Я один вижу подсказки 5 (СИ) - Красавин Никита - Страница 29

– Вы кого решили обмануть?! Знаете, с кем связываетесь?!

Изо рта брызнула слюна, а голос сорвался на хрип. Я готов был вырваться, но не успел.

Тудух!

Чувствую, как кто-то пытается ударить меня. Оглядываюсь и вижу, что это Каренин.

Над его головой закружились три тёмные сферы. Их присутствие будто давило на пространство вокруг.

Я начал сопротивляться, но в тот же момент одна из сфер загорелась. Сила Каренина резко увеличилась до неприличного уровня.

– Ты дикая псина… – процедил он сквозь зубы.

Схватив меня, словно ребёнка, швырнул меня об пол. Удар глухо отозвался болью по всему телу.

Он навалился на меня, скрутив, как преступника.

– САМИ ВЫ ПСЫ ПОЗОРНЫЕ! – выкрикнул я, всё ещё пытаясь вырваться.

Ситуация приобрела оттенок какого-то абсурда. В любом другом случае любой человек постыдился бы такого поведения.

Мне и самому было стыдно. Безмерно стыдно. Хотелось провалиться сквозь землю, но остановиться я уже не мог.

– Это мои деньги! – закричал я, голос сорвался на хрип. – Вы хотите забрать мои деньги?! Я вам не отдам! Это МОИ деньги!

Я повторил это слово – «МОИ» – столько раз, что оно звучало почти как заклинание. И, возможно, это подействовало. По крайней мере, они поняли, что шутки со мной плохи.

Если вы испытываете испанский стыд, читая это, или считаете мои действия безумными, то вам стоит поставить два по теории игр.

Что это такое?

Теория игр – это математическая дисциплина, изучающая стратегическое взаимодействие между участниками, принимающими решения. В ней важен каждый выбор, ведь результат зависит от действий всех сторон.

Главная цель любого игрока – добиться своей цели. Способы могут быть разными: уговоры, поиск равновесия или доминирование.

Сейчас Каренин и Ланской пытались доминировать надо мной. Они хотели выиграть за мой счёт, заставив меня проиграть.

Но что сделал я?

Я выбрал тактику, которую условно можно назвать «стратегией безумца».

Её суть проста: создать впечатление, что ты непредсказуемый, иррациональный и потенциально опасный человек.

Добрые и вежливые люди вызывают симпатию, но никто их не боится. Их используют, ими манипулируют.

А вот если ты действуешь непредсказуемо, на грани безумия, то отношение к тебе резко меняется. Люди начинают избегать конфронтации и действовать осторожно, а главное – становятся более уступчивыми.

Именно этого я и добивался.

Все смотрели. Работники, клиенты, и даже та девушка-бухгалтер.

Ланской выглядел словно человек, внезапно увидевший край пропасти. Его глаза метались, в них читались ужас и паника. Жизнь явно не готовила его к такому.

Почему?

Потому что он видел, как рушится не только его личная репутация, но и престиж банка. Как будто прямо сейчас доверие вкладчиков рассыпалось в прах.

А ведь всё должно было быть просто.

Лёгкая добыча – жалкие сто тридцать две тысячи. Просто надавить на молодого паренька, заставить его проглотить обиду.

Казалось бы, что может быть легче?

– Так произошла ошибка, – наконец сказал Ланской, пытаясь сохранить лицо. Его голос звучал натянуто.

– Ошибка? – переспросил я, хотя прекрасно всё услышал.

Меня до сих пор удерживал Каренин, вдавливая в пол, но ни убить, ни заставить замолчать меня у него не вышло.

– Мы должны вам сто тридцать две тысячи, а не вы нам, – проговорил Ланской, уже гораздо мягче.

– Сто тридцать две? А разве не двести тридцать две?

Сразу поднял ставку на лишние сто тысяч.

– Аргх, – закашлялся Ланской.

Он моментально понял, что я почувствовал его слабину, и теперь давлю.

– Хорошо, двести тридцать две. Доволен? – выпалил он с такой скоростью, что я даже пожалел, что запросил так мало.

Каренин нехотя отпустил меня. Его нос был разбит, и лицо всё ещё перекосило от злости. Он хотел что-то сказать, но огляделся и замолчал.

