Каратель (СИ) - Бадевский Ян - Страница 47

— Боги, я просто всех перебью!

— Эх, молодость! — вновь усмехнулся Иванов. — Кому принадлежит эта Крепость ты, разумеется, не скажешь.

— А это имеет значение?

— Да никакого.

— Это Крепость Нарышкина.

— Да ладно! — глаза Иванова загорелись. — Это который в Соборном Трибунале сидит?

— Он самый.

Барон залпом осушил бокал.

— Такой поворот в корне меняет ситуацию. Я не просто доставлю тебя к долбаной Крепости. Я с превеликим удовольствием поучаствую в намечающемся веселье!

Глава 29

Родовое имение Лариных

Додзё на первом этаже

Мужчина и женщина бились друг с другом на шестах.

Точнее, шест был у женщины, её партнёр орудовал короткими деревянными макетами, имитирующими танто. Уходил от опасных вращений, ставил скользящие блоки на выпады. Контратаковал, обозначая удары. Оба противника были гибкими, стройными и очень подвижными. Оба носили кимоно, только цвет поясов различался. У мужчины был чёрный, у женщины — коричневый с золотой полоской. После проведённых комбинаций противники отступали на пару шагов и уважительно кланялись друг другу.

— Как там наша дочь поживает в усадьбе Володкевичей? — поинтересовался мужчина, мягко отводя шест в сторону одной рукой и обозначая удар танто в висок своей жене. — Я вообще удивлён, что ты разрешила ей туда перебраться.

Женщина отступила, медленно поклонилась и вновь подняла шест.

— Почему нет? У нас умная девочка. А граф Володкевич поможет ей быстрее подняться вверх.

— А не боишься, что её мотивы… несколько иные? — хмыкнул глава Рода, выставив левую ногу вперёд. — Девочка могла влюбиться.

— Не исключено, — согласилась Мария Ларина, двинувшись вперёд. — Признайся, ты больше переживаешь из-за того, как её поступок могут истолковать в высшем свете.

— Да я спокоен, как удав, — князь Олег Дмитриевич Ларин резко сократил дистанцию, но чуть не поплатился за это, когда его дражайшая супруга выстрелила посохом в колено. Пришлось парировать и тут же выставлять жёсткий блок над головой, когда второй конец палки описал размашистую дугу. — Уверен, нашей девочке здравомыслия не занимать.

Последовал быстрый обмен ударами.

В итоге остриё танто застыло у шеи Марии Степановны.

— Если честно, — вдруг решила признаться Ларина, — я думаю, что Карина влюблена в этого парня.

— Почему ты так считаешь?

Княгиня придала вращение шесту, вынудив своего мужа отступить.

— Я же мать. Вижу все эти признаки.

На втором или третьем обороте Олег Дмитриевич вновь оказался рядом, блокируя посох одной рукой. Остриё деревянного ножа застыло в области живота Лариной.

Супруги вновь отвесили друг друг поклоны.

Олег Дмитриевич направился к оружейной стойке.

— Допустим, ты права. Наша дочь растёт свободным человеком, без диктата с нашей стороны. Много лет назад мы пришли к согласию по этому вопросу. Да, культивация каббалистики — это правильный вектор. И мы, безусловно, предложим Карине подходящие партии. Но у нас есть и другие дети. Марк, например. Он растёт прагматичным и жёстким мальчиком. Через него я и планирую дальнейшую культивацию Дара.

— Но ты не собираешься на него давить.

— Я никогда не считал приказной тон аксиомой воспитания, — князь вложил макеты в соответствующие ячейки. — Наши дети копируют нас. Личный пример важнее диктатуры. Мы обсуждаем политику Рода, говорим о том, что будет полезно, учим их анализировать и принимать взвешенные решения. Поэтому я не сомневаюсь, что Марк двинется по моим стопам и будет замечательным главой Рода. Ответственным и стратегически мыслящим.

Мария Степановна вложила шест в углубления второй стойки.

— Всё правильно говоришь. Но давай представим, что Карина захочет выйти замуж за графа Володкевича. Я уверена, она не думает о карьере в инквизиции, её задача — быть поближе к предмету обожания.

— Громко сказано, — пробурчал князь.

