Никогда не было, но вот опять. Попал 4 (СИ) - Борков Алексей Николаевич - Страница 83

- Да ладно тебе! – вдруг сказал тот. – Давай без чинов.

- Как скажешь, Георгий Александрович! - легко согласился я. И добавил:

- Надеюсь, ты здесь, не только из-за Екатерины Балашовой!

Георгий слегка поморщился, но, решив, придерживаться взятого тона ответил:

- Не только! Отец просил, чтобы ты рассказал мне всё, что рассказывал ему. Ну и велел самолёты твои посмотреть.

Расспрашивать о здоровье царя я не стал. Савватеевна уже рассказала, что подлечила царя. Мол, ещё лет десяток поцарствует Александр Александрович, а там снова можно подлечить.

- Насчёт Военно-воздушного флота Его Величество никаких решений не принял? – поинтересовался я.

- Генералы наши в самолётах не видят нужды. Вот отец и послал меня разобраться, ну пятерых офицеров разрешил взять, чтобы летать научились.

- Генералы всегда готовятся к прошедшей войне, - высказал я сентенцию, набившую оскомину в моем мире. – А самолеты оружие войны будущего и нам надо это доказать.

Потом я поведал Георгию свою историю и немного историю моего мира. Слушал он меня, буквально открыв рот. В конце, когда я собирался распрощаться, он вдруг спросил:

- Екатерина Васильевна на меня сильно сердится?

- Екатерина Васильевна? – не сразу понял я о ком речь. – Катька что ли? Даже не знаю, не спрашивал. А что там у вас произошло.

- Да я ей запретил с парашютом прыгать, а она рассердилась. Жаль, я не могу на ней жениться! – посетовал Георгий.

- Почему не можешь? Вон предок твой Пётр Великий на Марте Скавронской женился и царицей её сделал и никто даже не пикнул, а Катька получше той чухонки будет.

- То Пётр Первый... – протянул высочество.

- А ты стань Георгием Первым и тоже всех своих бояр да князей к единому знаменателю приведи, чтоб отечеству служили и не пищали!

Георгий с изумлением на меня уставился. Я ухмыльнулся и сказал:

- Поговорим ещё с тобой на эту тему. А завтра приезжайте на аэродром, будем из вас лётчиков делать.

Они стояли передо мной, молодцевато расправив плечи и держа руки на эфесах своих сабель. Лишь Великий князь Георгий Александрович был во флотском мундире и с кортиком на боку. Я смотрел на молодые усатые лица будущих первых пилотов Воздушного флота России и думал, что вот он исторический момент и впору произнести пафосную речь, но как-то не получалось у меня настроится на высокий слог. Решив, что всё таки надо соответствовать начал:

- Господа! С сегодняшнего дня вы курсанты Барнаульского училища военных лётчиков. Вам многое предстоит освоить и каждый из вас примет участие в постройке своего самолёта. Возможно вам покажется, что строить самолёт своими руками это урон вашего дворянского достоинства, но вспомните Петра Великого, который не гнушался с топором в руках строить корабли. И потом, самый лучший способ изучить самолёт это построить его собственными руками. Разумеется, вы не будете всё делать сами у нас достаточно специалистов, но участвовать и контролировать постройку своего самолёта вы будете. Кроме того, к каждому из вас будет прикреплен опытный инструктор, который ответит на все ваши вопросы и научит летать. А сейчас можете подойти и осмотреть самолёты и задать вопросы пилоту-инструктору Архипу Назарову.

Курсанты, придерживая сабли, пошли к самолётам, а я остановив Его высочество стал его расспрашивать о каждом из прибывших с ним.

Продолжая придавать первостепенное значение подбору и квалификации кадров, Жоффр, получив права главнокомандующего, отрешил от должности в первый же месяц войны "по служебному несоответствию" двух командующих армий, семь командиров корпусов, двадцать четыре начальника дивизий, то есть около тридцати процентов высшего командного состава. Жоффр оказался в более счастливом положении, чем Куропаткин.

