Воля Небес (СИ) - Астахов Евгений Евгеньевич - Страница 61

— Ну так что? Как вы думаете, каково было Горным Барсам? Вы оба из благородных семей. А если бы ваши кланы оказались на их месте? Стали неугодными, когда их сочли угрозой абсолютной власти Альдавиана.

Я кладу руку на плечо Умника, который по-прежнему погружён в тяжёлые воспоминания.

— Весна, ты вступил в Гвардию, чтобы оградить своих родных от ужасов войны, — говорю я, глядя ему в глаза. — Но подумай сам — разве Император достоин твоей преданности? Он ведь сам готов принести в жертву невинных детей ради своего бессмертия. Как думаешь, а если бы твой собственный клан скормили трупоедам, как это сделали с северянами? Разве такой правитель сможет по-настоящему защитить Империю и твою семью?

Райдо мрачнеет, явно борясь с внутренними сомнениями. Я продолжаю:

— Пойми, дело не в восстании против законной власти. Дело в восстановлении справедливости и настоящего порядка. Альдавиану нельзя доверять безопасность державы и её жителей. Он не пощадит их, если так станет нужно. Для него цель всегда оправдывает средства. Разве ради этого ты стал воином? Разве этого хотели бы твои родные?

— Нет, конечно, нет!.. — выдыхает Умник, сжимая кулаки.

— Твой облик изменился, но я признаю в тебе, Рен, того самого Зено, которого мы знали — те же принципы и твёрдость в намерениях, — склоняет голову Изаар. — Но что ты хочешь от нас, чем мы сможем сейчас тебе помочь?

— Если будем вообще помогать, — ворчит Райдо.

— От тебя, Изаар, я был бы рад услышать про клан Песчаных Гадюк, они тоже с юга. Что ты знаешь о них? — смотрю на него с надеждой. — У нас не так много времени, я буду рад любой помощи.

— Это клан-побратим нашего. Хоть мы и гораздо меньше, но в молодости мой отец спас жизнь главе клана Песчаных Гадюк. Теперь они не разлей вода, — отвечает Изаар.

— Это может нам помочь. Возможно, ты хоть что-то слышал про печать? — продолжаю я. — Какой их лидер? Какие у них обычаи?

— Нет, про печать не слышал. Но, пожалуй, лучше будет, если я отправлюсь сам, — внезапно предлагает Изаар. — Меня они знают с детства. На Орлаарде, побратиме моего отца, висит кровный долг. Если я смогу убедить отца, он потребует этот долг в виде печати.

— А ты справишься?

— Если я не смогу, никто не сможет, — вздыхает Изаар.

— А что мне делать? — смотрит на нас Райдо.

— Ты же сомневался, — с ехидцей упрекает его южанин. — Или…

— Нет, я всё ещё сомневаюсь. Уж прости, Рен, в такое сразу не поверить. Но и в Императоре я теперь тоже сомневаюсь… — внезапно признаётся Весна.

— Тогда, чтобы разобраться в себе и своих сомнениях насчет нашего владыки, поищи информацию про клан Снежного Журавля. Он как раз был подвергнут гонениям от Альдавиана около сотни лет назад. В результате распался на три клана. Я слышал только про один из них — про Танцующих Журавлей, — делюсь своей зацепкой. — Остальные два неизвестны.

Мы возвращаемся к Звёздным Детям. Они с восторгом осматривают Мин Ши в образе воздушного змея, а тот даже позволяет им залезть к нему на спину. Я прошу его об одолжении — доставить Изаара на юг, сэкономив тому недели пути.

А мы с Райдо отправимся в столицу. Мне надо встретиться с Лао, алхимиком из клана Лунного Камня, чтобы попытаться достать ещё одну печать.

Глава 32

По прибытии в столицу наши с Райдо пути на время расходятся. Он обещает помочь мне раздобыть информацию про клан Снежного Журавля, ну а мне предстоит ещё один непростой разговор.

Сперва я отправляюсь в лабораторию Лао, представ перед ним в личине богатого гостя. Однако, когда меня провожают к нему на встречу, я раскрываю свой истинный облик. Алхимик не слишком удивлён моим перевоплощением. Объяснив вкратце свои намерения, я получаю его согласие отвести меня к лидеру клана. Тот как раз прибыл в столицу в преддверии грядущего турнира.

