Няня для дракошки (СИ) - Коротаева Ольга - Страница 30

Все предвкушали, как обрадуется моя доченька.

Странный звук привлёк моё внимание, и я приподнялась, прислушиваясь. Он шёл со стороны двора и был похож на то, как если бы кто-то ронял камни на медный поднос. Неприятный, дребезжащий, он повторялся каждые несколько секунд и не собирался стихать.

Осторожно выбравшись из кровати, я выглянула в окно, но снаружи царила ночь, и не было заметно ни единого движения. Даже ветерок не качал ветви деревьев. Желая узнать, что происходит, я накинула домашнее платье и, наскоро стянув шнуровку, тихонько приоткрыла дверь.

В доме было очень тихо. Я на цыпочках, чтобы не потревожить чуткий сон Розы, прокралась к лестнице и спустилась, избегая скрипучих ступеней. В холле мерцал голубоватый магический светильник. Покачиваясь, он высветлял обтянутые тканью стены и разбрасывал причудливые тени по углам.

Почему-то стал жутко, хотя я знала, что Драган после дурного поступка Клеты обновил все защитные амулеты в доме и в саду, поэтому если кто-то и мог пробраться к нам, то совершенно точно наделал бы много шума.

Приблизившись к входной двери, я мягко толкнула её, чтобы открыть.

Глава 39

Глава 39

Во дворе, подмяв под себя повозку, ворота и часть забора, лежало огромное чудовище. Живая гора периодически вздымалась, а потом снова опадала в тяжёлом неровном дыхании. Крупное тело, мощные лапы с когтями, длинная шея с шипами, разбросанными по хребту. Голова с закрытыми глазами покоилась на земле, а широкие крылья покачивались разодранными парусами.

Невольно отступив, я прижала ладони к губам, не давая вырваться крику. Но не дракон испугал меня, а жуткие раны на его теле и крыльях. Серебристо-зелёные чешуйки были опалены, а местами разбиты, и из царапин сочилась чуть светящаяся кровь. Самая большая рана была на изящной шее существа. Звук капель, падающих из неё на металлический диск, и разбудили меня.

– Драган, – уронив руки, шепнула без тени сомнения. – Что… Что произошло?!

Дракон, будто услышав мой голос, крупно вздрогнул и начал уменьшаться. Сломанные крылья втянулись в тело, лапы истончились, и вскоре на земле вместо огромного чудовища лежал израненный человек.

– Златослава, – с трудом проговорил он, и по подбородку потекла струйка крови. – Помоги.

Я кинулась к мужчине и, сдерживая рвущиеся рыдания, попыталась поднять, но Драган был слишком тяжёлым для меня.

– Госпожа? – из дома выглянул Флат и с ужасом посмотрел на место, где раньше были ворота. – Что это?!

– Тс, – шикнула на дворецкого, боясь, что тот разбудит Варру. – Помогите мне.

Взяв себя в руки, тот подбежал, и мы вдвоём сумели отвести едва живого Этвеша в его спальню. Уложили на кровать, и я приказала принести кипячёной воды и ткани.

– Разбужу Розу, – Флат поспешил к выходу.

Я же смотрела на Драгана, не зная, с чего начать. Мужчина был страшно бледен, он, скорее всего, потерял слишком много крови. А раны, почерневшие по краям, будто в мужчину брызгали расплавленным металлом, воистину ужасали. Где бы он ни был, что бы ни приключилось, казалось, что дракон прилетел домой умирать.

– Нет, – твёрдо выдохнула я и дёрнула шнуровку, сбрасывая платье.

Не знаю, почему я это сделала, не стала задумываться, просто поступила, как подсказывала интуиция. Наверное, тот день, когда мне полегчало от прикосновения к шрамам Драгана, повлиял на это решение. Я хотела вернуть этот долг, надеясь, что Этвешу станет лучше, когда он прикоснётся к моим.

Стоило приложить ладонь мужчины к своему обнажённому плечу, Драган вздрогнул и, распахнув ресницы, опалив меня уже знакомой живой тьмой, плещущейся в его глазах. Губы его приоткрылись, и меня коснулось дыхание, когда Этвеш беззвучно произнёс моё имя. Требовательно. Властно. Не высказывая просьбу, а требуя своё.

