Наследнички 4 (СИ) - "shellina" - Страница 42

— Пойду пройдусь, — Борис посмотрел на кузину и покачал головой. — Можешь мою постель занять.

— Вот ещё! Чтобы ты пришёл и на пол меня сбросил? — девушка нахмурилась и подошла к Феде. — Двигайся, Теодор, — она произнесла его имя на французский манер нараспев.

— Лин, ты рехнулась? — заботливо спросил её Федя.

— Мы всегда так делали, когда были в детском саду. Я тогда боялась грозы, а с тобой мне было спокойно, — Алина скинула туфли и легла рядом с ним, прижавшись и обняв за талию.

— Вот только мы сейчас не дети, — Федя попытался отодвинуть её от себя.

— Но это не значит, что мне не страшно. А с тобой спокойно, — и Алина вдобавок ко всему уткнулась ему в шею.

Федя беспомощно посмотрел на брата, но Володя только пожал плечами и закрыл глаза.

— Все Орловы психи, мы с этим уже давно должны были смириться, брат мой, — пробормотал он. Федя ему не ответил, лишь тяжело вздохнул. Наступило молчание, и они сами не поняли, как провалились в полудрёму.

Поместье, принадлежащее когда-то Снежиным и отданное отцом Ольге, располагалось в двухстах километрах от «Гаронны». Так что доехали мы до него часа за три. За три потому что по незнакомой местности, так или иначе, но ехать слишком быстро — не слишком умно. Есть большая вероятность свернуть не туда и колесить потом до тех пор, пока не сообразишь, почему никак не приедешь на место.

— Ты когда Гудро пригрозил, что вернёшься, что имел в виду? — спросил Ромка, сворачивая на неприметную дорогу. Если бы неслись с большей скоростью, точно пропустили бы поворот, потому что на указателе название практически стёрлось.

— Именно то, что вернусь. Дорога была узкая, и видно было, что ею уже давно не пользовались. — Во-первых, пока он переваривал угрозу, пока приходил в себя, осознавал и… Какие там ещё стадии принятия?

— Ты ни разу не попал, — ответил Рома, прибавляя скорость. Он хмурился, ему явно не нравилось, что мы едем в какую-то глушь.

— Неважно. В общем, пока он рефлексировал, то не звонил Адреасу, — я сел прямо. Мне тоже не слишком нравилось, что поместье расположено где-то у чёрта на рогах. — А во-вторых, я действительно туда вернусь. Вовка сказал, что нашёл несколько уведомлений о переводе средств на какие-то левые счета. Уведомления подписаны твоим крёстным. Но подпись была на Юрину похожа лишь издали, зато сделана официальной зачарованной ручкой. А такая в этой дыре есть только у…

— У Гудро, — Ромка покачал головой. — Где я был, когда тебе Вовка такое говорил?

— Под проклятьем клеил горничную, — ответил я. — Похоже, что восприятие у тебя тогда всё-таки страдало, или ты просто не хотел отвлекаться от более приятного для тебя дела.

— Андрей, я был проклят, — Рома повернул голову ко мне.

— На дорогу смотри, — посоветовал я ему. — И да, я знаю, что ты был проклят, иначе вспоминал бы про такие вот мелкие казусы ежедневно. Ром, я тебе говорил, но получается, ты действительно не запомнил.

— И от этого мне страшно охота найти оставшиеся проклятые вещи, — мрачно ответил брат.

— Может, и надо, — я задумался. — Видишь ли, в тех местах, где эта дрянь находится, не живут представители кланов. И есть большая вероятность прикупить земли поместий, может, чего-то ещё. Это большая часть Прованса, между прочим. И самое главное, и Кодекс Содружества, и Свод законов разрешают иностранцам именно что владеть землёй и недвижимостью на территории Содружества. И, Рома, я с превеликим удовольствием уговорю отца купить нам этот поганый посёлок и лично займусь воспитанием местных жителей.

— Рабство запрещено во всех странах мира, — напомнил мне Ромка.

— Так я насильно никого привязывать не буду, — я усмехнулся. — Кому что-то не нравится — Содружество гораздо больше, чем Российская империя, места на всех хватит. А земли в Новом Свете вообще плохо заселены.

— Витя будет счастлив, когда местный Совет начнёт визжать, что правящий клан Российской империи в самом центре их земель целый округ забрал, — Рома улыбнулся и покачал головой.

