Так произошло (СИ) - "Russain Reversal" - Страница 266

Казавшись, выбравшееся из воронки притяжения Гленн, Менажери вновь оказалось втянуто в стеги Гленн — на этот раз с серьезной гарантией того, что Менажери не сможет вырваться на волю. В конце концов, Гленн не только действовали на внутренний рынок Менажери — но и на Мистраль, заинтересовавшийся теперь не только в предложениях Менажери, но в предложениях объединенного ВРА. Озпин мог поддерживать Менажери в обход инициативы ВРА — но…

Худшей частью всей ситуации являлось то, что жизнь под контролем Гленн… Не была так уж и плоха.

Компании Менажери наслаждались экономической интеграцией а покупатели ежедневными поставками до порога дома из любого уголка Ремнанта. Заводы росли под ростом запросов — торговые центры под ростом предложения. Военные прорабатывали планы, которые еще вчера казались фантастическими предположениями и мирные граждане впервые способствовали развитию зачаточной индустрии туризма — где Менажери уверенно выбралось вперед всего остального мира.

И Гира… Потому пребывал в раздумьях.

Так ли плоха потеря суверенитета?

В конце концов, Джонатан, завоевав Мантл и Атлас, не обращался с ними плохо — он действительно стремился улучшить их качество жизни, а используя ресурсы города — не превращал тот в рабскую галеру, вместо этого способствуя процветанию.

Была ли излишне велика за это цена в виде титула и формального вступления в Гленн?

Албейны явно считают, что нет — два брата выступают за практическое понимание блага. Сиенна уважает Джонатана — она идеалистка… Но я даже не могу быть уверен, что она ценит меня выше Джонатана — по крайней мере пока Джонатан в ее глазах выгоден для Менажери.

Гира прикрыл глаза, протер усталое лицо и вернулся обратно к документам, разбросанным на его столе.

И каждый день покой все дальше и дальше от меня…

Блейк Белладонна была взрослой девушкой. По крайней мере, она считала себя таковой и у нее были все основания считать себя таковой — ей давно уже было не шесть лет, а четырнадцать! Возраст, при котором только дурак мог считать ее ребенком!

К сожалению, помимо дураков в эту категорию входили еще и родители Блейк — а своих родителей глупыми она не считала.

Если только чуть-чуть, когда ее мать отчитывала ее за то, что она опять пробралась куда-то не туда, пользуясь своим авторитетом наследницы Белого Клыка и принцессы Менажери.

Но она же в конце концов была принцессой — что вообще могло пойти не так и кто мог поднять на нее руку — она была принцессой! В Менажери — да во всем мире, пока она находилась в пределах городов — она была в полной безопасности!

Но каждый раз, когда она выбиралась из дома и отходила от «безопасного района» буквально на пару метров в сторону — так все, сразу же начинались поиски, бешеные бега агентов и полицейских… И это тогда, когда она просто зашла в новое кафе — да она даже ничего не потратила тогда из своих карманных расходов — за что ее на неделю посадили под домашний арест⁈

И в конце концов это было их проблемой — не могла же Блейк знать заранее, что ее привлечет та или иная улица или люди? Да в конце концов, стоило только Блейк только сказать слово — и никакого нормального общения ни с кем ей можно было не ждать. Всех фавнов обязательно возьмут на прицел, окружат со всех сторон и будут мурыжить по два часа, прежде чем разрешат Блейк подойти к ним поближе — какое общение она вообще могла вести в таком случае⁈ Только если с тетями Нио и Синдер, или с Норой…

Но тетя Нио, тетя Синдер и Нора давненько не заглядывали в Менажери — конечно, они уже готовились к выпуску из академий охотников… Ну, кроме Норы. Нору наверняка до сих пор гоняла тетя Синдер для поступления в академию охотников.

