Аврора и тень Пан Доры (СИ) - Брагинцев Виталий Николаевич "Ван Де Барс" - Страница 74

И тут снова пробило до копчика, а чего это ты бесишься Дора? Ну уйдут они в море, и ты вали на все четыре стороны, слава тебе господи. В чем проблема, у тебя вместо головы пустой орех? Ох ну и туго ты соображаешь, малышка после "коктейля с адреналином плюс гормоны". Выдохни шумно, соберись быстро чудачка! Необходимо немного расстроиться, иначе дяденьки что–то да заподозрят.

-Уф-ф-гр-р-р-р.

Еще немного, с хлебом, солью провожать начну.

- Ладно, я спокойна, все хорошо. К-ха-кха, покашляла, поправляя голос. Неприятно это слышать, но тут действительно дел еще на месяцы вперед и год. Организую больницу, буду лечить людей. Время пройдет незаметно. Да, уж!

Сальвадор внимательно меня просканировал, пытаясь понять, что я могу придумать? Была мысль вечером проверить, где находиться сам эпицентр переполоха. Вдруг тайком прокрадётся на корабль, через некоторое время выйдет. Опа, я тут хожу, сижу, сплю на грот-мачте. Обратно не повернуть, придётся её терпеть еще эти месяцы. Пока вернёмся на остров Шри-Ланке, либо дальше идти к Мадагаскару. Мысли прервал Энрике:

- Учитель, мы идём?

- Да, нужно всё проверить.

Вечер раскрасил небо в розовый цвет, немного приглушил краски. Самое лучшее время для представления. Толпы людей уже не вместились в зал с больными, всех вынесли на широкую площадку, разложили с удобствами. В первых рядах, естественно капитан де Бана.

Сказка история началась, под грустное моё настроение. Я громко произнесла великую фразу, с которой начинается эта бессмертная история.

- Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте. Она рассказывает о любви юноши и девушки из двух враждующих родов — Монтекки и Капулетти. И так.

Надела одну из масок.

Саму историю и точное исполнение, стихи не смогла воспроизвести дословно. Но вот сам смысл. Для легкости подачи информации, выдернула из зала девушку. Ей тихо сказала: - стой рядом в маске, делай что говорю.

Тихим экспромтом, зарождался местный театр. Моя партнерша изображала мать, отца Капулетти, смешно изобразила старшего Монтекки. История нас захватила полностью, так закрутив историю. Что мы обе на мгновение перенеслись в эту сказку. Пусть она была … то есть будет грустной. Скоро её напишет самый любимый автор. Мы закончили, красиво обыграли смерть молодых. Люди сидели молча, не расходились, только плакали.

Я сморщилась,- похоже нам с партнершей не дождаться аплодисментов. И тут зал взорвался, но блин точно не криками, браво, как это красиво и все такое. Нас, эм-м меня ругали. Громче всех естественно возмущался мой первый партнер, бог земли и по совместительству вредный дядя капитан Птицы.

- Ну и как это называется? А я вас всех спрашиваю? Он перешел на громовой, командный голос. С легкостью перекрикивая весь зал и человек сто не меньше.

- Я не согласен. Они не должны умирать! Требую, нет мы все требуем, чтобы концовка была хорошей. Пусть они живут. Так давайте, переигрывайте, мы ждём! От такой тирады мы ... особенно я растерялась. Поклонилась и сказала, - хорошо, тогда продолжим. Дамы и господа, антракт закончился.

Ох ну и на придумывали мы. Зрители подключились, получилось, честно не знаю что. Вроде драма, боевик, мелодрама и конечно сам "бог земли", оживил пару. Что тут скажешь, полный … эм-м маразм. Финита ля комедия, занавес опускается.

А кто смотрел на это действие онлайна театра молодец!

Всё!

Глава 32

Утро потихоньку оживляло жизнь вечно сонного полуострова Шри-Ланке. Солнце светит как обычно, ярко-жарко, шум прибоя, самцы поют серенады самочкам, прыгая с ветку на ветку, козочки бегают вечно голодные. Всё без перемен.

