Демонология по Волкову. Дилогия (СИ) - Тимошенко Наталья - Страница 27

– Работа как работа, – пожала плечами она. – Опасная немного, непонятная, но главное, что деньги обещают хорошие.

– Уже видела что-нибудь необычное?

– Дом там необычный, темный весь, мрачный, а так больше ничего.

Алиса и сама не знала, зачем соврала. Пожалуй, Мирослава была единственной, кому она могла бы рассказать правду. Мирослава поверила бы, смеяться не стала. Но дело было даже не в контракте о неразглашении. Просто Алисе пока не хотелось обсуждать работу. И Леона тем более, а Мирослава наверняка начала бы расспрашивать и о нем.

– Давай кино выбирать, а то так и проболтаем полночи и все съедим, – предложила она.

Глава 9

Дождь был такой сильный, что Алиса не рискнула садиться на байк. Она была смелой, даже отчаянной, но не самоубийцей. В такую погоду даже в себе нельзя быть уверенным на сто процентов, что уж говорить про других водителей. Вещей много с собой не брала, все основное она уже отвезла в Волчье логово в прошлый раз, поэтому решила, что будет достаточно. Доедет на электричке до нужной станции, а там уже напрямки через лес всего-то три километра.

Она пробыла дома два дня, а к вечеру второго позвонила София и недовольным голосом заявила, что Леон уже приступил к делам и жаждет видеть свою помощницу рядом, а не отсылать ей электронные письма. Никаких писем Алисе никто не отсылал, но она проглотила комментарий и заверила, что завтра будет. Знала бы, что дождь не прекратится за ночь, поехала бы сразу. С другой стороны, идти через лес поздним вечером не очень хорошая идея, так что правильно сделала, оставшись до утра.

Электричка высадила ее на пустынной станции, где не было даже билетной кассы, только короткий перрон, махнула хвостом и скрылась за поворотом. Алиса осталась одна. Дождь не прекратился, казалось, за городом он стал даже сильнее. Небо, затянутое черными тучами, почти лежало на верхушках деревьев. В десять утра было почти так же темно, как вечером. Алиса закинула рюкзак на плечи, капюшон дождевика – на голову и спрыгнула с перрона. Ботинки на толстой подошве чавкнули грязью, разбрызгивая ее по бокам. Коротко выругавшись, Алиса свернула на тропинку, вскоре теряющуюся между деревьями.

А чего она хотела? Хорошего асфальта? Он и в городе-то не везде лежит, что уж говорить про пригород. Центральные улицы еще куда ни шло, даже ремонтируются иногда, а чуть сверни вглубь, особенно в частный сектор – и все, асфальта того и не было никогда. Грязь и лужи, лужи и грязь. Хоть бы уже зима поскорее, чтобы немного подморозило, снег выпал. Все лучше пейзаж, чем сейчас.

В лесу было еще хуже. Тропинка размокла, но из-за травы и мха не было видно, где еще грязь, а где уже настоящая вода. Под ногами все время хлюпало, ботинки то и дело проваливались по самую щиколотку, и в конце концов Алиса набрала в один воды.

Зараза!

Вытащив ногу, она огляделась по сторонам. Не лес, а болото натуральное! Выбрав более или менее сухую кочку, Алиса бросила рюкзак, села прямо на землю, сняла ботинок, вылила из него грязную вонючую воду. Ботинки у нее были хорошие, кожаные, на толстой подошве. На обувь, как и на колеса для байка, она денег не жалела. Порой на ужинах экономила, но покупала качественное. Но даже эти в лесу, превратившемся в болото, ее не спасли. Не исключено, что и резиновые сапоги тут не сработали бы. Разве что рыбацкие, до подмышек которые…

Завязав заново шнурки, Алиса поднялась. Нога наверняка скоро замерзнет и онемеет, так что следует поторопиться. У нее было крепкое здоровье, она редко болела и еще реже – серьезно, но все же осень умела ломать даже таких стойких, как Алиса. Увешаться соплями не хотелось. София при звонке упомянула, что скоро состоится какое-то важное событие, требующее присутствия и Алисы в том числе.

