Короны Ниаксии. Убить вампира-завоевателя - Бродбент Карисса - Страница 12

– Если я спрошу у богов, как тебе завоевать Алгу, они не предоставят карту действий и наставление, где все расписано по пунктам, – сказала я.

– Знаю, – спокойно согласился Атриус.

Он дал задание и теперь просто ждал выполнения.

– Это не просьба, а приказ, – пояснил он.

– Мне что, начинать? А ты будешь стоять и наблюдать за мной?

– Да.

Совсем не хотелось проводить обряд под его пристальным взглядом… Прорицание – дело очень личное, и зрители только мешают. Особенно такие. Но как бы мне ни хотелось поупираться и заронить в нем сомнения в легкой победе, я сознавала, что могу перегнуть палку и все испортить.

– Тогда начнем, – со вздохом сказала я. – Помоги развести костер.

Для обращения к Аседже нужно было основательно подготовиться. Эта богиня придавала большое значение ритуалам, ведь она управляла неведомым, а проникновение в неведомое требовало исключительного внимания.

Атриус безоговорочно помогал мне, на удивление охотно выполняя мои распоряжения. На берегу мы разложили костер, куда подкладывали дрова до тех пор, пока пламя не загудело. В костер я добавила то, что относилось к стихии земли: горсть песка, цветочные лепестки и корни высокой травы. Когда настало время принести жертву крови, Атриус вдруг зашагал прочь.

– Куда ты собрался? – окликнула я его.

– Пойду добуду тебе какую-нибудь живность.

– Я умею охотиться.

Мои слова впервые отозвались в нем раздражением.

– У нас не так много времени.

Какая забота! Да благословит его Прядильщица.

– Дай мне это, – указала я кивком на его лук.

Я думала, Атриус откажется, опасаясь, как бы я не выстрелила в него, однако он без возражений подал мне оружие. Он явно меня недооценивал.

По вечерам из нор вылезало разное мелкое зверье. Обратившись к нитям, я почувствовала, что мы буквально окружены живностью. Дикие твари выбирались из расселин в скалах, шуршали в высокой траве. Я заприметила кролика, притаившегося на небольшом островке зелени. Если бы я полагалась только на обычное зрение, то не увидела бы его. Но меня вели нити.

Один выстрел – и кролик был мертв.

Я нагнулась за ним, вытащила стрелу из брюха и вернула Атриусу. Не знаю, был ли он удивлен или восхищен моей меткостью. Внешне он не проявил эмоций.

– Возьми лук, а мне дай нож.

И снова Атриус безропотно исполнил мою просьбу. Я присела на корточки перед огнем, ноздрями ощущая жар, и быстро перерезала кролику глотку.

«Моя богиня Аседжа, Прядильщица судеб, Хранительница неведомого, – молча взывала я. – Приношу тебе этот дар жизни. Открой мне свои двери».

Кровь жертвы капала в огонь. Подставив большой палец, я набрала несколько капель и провела по одной черте под каждым глазом, ниже повязки. Затем бросила кроличью тушку в огонь.

Пламя костра вдруг вздыбилось, заставив Атриуса попятиться. Хорошо. Значит, мое заклинание возымело действие.

Я обошла босиком вокруг костра и, вернувшись на прежнее место, села перед огнем так близко, что по затылку заструился пот.

– Скоро вернусь, – сказала я Атриусу, закрыла глаза и стала погружаться.

Я погружалась, погружалась… погружалась во тьму.

9

Мои ноги коснулись зеркальной поверхности воды. Я стояла на ней, не проваливаясь вглубь. Было темно. Меня окружал туман. От меня по воде протянулась серебристая нить, исчезая в тумане.

Я осторожно пошла по этой нити, стараясь не отклоняться от нее. Босым ногам было холодно и немного больно, словно я ступала по чему-то острому.

Туман густел, а потом рассеялся.

Справа и слева от меня высились в безмолвии утесы, уходящие в небо. На воде появилась рябь и легкие волны. В воздухе сильно запахло кровью. Она струилась по отвесным скалам, стекая в воду. Тропинка, по которой я шла, становилась все ýже, пока мои плечи не стали задевать за каменные склоны.

Я узнала это место: я попала в Алгу.

«Прядильщица, покажи больше», – попросила я и растянула свою сущность во все стороны.