А в больнице, что в больнице? Должен случиться очередной скандал. Не так выразился, извиняюсь сердечно, все матросы с корабля Серебряная Птица на тысячу процентов были уверены. Включая командора Сальвадора де Вега, ждали "словесной бури". Раненый капитан де Бана обязательно устроит "театр одного актера". Перекрикивая всех вокруг, голося о несправедливости бытия. Поэтому о выходе, правильнее сказать о подготовке к плаванию его корабля, но без шумного кормчего, не сообщалось!

Когда вдруг один из матросов случайно проговорился, собирая пожитки и скручивая размочаленную циновку.

- Выходим, зачем такая спешка для Серебряной Птицы?

Все в напряжении замерли, ожидая атомного взрыва! Но его не произошло, вообще Эмилио стал спокойнее, не ругался с лекарями и другими служащими. Даже с «Фе-дя-ми» разговаривал подчеркнуто вежливо. Подсознательно ворчун подстроился говорить, как Пан Дора. Спокойно, вежливо, без криков и угроз. Это поведение, оказалось очень действенным. Его начали бояться еще сильнее. Тем самым капитан стал похож на героя из фильма карибские пираты Гектора Барбосса. Очаровательный индивид, актер великолепный и этот "фрукт", пугал своей новой манерой общения.

Я старалась загрузить голову новыми заботами. Собираясь систематизировать все записи в одно учебное пособие.

Из лекарей выделялся толковый мужчина лет сорока пяти –шести. Звали его Ламхар, он въедливо с невероятным терпением изучал ту технику, которую использовала странная женщина. Пан Дора приплыла с этими чужеземцами, начала нагло командовать, распоряжаться в клинике. Сначала её методика воспринималась в штыки, что вообще она умеет делать? Молодая, наверняка не опытная, вечно шутит и смеется, как ребенок себя ведёт. Но её познания, во всем даже культуре и языке поражали. Пан Дора знала сенегальский язык. Одна из помощниц сказала, что странная девушка знает не только тамильский. Она лично слышала, как та разговаривала на нём с приехавшей с материка женщиной. Интересовалось о лечебных травах, какие растут и где, их название. Спрашивать об этом Лихмар не рискнул, но с каким уважением к ней относиться чужаки удивляла и пугала. Эти высокие и сильные морские люди, так их называли местные, высокомерно общались с местным населением. К женщинам, телосложению и кроткому нраву, относились еще прохладнее. Конечно, бывали стычки, не понимание, маленькие романы. Но в основном люди разделяли не только языковые барьеры, но и внутренние предубеждения. Как небо и земли далеки, так и здесь. Самолечение, как иглоукалывание в корне отличалось, техника и сами точки. Лечение добавляла медицина чужаков. Ламхар внимательно изучал, как Дора ставит иглы, назначает те или иные мази, настойки. Аккуратно пытался узнать рецепты, записать.

Мне совсем не работалось, скоро тяжелые пациенты поправятся. Займутся своими заботами, делами, подготовкой. Хотелось изучить местный народ, особенно портовых чиновников. Два брата акробата одинаковых с лица, только делают вид, что заняты. Хотела сначала прийти к ним и напрямую спросить, будет ли еще корабль? Когда и куда отправиться? Но это любопытство с моей стороны, точно вызовет нездоровое любопытство. Пара "циркачей" меня вмиг сдадут испанцам, не моргнув глазом. Им побег здесь не нужен, громкие конфликты и жуткие поиски. Черт, у кого бы спросить дорогу до Москвы? С этой нетривиальной мыслью, ходила по берегу, кидала камешки в воду. Два испанских охотника отправились в море, на рассвете. Еще солнце не взошло, оба подняли паруса, покинули гавань. Я не собиралась скандалить, требовать, чтобы взяли с собой. Мне было вообще хорошо, просто отлично. Чем меньше народу, тем больше кислороду. Посвящать посторонних в свои мечты не собиралась. Вопрос встал ребром как, отседова свалить? Нужно ведь красиво всё исполнить, только не знаю, что именно придумать?

Неожиданная помощь пришла совсем с другой стороны. Честно, не предполагала, что родной театр, мне поможет настолько. Моя партнерша, та девушка, что исполняла роль то матери, самого Ромео, отца Джульетты. Отлично кстати справилась с ролью и развитием сюжета. Не растерялась, подхватила с подмостках знамя свободы. Похоже, девушка настолько прониклась духом театра, что серьёзно решила примкнуть к трупе артистов. Именно с этим она подошла ко мне на пристани.