Дальше пришлось идти, внимательно глядя под ноги, без возможности контролировать ситуацию вокруг, и это нервировало Алису. Теперь, когда она знала, что может водиться в этих местах, ей было неуютно, если не сказать – страшно. Иногда она слышала шорохи, хруст веток, испуганно вздрагивала и озиралась, но никого не видела. Обзывала себя перепуганной дурочкой и шла дальше. Пару раз она словно бы чувствовала на себе чей-то взгляд, как тогда, у пруда, но сейчас пруд был далеко, и избушка за ним – тоже.

Тем не менее ничего необычного Алиса не встретила или не заметила и до ворот дома добралась в целости. Промокла только сильно, до самых трусов, но это уже несущественные детали.

Дверь ей открыла Мария Антоновна. Увидела – и охнула.

– Алисочка! Что ж ты это… пешком! Да под таким ливнем. Почему такси не взяла?

На такси у Алисы денег не было. Точнее, были, но никогда она не стала бы тратить их на такси. Не сахарная вата, под дождем не растает.

– Проходи. Тома тебе чаю горячего сделает, с лимоном. Аллергии на мед нет? Еще и меду добавит побольше.

Алиса заверила, что никакой аллергии у нее нет и она с удовольствием выпьет горячего чаю, но сначала переоденется в сухое.

Оказаться вновь в своей комнате было неожиданно приятно. Алиса даже не ожидала, что успела проникнуться к ней какими-то чувствами. Быстро сменив одежду и чуть-чуть подсушив волосы, чтобы вода с них не лилась на пол, Алиса спустилась вниз и застала на кухне не только двух женщин, но и – внезапно – Влада с Леоном. И если второй выглядел обычно, насколько Алиса могла судить, только был очень бледным, с большими синяками под глазами, то Влад, казалось, даже сидел с трудом. Грудная клетка под расстегнутой рубашкой вся была перемотана бинтами, а кроме бледности и синяков он имел еще растрескавшиеся до крови губы и капельницу, привязанную к высокому штативу, стоявшему рядом.

– Тебе уже можно вставать? – удивилась Алиса после краткой процедуры приветствия.

– Я и так слишком долго провалялся, – отмахнулся Влад, улыбаясь.

– Еще пару дней – и будет полностью на ногах, – пообещал Леон.

Его уверенность удивила Алису. Он ведь даже не врач, откуда ему знать? И в этот момент Алиса обратила внимание на необычный цвет жидкости в капельнице Влада. Она тоже не была врачом и не очень-то разбиралась в лекарствах, но Дианка, например, принимает много разного, к матери домой иногда приходят врачи, ставят Диане капельницы, и ни разу Алиса не замечала, чтобы какое-то из лекарств было такого необычного, болотно-зеленого цвета. В фильмах и сериалах, которые Алиса видела, подобного тоже не показывали.

Проследив за ее взглядом и поняв мысли, Влад усмехнулся:

– Леон знает толк в лечении.

– Особенно когда дело касается ран от бездушных, – добавила Тамара Ильинична.

Алиса перевела взгляд на Леона, но тот никак не прокомментировал собственные целительские снадобья. Вместо этого холодно заметил:

– Алиса, не задерживайтесь, пожалуйста. Софи будет ждать вас в комнате номер 8 через полчаса.

Сказав это, он кивнул женщинам и вышел из столовой. А Алиса вспомнила мазь, которую ей дала София для смазывания царапин от когтей бездушного. Она ведь еще тогда удивилась, что ее принесла София, а не доктор. Теперь же догадалась, что мазь тоже делал Леон. Кстати, царапины зажили на удивление быстро, даже следа уже не осталось.

Алиса последовала совету-приказу Леона и уже через десять минут входила в комнату номер 8. Это оказалась огромная гардеробная. Здесь было несколько открытых шкафов, в которых на плечиках под целлофановыми пакетами висели мужские и женские наряды, еще больше – закрытых, полки с обувью, а также огромное зеркало во всю стену, которое, как вскоре выяснилось, было трансформером: любая его часть поворачивалась, можно было и вовсе словно войти в зеркальную комнату и осмотреть себя с ног до головы.

– Скоро состоится вечеринка у мэра в честь его назначения на новый срок, – не здороваясь, объявила София. – Леон приглашен на нее, поэтому сейчас нам нужно подобрать наряд для тебя.

У Алисы тут же возникло два вопроса, которые она и поспешила озвучить:

– А Рокотов так уверен, что его снова назначат? Он же ничего полезного для города не сделал. И почему меня тоже пригласили?