Держи врага ближе (СИ) - Джейкобс Хэйли - Страница 12

Рояла ждет расплата в будущем. Через три года Эйдж, доведший до совершенства навыки владения мечом одинаково обоими конечностями, лично отрубит ему правую руку, при взятии столичного замка Аргоны.

Хлопаю Ллойда, собравшегося, словно он вечно крайний ответственный студент, исполнить приказ тренера, по плечу.

- Я пойду.

Захожу в круг и киваю Эйджу в сторону академии, игнорируя любопытные взгляды не успевших разойтись сокурсников.

- Пошли.

Ожидаемо, тот не шелохнется с места, исподлобья меряя меня взглядом. Взять бы ножницы и отрезать эту бесящую челку, скрывающую глаза. Совершенно непонятно, какие мысли витают в его голове.

- Собираешься проигнорировать распоряжение преподавателя? Давай, пошли, все равно соперников мне тут днем с огнем не сыскать.

Убедительная же причина? Поворачиваюсь и иду на выход. Пойдет? Не пойдет? Облегченно вздыхаю, когда слышу шаги позади.

Рана не смертельна, мы оба это понимаем, тащить на себе Эйджа, как делали друзья Ройгара утром, нет никакого смысла. Главным образом сопровождающий нужен, чтобы проследить, что раненный студент дошел до медпунтка и получил помощь, не свалившись в обморок на полпути.

В лазарете никого. Этот дарргов лекарь, которому словно медом помазано в библиотеке пофлиртовать с красивой библиотекаршей, частенько избегает своих прямых обязанностей. Пожалуй, стоит подать на него жалобу.

- Эй, - оборачиваюсь я на замершего на пороге равнодушного к своей ране Эйджа. - Похоже, здесь никого.

Очевидные вещи, Ви. Но ничего путного на ум не приходит.

Эштон разворачивается, собираясь уходить, не удостоив меня и звуком.

Куда собрался, бельчонок?!

Хватаю его за левую, здоровую руку, и тащу к ближайшей койке.

- Сиди. А если свалишь, я…тренеру пожалуюсь.

Юноша остается на месте, из-под упавших на лицо волос мне не разглядеть его лицо. Явно не ожидал угрозы. К счастью, авторитет тренера непоколебим в сердцах его учеников. Неповиновение приказам этого сурового учителя стоит дорого, мы, четверокурсники это прекрасно знаем.

Не знаю, какую реакцию вызывает у Эйджа моя резкая перемена поведения, да и по факту говоря, мне плевать.

В отличии от друзей, у моего давнего соперника таких полномочий спрашивать и подозревать, что со мной вдруг приключилось, нет. Уровень близости между нами совсем иной. Пока что.

Ну, наверняка рад, что больше я его больше не задираю и не опускаю ехидных оскорблений, да? Может, даже благодарен? Было бы хорошо, если так.

Мало нужно для поднятия моей самооценки. Стоит вообразить в голове благодарную мордашку Эйджа и губы сами собой хотят растянуться в довольной улыбке. К счастью, он не видит моего лица, я сейчас роюсь в закромах лекаря в поисках нужных лекарств и инструментов.

Набрав необходимого, не церемонясь, присаживаюсь на лазаретскую кровать рядом и сгружаю поклажу между собой и по-прежнему не двигающимся Эйджем.

- Руку.

Словно со стенкой разговариваю.

Опускаю голову, а взгляд поднимаю, пытаясь заглянуть в лицо, прикрытое волосами. Раз остался, значит, предполагал подобное. Чего теперь ломается?

Вздыхаю и пододвигаюсь ближе, ерзая и комкая тонкое покрывало на постели, беру Эштона за запястье и разрываю ткань рубашки, открывая доступ к ране.

Ее все равно уже не спасти, весь рукав в крови. Белоснежная ткань от таких пятен не отстирается. Прямо как моя жизнь от воспоминаний о не произошедших еще событиях.

Смачиваю чистое полотенце обеззараживающим раствором и прикладываю его к порезу. Не такой уж и глубокий. Но если не ухаживать за ним, шрам будет страшный. Так и было.

- Готово, - оповещаю я не проронившего ни звука однокурсника, когда заканчиваю с наложением повязки.

Сама часто ранилась, так что первую помощь оказывать умею.

Не то, чтобы я ждала от него слов благодарности или признательности, но отсутствие реакции напрягает. М-да. Неловко. Кусаю губу, не зная, что еще сказать. Тишину прерывает Эйдж.

