Особое задание - Горъ Василий - Страница 44

— А ты? Ты ведь наверняка хочешь еще?

— Сейчас ты немного отдохнешь, и, если конечно ты не против, мы повторим мероприятие! — ответил я, целуя ее пальчик.

— Не против! — покачала головой она. — А очень даже за! Только вот отдохнуть действительно надо! Можно, я пока схожу в ванную? — добавила она чуть погодя.

— Естественно! Я даже могу тебя туда отнести!

— Сегодня не надо, хорошо? — она немного испуганно посмотрела на меня и попросила: — Отвернись, я встану, ладно?

Утром, кое-как продрав глаза, я ощутил, что мое лицо просто ужасно: дурацкая счастливая улыбка, которая прилипла к нему ночью, видимо, все время, пока я спал, уродовала мое и без того не особенно симпатичную морду. Татьяна дрыхла практически на мне, приобняв меня за шею и закинув ногу на живот. Я, стараясь не потревожить ее сон, еле дотянулся до пульта стереосистемы, валяющегося на столике с моей стороны, и тихонько включил музыку. Из кухни до меня доносились аппетитнейшие запахи, на душе было хорошо и спокойно, и мне было страшно лень шевелиться. Собственно, я и не шевелился, и даже лениво прикрыл глаза.

Не прошло и нескольких минут с момента пробуждения, как дверь в нашу спальню тихонько скрипнула, немного приоткрылась, и из-за нее показалась голова Люды, с лицом, расплывшимся в улыбке:

— Там завтрак стынет! — шепотом сообщила мне она и тихонько ступая по полу, приблизилась ко мне. — Буди свою ненаглядную и марш на кухню! Только не забудь про это! — она протянула мне роскошный букет цветов и добавила таким же тихим шепотом: — скажешь, что ездил за ним сам!

— Спасибо! — я благодарно послал ей воздушный поцелуй и взял протянутый мне букет.

Дождавшись, пока закроется дверь, я немного поругал себя за тупость, потом нежно поцеловал Татьяну в носик и слегка пихнул ее бедром:

— Крошка, подъем! Пора вставать!

Татьяна лениво потянулась, приоткрыла один глаз и наткнулась взглядом на букет:

— Ой, спасибо! Как здорово! Я такая счастливая! — она бросилась на меня с поцелуями и немного погодя немного виновато добавила: — Ой, как у меня все болит!

— Не расстраивайся, ничего страшного! — улыбнулся я. — А чего же ты хотела после двух часов любви?

— Еще трех часов! Как минимум! — захихикала она. Потом прислушалась к своему животу и уточнила: — Но только после основательного завтрака!

С таким утверждением я был полностью согласен, поэтому откинул простыню и отправился умываться.

Завтрак превзошел все мои ожидания: давным-давно проснувшиеся девчонки весь свой нерастраченный пыл отдали готовке. Умиленно глядя на нас, с треском за ушами уничтожающих их кулинарные шедевры, они вовсю над нами издевались:

— Ну, что скажешь, Танька, достоин он гордого звания «Мужчина года»? — веселилась Юлька. — Или так, обыкновенный замухрыжка?

— Судя по ее состоянию, тянет! — рассмеялась Люда, глядя на покрасневшую до корней волос Татьяну. — Ну, что молчишь, подружка?

— По самым скромным прикидкам, не меньше, чем на «Мужчина жизни»! — гордо парировала та, справившись со своим стеснением. — И не фиг на него губищи раскатывать, кошелки старые! А то глаза вам повыцарапываю!

Веселый хохот и постоянные приливы краски к лицу немного мешали мне есть, а когда девушки начали интересоваться подробностями первой ночи Татьяны, я просто сбежал из кухни, даже не доев четырнадцатую или около того булочку с вареньем…

— Вы тут пока посплетничайте, а мне тут надо кое-куда отскочить на полчаса! — крикнул я им уже из-за двери. Хохот в ответ послужил мне лучшим свидетельством правильности моего поступка.

Ювелирный магазин дядюшки Моше оказался закрыт по случаю субботы. Однако на мой стук в дверь его дома, примыкающего к магазину, спустился сам хозяин, и уже через десять минут я потеряно бродил среди витрин, пытаясь понять, что именно мне хочется подарить своей даме.

Дядюшка Моше довольно умиленно улыбался, пряча хитрые глазенки за стеклом очков:

— Джонни, Джонни! Ты, таки, попал в етот капкан, которий наивьные человеки зовут любовию! Мне тебя даже немного жалько, мой малчик! Но что поделать? Это такая сволочная жизьнь!

Я, привычно пропуская брюзжание старого еврея мимо ушей, наконец наткнулся на потрясающе красивый комплект из колечка, аккуратных сережек, цепочки и маленьких часиков с изумрудами:

— Дядя Моше! Я возьму вот это!

— Ти знаешь, сколько ето стоит? — удивленно вытаращился он на меня.

— Ну, я же вижу ценник!

— И ти даже не просишь мене о скидке? — удивлению его не было границ. — Ти, таки, немного заболел!

— А что делать? — улыбнулся я и попросил: — А можно это как-нибудь упаковать посимпатичнее?

— Не беспокойся, мой мальчик! Краснеть тебе, таки, не придется!

Запрыгнув в машину, я махнул рукой слегка ошеломленному Моше, и сорвался с места: мне еще так много чего надо было успеть…

В дом я ввалился часа через полтора, бросив машину на улице, и еле-еле удерживая в руках все свои покупки. Побросав пакеты в гостиной, я, чтобы не искать девушек по всему дому, просто рявкнул:

— Дамочки! Строиться!

— А я люблю военных, красивых, здоровенных… — громко напевая себе под нос, первой на мой зов явилась Юлька. Увидев кучу пакетов, она тут же заинтриговано посмотрела на меня и взвизгнула:

— Ой, девки! Айда сюда! Тут Джонни столько всего приволок!

Татьяна и Людка ворвались в гостиную вместе, чуть не снеся двери, столкнувшись в проеме. Любопытство так и горело в их глазах, и я решил немного поиздеваться:

— Ну-ка, сели на диван! А то ничего не получите! — я стукнул Юльку по шаловливой ладошке, пытающейся приоткрыть один из пакетов. Она тут же отдернула руку и прикинулась послушным ребенком.

Я покопался в груде пакетов и протянул один из них Люде:

— Это тебе! И вот это тоже! А еще вот этот букет роз!

Люда тут же уселась на пол, вытряхнула подарки из пакетов и удивленно уставилась на меня:

— Ты ничего не перепутал?

— Неа! — ухмыльнулся я. — Примерь!

Она подхватила коробки вылетела прочь из комнаты.

— Теперь немного подождем! — я картинно развел руками и уточнил: — И никаких возражений!