А значит, что развлекаться Блейк нужно было самостоятельно — а это значило в свою очередь еще один побег. В конце концов, это было делом пары часов — отец как раз был занят — как обычно — а мать уехала по делам в министерство информации — оставив Блейк одну в доме как минимум до вечера. Точнее, почти одну — но Блейк сказала о том, что ей нужно было сосредоточиться на тренировочном полигоне, чтобы подтянуть свои боевые навыки — а значит, что пару часов спокойствия и свободы Блейк себе обеспечила. Что же до тренировок…

Ее оценки в подготовительной школе будущих охотников и без того не страдали — а это, к тому же, можно было назвать тренировочным испытанием по полевой маскировке и скрытному передвижению. Жалко, что родители, если они узнают об этом, так это не назовут — но в этом случае Блейк просто нужно было не попасться на глаза охране — и к счастью, тренировочный полигон как раз предоставлял ей эту возможность.

Нужно было просто забраться на этот небольшой деревянный манекен — потом с него на деревянную перекладину — подтянуться чуть выше и уцепиться за расшатанный кусок кровли, сдвинув его в сторону — и вот, еще одна ступенька!

Блейк таких трудов стоило расшатать эту кровлю и сделать это тайно, что ей лучше было не упоминать об этом матери. Хотя, наверняка она бы даже похвалила ее упорность и настойчивость — этим она пошла в Кали.

Потом, с крыши — вперед, аккуратно балансируя — и быстро на ветку стоящего рядом дерева, скрываясь от взгляда проходящего мимо охранника — сегодня здесь дежурила Лазурь, а она обычно не обходила территорию раньше двух часов дня, но подстраховка еще никому не вредила — особенно учитывая то, что как-то раз она уже чуть было не раскрыла этот тайный ход родителям.

По ветвям к другой стороне, прячась за листвой — на крышу сторожки аккуратно — а оттуда по старой оконной раме — на забор — и вниз!

Та-дам, чудо — Блейк снаружи, этого никто не знает, а запись случайных звуков на тренировочном полигоне поддерживает ее версию изо всех сил. Два часа свободы!

Выбравшись наружу Блейк мгновенно потянулась, чувствуя всеми фибрами души запах свободы, прежде чем оглядеться вокруг и быстрым шагом направиться прочь. К счастью, никто не сомневался в том, что Блейк была необходима сменная одежда после тренировок на полигоне — так что та смогла выбраться из дома в не привлекающей внимание одежде, в которой для Блейк не составило бы труда смешаться с толпой.

Не то, чтобы ее лицо было неизвестным в городе — однако мало кто подозревал принцессу и дочь правителя в каждой молодой девушке ее возраста с примерно схожей внешностью — точно также, как ее лицо и не было слишком известным в Менажери. В конце концов она не была как тетя Синдер — не в том смысле, что она была глупой или какой-то плохой, а в том смысле, что Блейк не мелькала не телеэкранах или в рекламе. Люди знали о ее существовании и могли опознать ее по телевидению, когда она появлялась на публике по случаю какого-нибудь очередного светского приема — однако до тех пор, пока она не произнесла свое имя — секрет ее личности был достаточно надежен.

Так что, свернув из подворотен на прохожую часть главной улицы Блейк легко вклинилась в небольшой поток спешащих по своим делам фавнов, каждый из которых не повел и ухом в момент ее появления, после чего направилась по улице, рассматривая окружающую ее реальность.

Блейк бывала в этом месте не первый раз — она пользовалась своим тайным ходом вот уже несколько месяцев и за это время успела достаточно неплохо изучить окружение своего дома с этой стороны — однако каждый раз, когда она выбиралась наружу из дома улица перед ее глазами менялась. Новые заведения, новые меню, новые люди — в отличии от всегда одинаковых светских раутов с одними и теми же людьми, будь они в Менажери или Гленн.

В Атласе и Мантле она увидела, конечно, новых людей — но она бывала там всего пару раз и чтобы добраться до туда ей нужно было отправиться на телепортационную станцию — а это в свою очередь требовало сопровождения взрослого и документы… Не говоря уже о том, что если отойдя на пару метров от дома Блейк рисковала получить от матери знатную порку — Блейк боялась представить, какой будет итог, если Кали узнает о том, что Блейк сбежала на другую сторону мира для прогулки.