Лось 3 (СИ) - Федорочев Алексей - Страница 22

«Да-да! Спит-спит!»

— А вдруг не спит?..

— Разговорчики!!!

— А вдруг он вышел?

«Да спит же!!!»

— Конечно! Прошел мимо нас шестерых и бродит теперь по госпиталю! Сама-то соображай, что говоришь!

— А едой действительно пахнет… Давайте к нему заглянем?

«Да на хуя, если спит?!!!»

— Девки, если мы сейчас своими разговорами его разбудим или накликаем начальство, то мало нам не покажется! Поэтому, цыц!!!

Охрана затихла.

— Так и знала, что вы не откажетесь от своей идеи! — сердито выскочила из-за спины Кудымова, подлавливая меня на выходе. Против нее мои заготовки были бесполезны — целители обладали схожими с Шелеховскими способностями и на мои трюки не велись, — Осень на дворе, а вы в одной рубашке! Держите! — всунув мне в руки сверток с плащом, Дарья скрылась за поворотом коридора, — Обход завтра в девять, чтобы были как штык!!!

— Есть, быть как штык! — Отсалютовал ей свободной от шмоток рукой.

— Я вас не видела! — донеслось из-за угла.

— Я вас тоже, — согласно кивнул, скрывая лицо под капюшоном.

— Особняк Турбинных, — скомандовал, не зная точного адреса, таксистке, впихиваясь в первую попавшуюся стоящую на стоянке перед госпиталем машину.

— Михаил Анатольевич? — даже с накинутым капюшоном узнала меня случайно выбранная водительница.

«Вот ведь!!!»

— Авдотья?!.

— Домчу в лучшем виде!

— Итицкая сила, лучше в целом! — взмолился я, вцепляясь в ручку над дверцей.

— Не боись!!! — весело откликнулась Авдотья, нажимая на газ. Люк Бессон, он, конечно, гений, но той атмосферы страха пассажира от визжащих на резких поворотах покрышек и несущихся прямо в лоб зданий или чужих машин в его «Такси» передать ему не удалось. И это здесь еще движение на порядок слабее, чем в его киношном Париже! Очень пожалел, что под штанами нет памперса.

— Приехали! — прозвучало через десять минут. Свободной рукой стал поочередно отрывать сведенные напряжением пальцы от ручки дверцы автомобиля, — С вас полрубля!

— Вот десять! — протянул ожившей конечностью приготовленную по карманам наличность, — Как ты?

— У меня сдачи нет…

— Да черт с ней, со сдачей! Давай, делись новостями! — перед выходом из машины все равно требовалось отдышаться, иначе, чую, грохнусь на сведенных ногах прямо перед воротами, так почему бы не потрепаться со знакомой? На ходу мне было не до болтовни, а сейчас — как раз.

— Материться можно? — уточнила Дуня, аккуратно сворачивая и пряча десятку за пазуху.

— Не люблю, когда женщины матерятся.

— Тогда — никак. Я с Ариной Николаевной десять лет отработала, а теперь… Как она?

— Получила «Звезду», выцепила к нам двух своих старшеньких. На пару теперь с нашими работают. У нас их двойка как талисман идет — и с пулеметом хороши, и с холодняком. Белка с моим лучшим снайпером на спор мишени отстреливает. Средняя — Зуля тоже мало отстает от старшей сестры, но она еще школу не закончила, мы ее к тварям не выпускаем. Не знаешь, где теперь ее третья дочь?

— Знаю, — мрачно ответила Авдотья, — Греет постель Пахорукову. Папаня ее — бывший муж Арины Николаевны, — девчонку с толка сбил.

— Пахоруков… Пахоруков… Это ведь главный следак от СБ? По Ногайским?..

— Наверное. Знаю только, что от него многое в клане зависит. Вот Арины Николаевны муж и подсуетился. Арина Николаевна в молодости красавицей была, а Алия вся в нее, по внешности — даже больше, чем старшие сестры.