Чистка началась с головы, но одновременно потребовались и пополнения подготовка их началась не сверху, а снизу. Небывалый и неожиданный процесс потерь в младшем и среднем командном составе в сражении на Марне и отмеченная в первых же боях недостаточная боевая подготовка мирного времени потребовали срочных мер для коренной перестройки на ходу всей французской военной машины. Для этого была необходима выдержанная, спокойная, а главным образом, систематическая работа. Никакие успехи, неудачи и связанные с ними войсковые переброски не должны были отражаться на занятиях в той грандиозной школе, которую представляла французская армия в первые два года войны.

Когда впоследствии мне задавали вопрос, кого из двух французских полководцев я ставлю выше - Жоффра или Фоша, я неизменно отвечал: "Без всего того, что сделал Жоффр для подготовки победы, Фош не мог бы победить".

Игнатьев Алексей Алексеевич "Пятьдесят лет в строю".

Граф Алексе́й Алексе́евич Игна́тьев (17 февраля (1 марта) 1877 — 20 ноября 1954) — русский и советский военный деятель, дипломат, советник руководителя НКИД, писатель. Генерал-майор Российской республики (1917). Генерал-лейтенант РККА (1943).

Глава 34

Георгию тоже хотелось побыстрее ознакомится с самолётами, но поскольку я попросил его рассказать о будущих курсантах, то он, посматривая на окруживших Архипку, господ офицеров, сказал.

- Да я сам их не очень-то знаю. Мне их представили уже перед самым отъездом. Все они из обедневших дворян. Трое корнеты: Булатов, Грачевский и Торопов. Лозовой и Чердынцев - поручики.

Понятно всё! Ведь самому Георгию всего лишь двадцать лет, как и тем парням, что толпятся возле самолётов и, скорее всего, он затрудняется давать какие либо характеристики ровесникам. Не слишком хорошо для будущего правителя, но время ещё есть и, похоже, Георгий не против поучиться чему либо новому.

- Ясно! – сказал я и двинулся к господам офицерам, рядом с которыми стояли и мои ребята.

- Стройся! – громко скомандовал я подходя.

Мои быстро и привычно выстроились в шеренгу, и даже Катька, чуть задержавшись, встала на левом фланге. Господа будущие пилоты с недоумением оглядывались, не зная как реагировать на команды отдаваемые каким-то шпаком в странной кожаной одежде.

- Курсант Романов командуйте построением отделения, – приказал я, указав место напротив шеренги моих пилотов

Георгий, не выказывая удивления, скомандовал и когда господа офицеры выстроились, он подошёл ко мне строевым шагом и отрапортовал:

- Господин начальник училища, отделение курсантов построено!

А молодец Георгий! Быстро сориентировался и даже на ходу придумал, как меня обозвать, а я вот, надо признаться, изрядно лопухнулся.

- Отлично! Курсант Романов встать в строй!

Когда Георгий занял место в строю, я сказал:

- Господа командиром отделения курсантов назначается курсант Романов, заместителя командира он назначит сам. А теперь кратко, чем вы будете заниматься в качестве курсантов. Если очень кратко вы будете учиться, учиться и ещё раз учиться. Сейчас я назначу вам индивидуальных инструкторов.

Заметив, как Георгий посматривает на Катьку, усмехнулся и произнёс:

- Курсант Романов вашим инструктором назначается пилот Балашова.

Катька возмущённо фыркнула, но промолчала. Распределив остальных, я хотел отдать команду «Разойдись», но неожиданно один из офицеров спросил:

- А когда летать начнём?

Я смерил его взглядом и, решив, что не худо господ офицеров немного поучить дисциплине.

- Господа курсанты, команды «разойдись» не было, а потому извольте обращаться по форме.

Поручик Лозовой, задавший вопрос, возмущённо вскинулся и оглянулся на коллег, ища поддержки, но встретив неодобрительный взгляд великого князя, взял себя в руки и, сделав шаг вперёд, сказал:

- Поручик Лозовой! Разрешите вопрос!

- Спрашивайте, курсант Лозовой! – намеренно выделив слово курсант, произнёс я.