Барон из МЧС-3 (СИ) - Лахов Игорь - Страница 23

— А может, и не он, — предположил я. — Опять что-то вспомнился тот перстенёк Рода Труворовых на пальце у Вожака. Уверен, что он лично ведёт губернатора и подкидывает ему труднодоступную инфу. Значит так! Завтра после обеда едем в администрацию. Получаем все отцовские бумаги. Ну, а дальше пора выходить на следака. Думаю, Комов себе уже все ногти нервно обгрыз, ища пропажу. Не будем доводить его до инфаркта.

Так и поступили. Но расхаживать по улицам не стал, чтобы топтуны СБ не засекли раньше времени. Сдуру же могут попытаться и захват устроить. Просто Чах перенёс меня в неприметную подворотню, где я быстренько вскрыл какой-то драндулет с тонированными стёклами и беспрепятственно подкатил на нём прямо к крыльцу администрации.

Охрана пропустила, даже не спросив документов. В кабинете губера всё прошло быстро и по-деловому. Бумаги, подтверждающие закрытие ссуды, а также два банковских уведомления, что три миллиона переведены на счета отца и матери, перекочевали ко мне.

Князь торопливо пожелал мне удачи и намекнул, что пора валить на все четыре стороны. Остальное не моего ума дело. Но если что, то я могу звонить ему напрямую — визитка с номером вложена в бумаги.

Раскланявшись, вышел на улицу и сел в такси, приказав водителю.

— В гостиницу. Комову я сам позвоню.

Ряженый сбшник слегка напрягся, но послушно порулил по адресу. Я же набрал следока и попросил, чтобы он как можно быстрее и незаметнее проник в мой номер, убрав из него всех лишних. Илья Сергеевич умудрился приехать даже чуть раньше меня.

— Горюнов! — вскочил он как наскипидаренный, как только я закрыл дверь. — Это что за выкрутасы⁈ Ты хоть понимаешь, что творишь⁈ Тебе даже не каторга, а расстрел светит!

— Не, — довольно плюхнулся на диван я. — Минимум ещё одна серебряная лента. Я обещал за пять дней накинуть серьёзную удавку на шею губернатора, но умудрился уложиться намного раньше.

— Поэтому больше суток находился в администрации?

— Только мой телефон. Был уверен, что штурмовать подобное здание для захвата мятежного старшины не станете. Сам же спокойно в квартире суккуба обосновался.

— Умно… Но мысли о штурме в голове уже начинали бродить. Рассказывай!

Я не только рассказал о своих последних приключениях, но и показал две интересные записи: одна — нашей торговли с губером, а вторая — его совещание с родовыми подельниками.

На Старшего следователя было больно смотреть. Новости, что один из древних Родов спелся с тварями, просто выбили Комова из колеи. Ну а когда я передал ему кирпич накопителя памяти со стыренной Чахом инфой из серверов отступников, то тут впервые услышал, как Илья Сергеевич умеет виртуозно материться.

Он чуть ли не с пальцами вырвал у меня накопитель и дрожащей рукой вставил его в разъём своего ноута. Минут двадцать ничего не происходило. Затем, утомлённый бурными эмоциями следак откинулся на спинку стула и тихо проговорил.

— В столицу это. Срочно. То, что ты мне принёс, будет похлеще горящей бочки с порохом. И мы с тобой на ней сидим. Семью твою тоже необходимо эвакуировать. В таких делах зачищают всех.

— Во-первых, — рассудительно пояснил я, — компромат был изъят незаметно, так что суетиться не стоит. Могу с уверенностью сказать, что пока вы по нему работать не станете, никто и не догадается об утечке. Во-вторых, мне лучше здесь дождаться момента своей ликвидации. Посижу в имении Горюновых и выманю ещё отрядик-другой оборотней на себя. Дальше прибудет ваша мобильная группа и покрошит тварей. Всем польза! Хотя насчёт эвакуации семьи — это вы верно подметили.

— Может, ты и прав… — задумчиво произнёс Комов. — К тому же, если мы сейчас рванём в Ярославль на всех парах, то сволочь Шумелкин быстро просечёт, что дело нечисто. А нам подобное не с руки. Я сегодня же поеду в твоё родовое гнездо и…

— Нет, — перебил я. — Поеду сам. Передам деньги с бумагами, а потом вкратце объясню ситуацию. За вашими людьми, уверен, хвосты поставлены. А моё появление дома будет выглядеть естественно. Потом мы поедем всем семейством в Тюмень… за покупками, например. Там родственники потеряются и назад не вернутся. Ну, а я стану ожидать гостей.

— Имеет смысл, Данила. Но я тебе отделение хороших бойцов подкину.

— Нельзя, Илья Сергеевич. Если оборотни отследят чужаков в доме, то не сунутся. Остановимся на мобильной группе в Тюмени, способной добраться до меня в течение десяти минут. Один продержусь и дольше, так что запас по времени иметь будем.

— Слушай, — впервые улыбнулся следак, — ну ты же реально должен в СБ работать, а не тварей тупо рубить. Понимаю, что сейчас твой переход невозможен. Только всё течёт, всё меняется. Подумай ещё раз хорошенько над предложением стать моим учеником.

— Подумаю, — не стал спорить я.

К вечеру я снова приехал в усадьбу Горюновых. Вся семья в сборе и настороженно, кроме улыбающейся мамы, смотрит на меня.

— Жду в гостиной! — не поздоровавшись, приказал им, проходя мимо.

Такое хоть и не понравилось родственникам, но никто перечить не стал, понимая, что неспроста зову. Усевшись за стол, вначале огорошил всех, предоставив бумаги об отсутствии долга. Потом же поверг в настоящий шок, показав две платёжки на огромные суммы.

— И откуда такое счастье? — криво усмехнулся отец, первым справившись с собой.

— Участвую в специальной операции по разоблачению Рода Шумелкиных. Они связаны с тварями. Подробностей ждать не надо. Могу лишь уверить, что имение снова наше, на законных основаниях. А вот с миллионами пока осторожнее. Скорее всего, придётся вернуть в имперскую казну.

Ну и последнее… Скоро в Тюмени будет очень жарко. Прилетит не только по мне, но и по вам срикошетит. Имперская Служба Безопасности через три дня эвакуирует вас по своим каналам.

— Куда? — спросила мать. — И ты с нами поедешь?

— Одни. Моя служба ещё не закончена. Придётся сидеть здесь приманкой для оборотней. И должен перед вами извиниться. Допускаю, что наш дом может серьёзно пострадать. Но прошу сильно не переживать: компенсацию от государства обязательно выбью. Один важный человек пообещал, что она обязательно будет, так что всё восстановим.

— Юрочка! — воскликнула матушка. — Наш Данила собирается воевать! Один рисковать жизнью! Я остаюсь! Не могу пропустить такое!

— Я тоже, жена, — буркнул он. — Оставить дом на этого придурка не могу. Утюг в его руках может оказаться разрушительнее своры оборотней.

— Я одна тоже не поеду, — заявила сестра. — Жаль, Наташку не вызвать. Не успеет сюда быстро добраться с югов своих.

— Вы, видимо, не очень поняли ситуацию, — попытался образумить решительное семейство. — Тут будут оборотни. Много! Не мешайтесь у меня под ногами, а то…

— Юр, — перебила меня Варвара Дмитриевна. — Пора мальчику показать наши погреба.