В зале было слишком много людей, в том числе представителей других аристократических семей. Обстановка накалялась.

Каренину было наплевать на свой разбитый нос. Единственное, чего он хотел, – это задушить меня своими руками.

…

Как итог?

Положительный.

Все документы были тщательно перепроверены. Деньги приготовлены и уложены аккуратными стопками в мой чемоданчик.

На этот раз я взял не монеты, а бумажные рубли. Мне нужны были именно рубли – для оплаты в магазинах, на рынках, везде.

Золотом ведь особо не расплатишься, верно?

Эти деньги должны помочь нам с переездом.

– Всё здесь?

– Да.

Я не пересчитывал купюры, но внимательно изучил последнюю платёжную ведомость. В ней значилось, что долг полностью закрыт.

– Отлично. Вы можете, когда захотите!

Взял перо, макнул его в чернильницу и аккуратно подписал три экземпляра документов: один для банка, один для себя и один – для Каренина.

Затем свои подписи поставили Каренин и Ланской, который заверил всё своей печатью.

Фух… Мы втроём выдохнули. Всё было закончено.

Каренин протянул мне руку.

– Ты хитрый парень.

– Да? Спасибо, – ответил я, пытаясь понять, что он имел в виду.

Кажется, он был «доволен». Ещё бы, получить сразу столько денег. Конечно, часть уйдёт банку и императору, но своя доля у него всё же будет.

Однако его следующие слова меня насторожили.

– Будь осторожен.

Это прозвучало как угроза. Прямая и безжалостная, словно он хотел сказать: «За малейшую ошибку я уничтожу тебя».

– Это угроза? – начал я, но договорить не успел.

Двери банка внезапно распахнулись. Сквозняк? Нет. Взрыв.

Такой силы, что меня сбило с ног. Всё произошло в одно мгновение – громкий взрыв, ударная волна. Я отлетел вместе с чемоданчиком, а купюры взлетели в воздух и разлетелись по залу.

Кровь текла из ушей, я лежал на полу, чувствуя, как боль разливается по телу. В голове крутилась только одна мысль:

«Какого чёрта? Банк решили ограбить именно в тот момент, когда я в нём оказался?!»

Глава 13 – Грабёж среди бела дня

То, что это было ограбление, а не что-то другое, я понял сразу.

Почему?

Логика проста: я находился в банке, произошёл мощный взрыв. Вряд ли это взорвалась канализация, упал метеорит или напал монстр.

Кто бы что ни говорил, но чудовища не штурмуют банки и не устраивают там взрывы.

А пока…

Голова звенит. Мир вокруг будто кружится, а я лежу на холодном полу, чувствуя, как кровь медленно стекает по виску.

Стоит ли активировать крылья Авриэля? Да или нет?

Тут слишком много людей вокруг. Не хотелось бы показывать этот исключительный навык.

И сначала нужно понять, что происходит?

С трудом приподнимаюсь на руках, осматриваюсь.

Когда-то роскошный зал теперь выглядит иначе: воздух пропитан едким дымом, пахнет то ли порохом, то ли чем-то ещё. Обломки повсюду – камни, щепки дерева. Всё разрушено.

В банке творится хаос. Главный зал заполнен людьми – клиенты, кассиры, мужчины, женщины. Они стоят в ступоре, а спустя мгновение тишину пронзают истошные крики.

– АААааа…

Паника разрастается, будто пламя на сухой траве.

Эти важные, всегда собранные люди. Их привычные маски учтивости и превосходства слетели, оставив за собой лишь страх. Теперь они напоминают перепуганных ягнят, не знающих, куда бежать. В смертельной опасности все становятся одинаковыми.

Люди начинали вставать. Сбиваться в толпы, бежать прочь от эпицентра взрыва, только увеличивая хаос. Все в панике, а я до сих пор не могу понять:

От кого? Или от чего?

Я приподнялся, чтобы посмотреть.

У входа действительно кто-то был. Если точнее – одиннадцать человек.

Посчитать их было несложно: на каждом из них, на правой руке, красовалась нашивка с номером от 1 до 10.

Однако выглядели они странно. Слишком одинаково и совершенно неуместно в реальностях Российской Империи. Их снаряжение напоминало «экипировку будущего», как у элитного спецназа.