— Понятно…

Формально кланам предъявить нечего: любой договор — дело добровольное. Пока могли — исполняли, не смогли — расторгли. Против Октюбиных, кстати, и против Левиных, которые действительно разорвали отношения в результате почти полного обнуления всадниц, копали с заметной ленцой. А вот против четверки, бывшей когда-то великой, развернулась целая кампания — слишком демонстративно они попытались надавить. Попытались и просчитались. Бывает. Череда смертей, лихо выкосившая и продолжающая выкашивать их руководящий состав, одинаково могла быть как действиями внутриклановой оппозиции, так и действиями забелинской гвардии — уж слишком лучился мстительным довольством в редкие встречи Серега, еще не умеющий абстрагироваться от эмоций как его мать. Кланы-отказники сейчас судорожно пытались вернуться обратно на позиции, но при этом не учли, насколько они всем встали поперек горла: им вредили везде, где могли: их грузы застревали на таможне, на их производствах тут и там случались аварии, их представителей арестовывали за любые «шалости», на которые раньше повсеместно закрывали глаза. «Кровавую Аврору» — дальнюю родственницу Ведьмы взяли прямо в «Матрешке» за почти невинное приставание к паре студентов, как по мне — так чистая подстава. До нас с Максом там годами случайных людей не появлялось.

А еще, в связи с тем, что гужевой транспорт в этом мире до сих пор не превратился в экзотику, резиденции и офисы кланов вне договора неизвестные «доброумышленники» на самом деле закидывали навозом — Арина ничуть не преувеличила, когда рассказывала о своих прошлых бедах. Здесь нет небоскребов, а до четвертого-пятого этажа какаху вполне вероятно докинуть. И полиция вдруг дружно разучилась бегать, ловя хулиганов. А в офисах, попахивающих натуральным, экологически чистым дерьмом, мне думается почему-то, многомиллионные сделки проводить трудно.

Совсем задавить кланы не получалось — слишком много экономической мощи скопили они за века. Но медленно и верно их корпорации начали ставить под жесткий контроль. Поэтому неудивительно, что кланы искали — и находили! — любые точки давления на власть. Пахоруков — полностью оправдывая фамилию — в деле Ногайских забуксовал. Теперь понятно почему. Видимо, в связи с фамилией — руки не там заблудились. Пусть я служил в СБ очень и очень формально, занимаясь по сути совсем другой деятельностью, но связей в этой структуре успел набрать порядочно, чтобы быть в курсе основных слухов. «А ведь если Зульке только-только восемнадцать исполнится, то Алие вряд ли больше шестнадцати…» — мелькнула мысль. И так невысокое мнение о Пахорукове опустилось вообще ниже плинтуса, испортив заодно настроение.

— Сама-то как? — повторил вопрос.

— Верчусь, как могу, кручу баранку. Я же по происхождению не клановая, меня почти сразу выпнули. Наскребаю теперь на билет в Петербург, там хотя бы все знакомо… Михаил Анатольевич, а возьмите меня к себе?! Я ведь…

— Заметано! — перебил ее мой — не мой голос. Какая-то часть меня упорно сопротивлялась — стиль вождения Авдотьи пугал до невозможности. Но с другой стороны… я не водитель, у меня даже в прошлой жизни прав не было, но километров я намотал немало. И как уверенный пользователь способен отметить, что, несмотря на мою наверняка поседевшую шевелюру, ни одного местного правила наш автомобиль не нарушил. И еще: я помнил, что Дуня — вполне управляемая. Когда нужно, она способна наступить на горло собственной песне и ехать, как удобно пассажиру.

— Чтобы не забыть: вот адрес, — на фирменной визитке, лежащей в коробочке на панели, с обратной стороны накидал каракули, — Это моя сестра. Она в положении, поэтому никаких твоих штучек! — грозно глянул на таксистку, теперь уже бывшую, — Пока я не в Москве, поступаешь в полное ее распоряжение.

— А к вам? — чуть разочарованно спросила Дуня.

— А ко мне — когда я полностью сюда переберусь, — от шоферки полыхнуло острой радостью, — Сколько стоит нормальная машина?

— Нормальная?.. — испытующий взгляд измерил меня с головы до ног, — Нормальная… смотря чего вы хотите?..

— Дуня, я хочу всего и сразу. И удобную, и скоростную, и представительскую.

— Тогда это три разные машины, — мой запрос ее подгрузил, — Впрочем, пять тысяч, потянете?

Озвучивая свои требования, я был готов и на пятьдесят — цен на автомобили я абсолютно не знал.

— Напиши мне свой счет.

— А?..

— Счет, куда перечислить деньги.

— М-м-м… у меня нет, — от Авдотьи потянуло отчаянной безнадежностью.