— Не забрал, а купил. Это разные вещи, — тут у Ромы зазвонил телефон, он глянул на номер и включил громкую связь. Звонил Ушаков. Стёпа быстро передал, что нападающие снялись с осады поместья, и отключился.

— Ну вот господин Гудро и очухался, — мрачно сказал я, когда Рома убрал телефон.

— М-да, плохо запугиваешь, ему всего-то на два с половиной часа хватило. Но нам недолго осталось, бойцам дольше добираться. Уж поболтать с Адреасом нам времени хватит, — и Ромка вдавил газ в пол.

Мы остановились неподалёку от поместья. Сад был заросший, неухоженный. Вообще не создавалось впечатления, что в доме кто-то жил.

— Что с охраной? — спросил Рома, когда мы, оставив машину, разглядывали поместье с небольшого пригорка, спрятавшись за кусты.

— Стандартный контур, — ответил я. — Его можно взломать. Тем более что Ушаков всё равно другой установит. Ты можешь определить, сколько там живых? — я кивнул на поместье. — Тебя же Ершов учил.

— Ты тоже можешь, — огрызнулся брат, но практически сразу призвал дар. Полноценному некроманту такие заклятья всё равно легче даются, чем мне. Я покосился на брата и поёжился. Магия смерти всегда сопровождается могильным холодом. — Восемь человек вон там, в доме охраны у ворот. В доме, я так понимаю, слуги. Их двенадцать. Все на первом этаже. И один мечется по комнате на втором этаже, — Рома отпустил дар и открыл глаза.

— Этот идиот что, практически всех своих бойцов отправил Ушакова убивать? — я удивлённо посмотрел на Ромку.

— Вот это одержимость! — брат покачал головой. — Интересно, что ему Ушаковы сделали?

— А мне вот совсем не интересно. Плохо, что очухался и отозвал бойцов, — я отнял от глаз бинокль. — Надо Ольгин конструкт с приближением на простое заклинание попробовать переложить.

— Ну что, как пойдём? — Рома посмотрел на меня совершенно серьёзно. — Я могу их всех прямо сейчас прихлопнуть. К ужину будем уже дома.

Я пару минут обдумывал его предложение, а затем покачал головой.

— Нет. Давай попробуем обойтись без побочных жертв. К тому же после Стёпкиного доклада… Не знаю. Посмотри на сад. В доме двенадцать слуг. Похоже, здесь что-то не так с верностью. Может, их всех исключительно клятва и держит. Да и со стариной Джорджем надо по душам поговорить. Ромка с облегчением выдохнул, я же добавил: — Рома, что бы ты себе ни воображал, а в арсенале безликих есть гадости пострашнее тех, что некроманты применяют. В том числе и массового поражения.

— Ну, некромантия, как оказалось, тоже может удивить. Например, оглушающее заклятье. Правда, его надо вовремя отменять, чтобы оно в постоянное не переросло, но это уже детали. С большим количеством людей мы бы не справились, — он задумался, а потом добавил. — Точнее, возможно, справились бы, но нам пришлось бы их всех убить.

— Вон там брешь в контуре, — я указал на не понравившийся мне участок совсем близко к охранникам. — Я смогу её расширить, и полностью ломать не придётся.

— Андрюха, пошевеливайся. А то скоро бойцы приедут. Нужно при их появлении иметь выгодную переговорную позицию, желательно, кинжал у глотки Адреаса, — Рома сосредоточился и принялся готовить своё оглушающее заклятье.

Я же настроился на бреши. Контур был криво установлен. Самая распространённая ошибка тех, кто пытается ставить такие сложные системы сам, не привлекая специалистов. Егор нам такие разрывы показывал во всех видах. Я сосредоточился на этом разрыве и начал пропускать к нему нити дара, вплетая в нити контура, имитируя его продолжение и постепенно растягивая их в стороны, увеличивая дыру. Когда она показалась мне достаточной, я повернулся к сосредоточенному брату.

— Пошли, быстро! — и первым выскочил из-за куста, вытаскивая пистолет и набрасывая на нас щит от физического воздействия. На нас не было брони, пришлось довольствоваться щитом. Но у него был один маленький недостаток: из-за него невозможно было атаковать, и поэтому нам нужно действовать быстро, чтобы снять щит до того момента, как охранники очухаются.