Рысюхин, ну вы и заварили! (СИ) - "Котус" - Страница 11

— В том году артельщики заготавливали, причём у нас ни соли, ни тары в наличии не было. Сейчас бочки и туеса заготавливаются, люди мотивированы, в том числе и свои заготовители. Но присмотр нужен.

— Мы подумаем! — переглянувшись, ответили обе.

Был ещё один разговор, который не хотелось затевать, но — нужно. Дед вообще нагнетал напряжённость, разворачивая эпические сценарии заговора, в подавляющем большинстве своём откровенно гротескные и неправдоподобные, но… Его я поднял по дороге, благо, за рулём был сам, так что лишние уши в салоне отсутствовали.

— Девочки, ещё вопрос. В вашем окружении, в первую очередь — в Ульянином, есть ли завистливые дуры или мстительные идиоты в числе отвергнутых поклонников?

— Хватает, как у любого, наверное.

— Ну, у «любого» поклонники вряд ли будут…

— Зато поклонницы найдутся. Хотя, в таком случае эти две категории совпадут.

— А насколько завистливая и до какой степени идиот? — Решила уточнить границы поиска Ульянка.

— До такой, чтобы спрятать среди свадебных подарков коробку с мылом и верёвкой.

Супруги хором ахнули и округлили глаза, представив себе размер возможного скандала.

— К счастью, дружинников насторожила «лишняя» и безымянная коробка, которую они с моего разрешения вскрыли. Теперь надо узнать, это просто идиотская выходка в стиле пожелания сдохнуть, совмещённого с попыткой испортить праздник, или что-то иное. Если найдётся кандидат или кандидатка в идиоты — это хорошо, а вот если нет…

— Значит, мы плохо знаем своих знакомых.

— В лучшем случае — да. В худшем это может быть угроза, причём неизвестно, кому именно адресованная. И тогда всё может быть очень серьёзно, с привлечением коллег Василия Васильевича из Третьего отделения Корпуса.

— Зачем⁈ — Хором, надо же.

— Потому что, как уже говорил, неизвестно, кому угроза адресована. Она может относиться к кому угодно из семьи. И не знаем уровень этой угрозы: просто попугать и настроение испортить, или попытаются угрозу реализовать. Мне, знаете ли, не хочется подвергать кого-то из вас опасности просто от того, что лень сходить во вторник в соседнее здание и написать заявление. Думайте, до вечера время ещё есть.

Пока мы добрались до ресторана, гости уже успели «поправить здоровье» и даже поднять настроение в ожидании новобрачных. Как результат, нас встретил целый шквал приветствий и поздравлений, через который мы и пробились на своё место во главе стола. Ульянкин завтрак был вкусным, но очень уж лёгким, буквально — перекусить немного, а потом ещё в дороге понервничали из-за того пугающего подарочка, так что на предложенные закуски набросились с энтузиазмом. Гости это, разумеется, заметили и отметили — в основном одобрительными шуточками насчёт того, что ночью, видимо, хорошо поработали, раз такой аппетит. Ульяна от такого активно краснела, что только подливало масла в огонь, а Мурка моя, наоборот, довольно щурилась, точно, как настоящая кошка, порождая тоже множество версий и шуточек.

В целом второй день прошёл спокойно и приятно, без каких-либо неожиданностей. Даже выпитая вчерашними драчунами мировая была ожидаема. Профессор Лебединский, которого мы все трое просто не могли пригласить на свадьбу, и который так и отрекомендовался при вручении подарка: «гость со всех сторон», хоть и немного устал, но всё так же блистал, оттягивая на себя внимание большей части дам. Это, разумеется, ничуть не облегчало работу артисту, ведущему свадьбу, но и возмущаться тот даже не пытался.

Гости, особенно приехавшие издалека, начали расходиться буквально часа через полтора после нашего возвращения на празднование, так что уже к четырём пополудни большое застолье превратилось в семейные посиделки, в которых участвовали мы, Мурлыкины, Нясытевы и Герман с подружкой невесты, точнее, уже жены. Профессор также откланялся около трёх часов дня, сославшись на возраст и здоровье, и тем напросившись минут на десять комплиментов и тому, и другому.

