Воля Небес (СИ) - Астахов Евгений Евгеньевич - Страница 66

На трибунах зарождается настоящий рёв возмущения.

— Гнусная клевета! — гремит Альдавиан. — Вы верите изменнику, чьи преступления известны каждому в Империи⁈ — он обводит трибуны властным взглядом, но встречает лишь настороженное молчание.

На арену стремительными тенями скользят элитные убийцы в чёрных одеждах — Тени, лучшие из оставшихся бойцов Императора наконец-то вступили в игру. Их техники сливаются в смертоносный вихрь — потоки тьмы, клинки из чистой энергии, ядовитые облака и оковы пустоты летят в меня со всех сторон.

Среди них по глазам, блестящим в разрезе маски, я узнаю того самого адепта, что когда-то едва не прикончил меня в подвале под библиотекой Академии. Как разошлись наши Пути… Человек, который в тот момент казался мне недосягаемой вершиной, сейчас ничего не может мне противопоставить.

Я даже не шевелюсь. Моя аура расходится волнами, сметая всё на своём пути. Техники Теней рассыпаются, не долетая до цели, словно волны, разбивающиеся о прибрежные скалы. Убийцы пытаются прорваться ближе, но каждый новый всплеск моей силы отбрасывает их назад, вминая в каменные плиты арены. Даже эти закалённые воины, способные противостоять элите знатных кланов, падают один за другим, не в силах подняться под давлением моей мощи.

В считанные мгновения вокруг меня образуется ещё один круг поверженных тел.

В наступившей тишине мой голос рокочет, отражаясь от стен арены, как эхо в забытом каньоне:

— Слушай меня, Альдавиан, и слушай внимательно! Я призываю в свидетели сами Небеса, чьим именем ты прикрываешь свои злодеяния. Я пришёл говорить от имени мертвых — тех детей, кого ты принес в жертву своей неуемной жажде власти, — мой голос наполняется горечью и гневом. — От имени каждого преданного тобой воина, чью силу ты выпил своими демоническими техниками. Я говорю от имени живых — тех, кого ты заставил жить в страхе перед твоим безумием.

Я поднимаю взор на Императора, и мои слова, пропитанные праведной яростью, разносятся над притихшей ареной:

— И я вызываю тебя на Небесный суд, от которого не спасут ни стража, ни демонические техники! Согласно древнему эдикту, скреплённому клятвами семи сильнейших кланов при основании Империи, я требую: покинь престол добровольно или прими вызов на поединок, что решит судьбу трона!

— Неужели вы поверите столь дерзкой лжи⁈ — тон Альдавиана полон царственного презрения, но к его трону склоняется один из старейших советников, что-то торопливо шепча.

Властное лицо Императора искажается гневом — он понял, что древний эдикт действительно существует. Но тут же его черты вновь каменеют, и он поднимается во весь рост:

— Ты всего лишь безумный самозванец без реальной поддержки и влияния, возомнивший себя вершителем судеб! — в голосе государя гремит ледяная ярость. — За тобой нет ни единой души, способной подтвердить твои притязания на престол. И потому твоя речь — пустой звук. Ты заплатишь жизнью за то, что осмелился пойти против воли самих Небес! Встав в одиночку против Империи, ты и умрёшь один! На коленях!

Рев народа на арене нарастает, но сквозь этот шум прорывается чистый, как первый луч рассвета, голос. Женский голос.

— Он не один! — кричит Наоки, заставив всех остальных стихнуть.

Она первой спускается на арену, элегантно проскользив по ледяной дорожке.

Моя Наоки…

С ней мы прошли через столько испытаний. Когда-то она была моей наставницей в секте Водного Дракона, а потом стала гораздо большим. С ней мы спасли Долину от междоусобной войны, пережили невероятные испытания в Долине Пяти Стихий, развив особую связь. Сейчас в её глазах горит тот же огонь, та же жажда жизни, что когда-то украла моё сердце.

Сразу за ней следуют еще две водных бурлящих струи.

— С ним Школа Водного Дракона! — к девушке присоединяются патриархи Айкин и Драсс, занимая место рядом со мной.