- Не с той ноги сегодня встала, Велфорд?

Холодный и безэмоциональный тон. Даже намека нет на сарказм или ехидство. С таким же успехом он вполне бы мог спросить про погоду или как поживает моя двоюродная тетушка.

Я кривлю правый уголок губ. А это даже веселее, чем дразнить его и издеваться. Знала бы раньше…может, моя жизнь была бы немного длиннее.

Почему-то Эштон удостаивает мои уши удовольствием услышать его фразочки только тогда, когда никого нет поблизости. Так было и в прошлом. Этакий отпор он давал мне без свидетелей.

Всегда по фамилии, всегда нарочито равнодушно, но больше меня его эта манера меня не раздражает. Напротив, даже забавляет. То, что было провокацией, теперь локальная шутка только между нами.

- Понравилось? Решила начать жизнь с чистого листа.

Поднимаюсь на ноги, кровать подо мной с облегчением скрипит.

- Ладно, увидимся.

Бросаю на колени своему бывшему врагу бутылек со снадобьем от желудочных болей и, не оглядываясь, машу на прощание и покидаю лазарет.

Это я только с виду такая крутая, на деле же у меня ноги ватные и колени еле сгибаются. Только преодолев коридор и пару поворотов я останавливаюсь, прижавшись к стене, и шумно выдыхаю.

Справилась?

Конечно, глупо думать, что годами копившаяся ненависть рассеется из-за таких незначительных жестов, но я же дала понять, что настроена на перемирие?

Фуф, чуть приступ не словила! Жуткий Эштон сейчас кажется совершенно обычным парнем, но я-то знаю, что он настоящий монстр.

Да уж, до чего доводит желание жить! Он меня отравить хотел, а я ему - держи, лекарство от больного желудка, на цыпочках вокруг хожу и рану еще перевязала,

Все эти трюки претворить в жизнь было возможно только потому, что эта версия Эштона, с которой я имею дело, еще неискушенная, не вышедшая из возраста.

Будь на месте семнадцатилетнего Эйджа его взрослая версия, о-о-о-о…Мне бы не сносить головы.

Давай, Ви, постараемся, чтобы через семь лет попивать с Далией коктейли на каких-нибудь далеких южных берегах, и знать не слышать про нашу семейку, эту страну и Эйджа.

Сумку с тетрадями я забрала с плаца с собой, когда уходила, и потому возвращаться необходимости нет. Надеюсь, тренер не заметит того, что я не вернулась, да и до конца пары осталось несколько минут, смысла нет круги туда-сюда делать.

Пожалуй, лекцию по основам военной инженерии я тоже пропущу, как и пару по истории до обеда.

Возвращаюсь в общежитие и переодеваю форму.

Ох, совсем отвыкла я от платьев.

Так как диплома у меня еще нет и на службе в ордене я еще не состою, должна носить в качестве повседневной одежды юбки и платья, никаких брюк. Такая привилегия только для женщин, которые заслужили право носить оружие. Настоящее, не тренировочное.

Раз надела платье, приходиться и с прической повозится. Руки у меня явно не с того места растут, коса выходит какая-то кривая, но желания переделывать нет, оставляю как есть. Отрезать бы волосы до мочек ушей и прощайте проблемы. Но…они могут еще пригодится.

С собой забираю только сумку с тетрадями и письменными принадлежностями – домашнее задание никто не отменял – и покидаю территорию альма-матер, затихшей на время очередного занятия.

Это даже прикольно – занятия пропускать.

8

Как же давно я здесь не была. В последний раз, кажется, за пару месяцев до восстания на площади и моего последующего заключения в каземате дворца с коротким визитом, целью которого было получить очередное отцовское «наставление».

В постоянно изменяющемся мире есть вещи, которые кажутся застывшими в водовороте времени. Вечные. Этот дом один из таких ярких примеров. За десятки лет он не изменился от слова совсем. Такой, каким я помню его в далеком детстве и такой, каким он останется в будущем.

Роскошный особняк в самом центре столицы. Не одно поколение моего славного рода рождалось и умирало в его стенах. Великолепное трехэтажное сооружение в классическом стиле, поражающее своей красотой и изысканностью. Фасад особняка украшен колоннами, пилястрами и прочими вычурными и не выполняющими никакой практической роли декоративными элементами.