Вторая пара дружек — Вася с Варей — появились вместе, причём где-то через полчаса после меня, немного посидели со всеми, изрядно смущаясь, пообедали с хорошим аппетитом и — вновь исчезли, только Надосиновик бросил на меня от дверей извиняющийся взгляд. Дед по этому поводу бурчал беззлобно, что это банально до пошлости — интрижка между свидетелем и свидетельницей. Считается почти столь же обязательным атрибутом свадьбы, как драка — но точно так же далеко не всегда случается. Что не мешает оставаться стереотипом, и некоторые молодые люди идут на эту роль исключительно с целью познакомиться с целью «подружить организмами» с коллегой противоположного пола. Но я-то точно знаю, что как минимум у Васи ничего подобного на уме не было! Ну, или он это умело скрывал, что на него, собственно, совершенно не похоже.

Где-то в половине пятого и мы стали собираться. Совместный визит к администратору с двумя тёщами и последовавшая сверка сметы много времени не заняли: быстренько нашли вписанное по принципу «авось проскочит», просто положено так, бегло осмотрели недопитое и отделили от не вскрытого, я рассчитался и все разъехались по домам на целой кавалькаде открытых по причине тёплой погоды колясок. Я сегодня, за исключением одного бокала лёгкого вина в начале, пил почти исключительно имитацию спиртного, так что даже дед не бухтел, когда я сел за руль. Зато отсутствие свидетелей позволило моим супругам начать расследование личности, пославшей мыло и верёвку ещё по дороге домой.

Это расследование продолжилось и дома, пока я делал уроки, как бы это забавно ни звучало. Дамы сели на кухне, прихватив с собой «для вдохновения» бутылочку красного и всерьёз взялись за дело. По итогам посиделок, после отсеивания тех подозреваемых, кто «недостаточно идиот» и понимает, что будут искать, осталось трое подозреваемых в окружении Ульяны и двое — среди знакомых Маши. Да, этих тоже решили проверить — может, люди не знают обстоятельств моего второго брака и таким образом злорадствуют по поводу того, что Мурку, якобы, «отодвинули в сторону» или вовсе «заменили на новую баронессу». Решили для проверки написать им нейтрально-благожелательные письма с благодарностью за «скромный, но полезный в домашнем хозяйстве подарок». Причём каждая из жён напишет своим подозреваемым, а потом будем смотреть на реакцию. Как выразился дед, «глянем, куда пожарных вызовут на полыхающую жопу». Если же никто себя не выдаст, то придётся подключать профессионалов.

Ужин, как выяснилось, тоже готовила Ульяна, с посильной помощью Маши и столь же посильными помехами со стороны Мявекулы. Так, надо бы прояснить этот момент.

— Уля, радость моя. Если тебе кто-то, или ты сама себе внушила, будто ты здесь на каких-то третьих ролях и с урезанными правами, либо что ты должна что-то как-то «оправдывать» или «отрабатывать» — выброси это из головы немедленно! Ты такая же полноправная хозяйка в любом моём доме, нет нужды подменять собой кухарку или ещё кого-то.

— Нет, что ты. Я просто с детства люблю готовить. Путь не каждый раз, но мне это на самом деле нравится, особенно для близких, и когда это не пытаются навязывать в обязательство.

— Хорошо, если всё именно так.

Поблагодарив за ужин, а было на самом деле вкусно, я отправился обратно, грызть гранит науки. Сегодня попался особо твёрдый камушек, поскольку расчёты опирались на пропущенную мной из-за поездки на Волну тему, и пришлось самостоятельно разбирать её по учебникам и дедовым подсказкам. Разобрался, ничего такого уж особо сложного, но времени это отняло больше, чем могло бы при наличии нормального конспекта.

В понедельник на занятиях ко мне подошёл Вася Подосиновиков — непривычно смущённый.

— Юра, я извиниться хочу. Подвёл тебя, наверное, да?

— С чего бы? Всю обязательную часть ты отбыл, дальше дело твоё. Никто не запрещает искать себе новое знакомство.

Вася невольно заулыбался.

— Варя, она такая!.. И всё понимает!

— Да уж, то, что ты её даже со своей первой любовью познакомил — само по себе дорогого стоит!