Когда-то члены враждующих фракций и непримиримые соперники, которым удалось отбросить взаимную ненависть, забыть обиды и начать с чистого листа. Вместе мы восстановили древнюю школу и сделали её сильнее, чем прежде. Теперь они стоят плечом к плечу, готовые защищать то, во что верят.

Толпа ахает в изумлении. Шепотки разносятся по трибунам:

— Это же Патриархи из секты Водного Дракона! Неужели они пришла поддержать предателя? — люди не могут поверить своим глазам.

— Клан Алой Сакуры тоже на твоей стороне, Рен из Лесных Холмов! — залихватски орёт Текору, спрыгнув на арену.

На лице генерала Кариссы отражается внутренняя борьба. Когда её адъютант вскакивает на ноги, она следует его примеру, но в её движениях читается неуверенность. Шёпот волной проносится по ложе военного командования. Во взгляде военачальницы я вижу терзания — долг перед Империей сражается с симпатией к моему названному брату.

Текору, которого я сперва записал во враги, а затем ставший одним из самых близких моих друзей. С которым мы прошли через горнило испытаний в саду Кровавой Сакуры. Который только что безрассудно пожертвовал своим положением в армии ради нашей дружбы и общего дела. Каждая черта его лица излучает ту же непоколебимую решительность, что и тогда, когда мы сражались бок о бок против Братства Охотников и его родичей.

— Клан Весенней Грозы также поддерживает Рена! — кричит Райдо, приближаясь ко мне по мостику, который предназначался для стражи. — Вместе с ним мы сражались на границе, противостоя демонам! Однажды Гвардеец — всегда Гвардеец! Он проливал кровь за каждого жителя Империи, пока другие прятались за высокими стенами столицы!

Умник… Один из ближайших друзей, обретенных ещё в Гвардии, когда я скрывался под личиной Зено. С которым мы вместе спасали мирных жителей, ходили на опаснейшие миссии, противостояли произволу контрразведки и сражались плечом к плечу против полчищ демонов. Тогда я и понял, что значит настоящее боевое братство. И сейчас, видя, как он уверенно встаёт бок о бок со мной, я осознаю, что наша дружба выдержала испытание временем.

— И Школа Новой Зари! — неожиданно в огненной вспышке, так похожей на мой собственный Шаг Пылающего Солнца, на арене появляется Каору. — Увидела листовки с твоим портретом, Рен, — шепчет она. — В нашей провинции болтали, что ты мелькал в столице. Мог бы и весточку подать, — тихонько укоряет меня соратница.

Моё удивление не передать словами. Меньше всего я ожидал увидеть здесь её. Посчитал, что наши Пути навсегда разошлись, но судьба умеет подкидывать сюрпризы…

Каору, чья душа так похожа на мою — такая же израненная, но не сломленная. С ней мы встретились в секте Восходящего Солнца и вместе раскрыли их тайны. С ней мы спасли стольких невинных людей от зверств секты. Сейчас она стоит, гордо расправив плечи, и я ощущаю в ней ту же жажду справедливости, что снедала нас, когда мы сражались против безумия демона Вастая.

Я смотрю по сторонам, и время словно замедляется. Каждое знакомое лицо — это не просто союзник. Это часть моей жизни, моей истории. Люди, с которыми меня связывают узы, закалённые в самых тяжёлых испытаниях. Люди, ради которых я готов идти до конца. И сейчас, видя их рядом с собой, я понимаю, что не напрасно проделал этот Путь. Что каждый шаг, каждое решение вело меня к этому моменту. Моменту, когда мы все вместе встанем против тирании и несправедливости.

Все эти люди — живое доказательство того, что даже в самые тёмные времена можно найти свет, если постараться.

— Клан Золотой Сакуры с тобой! — вставая во весь рост на трибунах, кричит Лиан.

Трибуны взрываются потрясенными криками. Один из влиятельнейших родов Империи! Если уж они решились поддержать меня, значит дело и впрямь серьезное.

Я едва сдерживаю подступивший к горлу ком и шепчу:

— Спасибо вам всем!..

— Клан Пламенного Тигра! — ревёт монументальный лидер, и в его голосе я слышу не только гнев за погибшего сына, но и ту же несгибаемую волю, что была у Эйрина.

— Клан Звездного Ветра! — шелестит Айко, бок о бок с Лианом. В её словах больше нет страха, только решимость.