И я отозвалась на его зов всем телом, мгновенно вспыхнув, как спичка. Заискрив магией, осветившей воздух, прокатившейся по венкам обжигающей лавой. Мы не обнимались, не целовались, а лишь смотрели друг на друга, обмениваясь нашей сутью. Магия Драгана пропитывала меня, вызывая мурашки по всему телу, а мои бабочки оседали на его ранах, которые мгновенно затягивались, покрываясь корочкой.

– Ой…

Вошедшая Роза уронила кастрюлю с кипятком, случайно ошпарив бедро Флата, и тот, зашипев от боли, заскакал на одной ноге. Служанка же смотрела на нас так, будто увидела нечто очень интимное, но, краснея до кончиков ушей, не могла оторваться от невероятного зрелища.

И я её понимала. Мне и самой хотелось бы посмотреть со стороны, как переплетается живая тьма и потоки золотистых искр. Но тут всё внезапно закончилось. Воздух ещё сиял и золотился, а вот магия дракона опала тенями и растворилась без следа.

– Спасибо, – прошептал Драган и, опираясь на окровавленную кровать, поднялся. – Благодаря тебе, Златослава, я буду жить дальше. Как ты себя чувствуешь?

– Превосходно, – счастливо улыбнулась я, отмечая, что к его старым шрамам добавились новые. – Если не возражаете, я пойду. Вам тоже стоит отдохнуть, господин.

Поднялась и нетвёрдой походкой направилась к двери, но перед глазами внезапно потемнело. Драган мгновенно оказался рядом и подхватил на руки, а затем отнёс обратно к кровати.

– Флат, – укладывая меня, позвал он, и дворецкий, морщась, приблизился. – Возьми в моём кабинете магическую сеть и развесь её на месте ворот. Утром я решу, что делать дальше. Роза?

– Да, господин. Что прикажете? Постирать одежду? Отмыть двор?..

– Оставь нас, – оборвал её Драган, и слуги выскочили из спальни господина, как ошпаренные.

Для дворецкого это была не метафора, и я взволнованно прошептала:

– Флат обжёгся…

– Он знает, где зелья, – поторопился успокоить меня мужчина. Он присел на кровать и обхватил мою ладонь. – Такая холодная. Прости, я забрал слишком много твоей магии… Своей тоже поделился с избытком.

Я испуганно моргнула:

– Своей?!

– Да, Златослава, – наклонившись, он прошептал это, касаясь горячими губами моей кожи. – Мне до смерти хочется делиться с тобой всем, чем имею. А забрать желаю ещё больше…

От его лёгких, как касание бабочки, прикосновений у меня по телу пробегали волны приятной дрожи, дыхание стало тяжёлым, а сердце зашлось в бешенном ритме. Касания его губ разжигали мучительное ожидание настоящих поцелуев, а слова гипнотизировали и увлекали в пропасть обжигающих желаний.

– Оттолкни же меня, глупышка, – прижавшись лбом к моему, простонал мужчина. – Если останешься ещё на несколько секунд, я превращусь в дикого зверя, и тогда ты снова окажешься в плену. В моём плену. Лети, бабочка, пока можешь! Больше я не в силах тебя прогнать. Не хочу отпускать!

– И не надо, – вырвалось у меня, и он вздрогнул.

Я с трудом перевела дыхание и, в ужасе от собственной храбрости, всё же добавила:

– Держи меня крепче, Драган.

Он ухмыльнулся так, что сердце пропустило сразу несколько ударов. Лицо Этвеша приобрело хищное выражение, а с губ совался почти рык:

– Ты не послушала меня, Златослава, не сбежала. А теперь поздно.

Глава 40

Глава 40

Тьма его магии снова всколыхнулась, разливаясь по комнате, застилая все окна, скрывая дверь. Казалось, что вокруг нас не осталось ни единой щели, в которую могли проникнуть снаружи. Мы оказались в плотном коконе невероятно силы, осекающем пару от внешнего мира.

Мне бы испугаться, но я откровенно любовалась перламутровой стеной, потянулась к ней, чтобы коснуться кончиками пальцев. Провела по упругой прохладе, наблюдая за переливами всех оттенков тьмы, и прошептала:

– Кажется, я влюбилась в чёрное…

Эти слова обрушили границы и высвободили зверя, скрывающегося во тьме, но я уже не боялась. Для всех остальных Драган был чудовищем, а для меня стал спасителем и самым желанным мужчиной во всех мирах. Он стал для меня новым миром, где мы с моей дочкой могли жить в безопасности.