— Прими как факт, — княгиня взяла из ниши в колонне бутылку с водой. — Вопрос в том, одобришь ли ты брак с человеком, уступающим нашей семье по всем показателям? Он менее родовит, его источники дохода неизвестны. Он пирокинетик, в конце концов.

— Источники у Володкевича прикрыты хорошо, — признал князь, вытирая шею полотенцем. — Но доходы, по оценкам нашей СБ, у него… мягко говоря… приличные. Чего стоит один лишь найм личной гвардии. Это «Черепа» из Эстляндии, а из расценки тебе прекрасно известны.

— «Черепа»? — бровь княгини поползла вверх.

— Они самые, — довольно ухмыльнулся князь. — У Володкевича вообще не было гвардии. Ну, после того, как на его имение напали и всех перебили. Парень выжил, непостижимым образом разбогател и достиг пятой ступени посвящения. Сейчас его усадьба — настоящая крепость.

— Ты всегда уважал силу, дорогой.

— Что есть, того не отнять, — князь приблизился к супруге, потянулся за второй бутылкой воды. — И у них весьма древний Род, между прочим.

— Но ты понимаешь, что каббалисты от таких союзов не рождаются.

— Понимаю. Ты меня плохо слушаешь, Маша. Ростислав — сильный одарённый с боевой направленностью Дара. Кроме того, если верить докладам моих людей, ещё и провидец. Я предпочитаю не делать поспешных выводов, собрать больше информации и понаблюдать. Может, они и не сойдутся.

Княгиня вздохнула.

— Там ещё Фурсова ошивается. Насколько я поняла, управляет делами Володкевича, пока он пропадает неизвестно где.

— Почему неизвестно, — хмыкнул князь. — Всё известно. Рейды в Пустошь через Архаикум, деловая поездка в Москву, экстренный вылет в Наска под патронажем отца Бронислава. Мои агенты не зря хлеб едят.

— Обширные интересы для столь молодого человека, — задумчиво протянула Ларина.

— И я о том. Предоставь это дело мне, родная. Не переживай, если нашей дочери будет что-либо угрожать, я непременно вмешаюсь.

Прежде я не поднимался на столь большую высоту.

Даже не знаю, почему.

Но сейчас мне это потребовалось для хорошего обзора. Мой разум с умопомрачительной скоростью форсировал Пустошь, разменивая сотни и тысячи километров. Я видел холмы, редкие леса и перелески, реки и озёра, горные хребты и одинокие вершины, потухшие кратеры. Дважды на моём пути встречались людские поселения. Один раз я видел Крепость, пришвартованную к форпосту землян. А ещё мне почудился туннельщик, вспарывающий грунт и оставляющий за собой длинную борозду…

Всё это с высоты казалось игрушечным.

Ненастоящим.

География Пустоши — штука коварная. Точками отсчёта служат не условный экватор или нулевой меридиан, а вполне осязаемые Врата, связывающие эту реальность с нашей. Поэтому при прокладке вектора и определении координат движущегося объекта надо учитывать расположение Врат, из которых объект выдвинулся, плюс сектор одного из Кругов. Напоминаю, что сколько порталов, столько и точек отсчёта. Врата Архаикума окружены Пятью Кругами, дальше начинается Фронтир. Примерно по пять-шесть Кругов и у других «центров». Кое-где эти зоны пересекаются.

Так вот, мы с Ивановым выдвинулись из Понтикуса.

Я много слышал об этой колонии. Остров, превращённый Домом Эфы в одну из самых серьёзных крепостей на планете. Проблема в том, что после активации колоний Предтеч такие места утратили статус неприкасаемости. Согласно международному праву через Понтикус в Пустошь могут выдвигаться не только Крепости Эфы, но и техника ряда научно-исследовательских организаций, а также боевые соединения инквизиторов. Выбраться из бескрайней степи можно через любой портал, это универсальное правило. Главное — успешно пройти таможенный досмотр.

Так вот, мне пришлось вычислять направление, в котором движутся Крепости Нарышкина и Перевозчика, сидя с циркулем, линейкой и калькулятором над картой Пустоши. Бродяга создал внутри себя некое подобие рубки, посреди которой находился штурманский стол. Карту домоморф тоже сотворил из протоматерии, опираясь на сведения из своей библиотеки.