Кагэтора Айдзо, глава клана Лунного Камня, соглашается принять меня, несмотря на мой статус врага Империи. Это высокий, крепкий, сухощавый адепт в ханьфу, вышитом серебристыми узорами. Как истинного торговца, его не убеждают аргументы о творящемся в Империи беззаконии и гонениях на другие кланы. Все его мысли лишь о благополучии собственного клана.

В обмен на поддержку я предлагаю ему древние алхимические знания моего учителя и в качестве доказательства передаю несколько пилюль, которые мне когда-то вручал Феррон. Однако собеседник всё ещё сомневается в моей силе, иными словами, в моей возможности реально выполнить обещанное и сразить Альдавиана.

Демонстрация достигнутого мной этапа культивации развеивает и эти сомнения. Глава клана Лунного Камня и тут подходит с весьма практической точки зрения: текущая политика Императора может привести к тому, что у него попросту не останется клиентов. Количество знатных кланов за последнее время и так сильно уменьшилось.

Кагэтора передаёт мне печать клана Лунного Камня в виде небольших алхимических весов и произносит церемониальную клятву.

Хотя бы здесь не пришлось никого убивать…

За это время людям Кантора удаётся выследить секретаря клана Звёздного Ветра Фэн Ху. Он скрывается в пригороде неподалёку от столицы под вымышленным именем, притворяясь обычным мелким торговцем. Видимо, у агентов Императора слишком много дел, раз они не смогли найти его так близко. Впрочем, мне это только на руку.

Беглеца не приходится долго уговаривать. Он хранит печать из чувства долга перед павшим кланом. Я обещаю восстановить справедливость и помочь Айко возродить её клан. Расчувствовавшийся старик смахивает слезу и просит меня передать весточку наследнице клана, а также найти его, когда престол окрасится кровью диктатора и, наконец, наступят спокойные времена.

На получение двух печатей у меня уходит три дня. События начинают ускоряться, всё ближе Турнир, который затевает Император. Это хорошая возможность заявить о себе перед всеми кланами и обнажить истинную личину правителя.

Мысленно мне удаётся связаться с Текору.

«Рад тебя слышать, Рен, — отвечает названый брат. — Опять ты попал в немилость к Императору… Смотрю, не живётся тебе спокойно».

«А ты за меня переживаешь, — улыбкой встречаю его слова. — Давай я сразу перейду к делу».

Текору сообщает, что Карисса, всё ещё пытается оставаться преданным Императору. Однако творящееся вокруг заставляет усомниться даже слепого.

«Что планируешь делать? — с тревогой уточняет адъютант. — Выступить в одиночку против Императора? Я уже не говорю о силе, но какова законность твоих притязаний на власть? У тебя же даже знатного рода нет».

Кратко рассказываю ему о своей задумке.

«Твой клан участвовал в составлении этого эдикта. Ты что-то слышал про родовую печать?»

'Да. Было такое. Я считал это небылицами, но про печать мне рассказывал отец. Ей владел Картан, мой далёкий предок. Тот, при ком произошёл раскол клана. Он сбежал с летописью — сохранил нашу историю. Увы, сама печать осталась в руках предавшей наш род побочной ветви. Она должна храниться в особняке Алой Сакуры в центральном городе провинции. Отец говорил и о тайнике, но не уверен, что потомки, к истреблению которых ты приложил руку, знали о его существовании. Так что печать всё может быть там.

Подумав, говорю ему всю правду:

«Спасибо, Текору. Мне также потребуется твоя клятва, как последнего представителя клана Алой Сакуры».

«Достань сначала печать, Рен. А о таких вещах поговорим при личной встрече. Мне пора идти. Генерал зовёт».

Наша связь обрывается, но теперь у меня есть зацепка.

Повидавшись с Ферроном и Наоки, я отправляюсь в провинцию, где расположен Кровавый лес. Прогуливаясь по городу до особняка Алой Сакуры, вижу лишь уныние и запустение. Даже людей здесь стало гораздо меньше. В знатном районе часть особняков пустует. Прямо на моих глазах из некоторых заброшенных поместий вывозят ценную мебель и вещи на повозках. Причём это делают не какие-то бандиты, а люди под присмотром городской стражи. Интересно, в чью пользу их конфискуют? По приказу Императора или очередного чиновника, жадного до звонких монет?