Ладони прижались к скалам, выискивая трещины.

Еще шаг.

Левая рука вдруг прошла сквозь камень, и тут же на его месте возник густой туман. Нити разделились: одна продолжала виться между скалами, другая свернула в туман.

Я поменяла направление, двинувшись по второй нити.

В то же мгновение скалы зашатались и обрушились.

Передо мной была луна, блестящая, как серебряная монета. Я шагнула дальше, и с ее поверхности в воду закапали черные и красные капли. В них тонули далекие скалы Алги.

«Покажи еще».

Появилась новая нить, я перешла на нее – и луна сразу превратилась в полумесяц, очистившись от крови. Серебристый свет разливался по скалам. Их склоны обвил плющ. Он поднялся из воды и медленно пополз верх. На стеблях появились красно-черные цветы.

Я шла дальше, не ощущая времени. Лунный свет по-прежнему озарял скалы. Теперь с них падали тела и скрывались в воде.

«Еще», – шепотом попросила я.

Опять появилась новая нить, и я ступила на нее. Скалы отдалились. Я увидела человека в просторных шелковых одеждах. Он стоял на коленях, которые упирались в груду костей. Взглянув на меня, он улыбнулся. Изо рта у него сочилась кровь. Потом он свалился. Равнодушный лунный свет играл на складках его одеяний.

Когда погружаешься в видения, у тебя пропадает способность критически мыслить и делать выводы. Ты можешь лишь наблюдать и вбирать в себя впечатления.

Я подумала об Атриусе и кроверожденных.

«Прядильщица, покажи мне что-нибудь еще», – попросила я богиню.

«Ты смотришь не в том направлении», – прошептала она.

Я замерла.

Обращаясь к Прядильщице во время ритуалов, я редко слышала ее голос. Сейчас он больше напоминал ветерок, шелестящий вдали. Но и этого было достаточно, чтобы у меня похолодела спина.

Я медленно обернулась.

Темнота. Все та же нить уходила в туман.

И я пошла обратно.

Туман не рассеивался. Наоборот, становился лишь гуще. Каждый шаг давался с трудом и вызывал боль. Эта нить оказалась острее прежних, и я словно шла по блестящей кромке лезвия, оставляя на воде цепочку кровавых следов.

Холод тоже усиливался, и вскоре у меня из ноздрей стали вылетать серебристые облачка, а ноги покрылись гусиной кожей. Небо было почти черным. На нем сияли яркие звезды. Они выглядели обманчиво близкими: протяни руку и достанешь.

Я чувствовала, что поднимаюсь по невидимому склону. Это никак не влияло на состояние воды, остававшейся такой же зеркально гладкой. Туман несколько рассеялся, позволяя разглядеть зубчатые горы с заснеженными вершинами, покрытыми красными полосами.

Горы вовсе не были похожи на те, что окружали Алгу. Там было тепло, а высота гор не способствовала появлению снега.

Нет, все, что я видела, казалось… чужим. Я словно попала в другую вселенную.

Горы сдвинулись, окружив меня. Звезды стали крупнее. Из-за горизонта медленно выплыла круглая полная луна, настолько большая, что взгляд повсюду натыкался на нее. У меня появилась тень.

Затмение.

Ступни были липкими от крови. Дальнейшее продвижение по нити стоило мне изрядных усилий. Однако меня не оставляло ощущение, что я наблюдаю нечто важное и поворачивать назад нельзя.

Сделав очередной шаг, я оказалась на вершине горы. Луна превратилась в сверкающий черный круг, чудовищно большой. Настоящее всевидящее око, от которого не спрятаться.

В самом центре этого круга находился Атриус.

Даже издали я сразу его узнала. Он стоял спиной ко мне, но это был он, только моложе. Ощущения, исходящие от него, тоже отличались. Более светлые, полные надежд. Волосы его были короче. Их топорщил ветер. Я сразу заметила отсутствие рогов.

Рядом с ним я увидела другого мужчину, в таких же доспехах, только более дорогих и узорчатых. Обруч стягивал его пепельные волосы, тронутые сединой.

Я шагнула к ним и едва не споткнулась: из-за окровавленных ступней поскользнулась на нити. Я взмахнула руками, отчаянно стараясь сохранить равновесие, а когда снова подняла голову, чуть не вскрикнула.