметила: при всем брюзжании Эреккуса он и сейчас держался рядом со мной. Вскоре он убедится, что я не нуждаюсь в спасении. И все равно это трогало. Атриус наверняка поручил ему приглядывать за мной.

Воины Атриуса были серьезны и дисциплинированны. Весь долгий путь до Алги они двигались молча.