Обет любви - Спенсер Мэри - Страница 76

– Д-думаю, т-ты прав, Эрик, – чуть слышно зевнув, согласилась Марго, – х-хотя, п-признаюсь, б-было так ч-чудесно слышать, как т-ты называешь меня свой ж-женой! В-впрочем, я ничуть не с-сомневаюсь, ч-что когда-нибудь смогу с-сделать из т-тебя честного человека… постараюсь во всяком случае.

Он предпочел не отвечать, только задул свечу, и комната погрузилась в темноту. В следующее мгновение Марго с удивлением почувствовала, как кровать прогнулась чуть ли не до пола под его весом. Она сразу же подскочила и непонимающе уставилась на него:

– Эрик, ч-что ты д-делаешь?

– Укладываюсь спать, – с невинным видом заявил он, укрываясь одеялом. – На полу места для меня явно мало, да и потом, тут нет лишнего одеяла, так что я непременно замерзну. К тому же не исключено, что Майклу Данлеви или кому-нибудь из его семейства придет в голову пожелать нам доброго утра. Или ты хочешь, чтобы моя ложь открылась? А это непременно случится, стоит только кому-нибудь из хозяев обнаружить меня спящим на полу. Кроме того, – добавил Эрик, – я к тебе и не притронусь, не сомневайся. Так что можешь не волноваться, Марго.

Но его гигантское тело заняло большую часть постели. Матрас наклонился под его чудовищной тяжестью, и очень скоро Марго сползла вниз, прижавшись к его горячему полуобнаженному торсу. Он еще не успел договорить, а ее губы уже беспомощно ткнулись ему в грудь. Марго отчаянно барахталась, стараясь отодвинуться на свой край постели, но не могла сказать ни слова, пока не уперлась рукой ему в плечо.

– К-когда мы обвенчаемся, мой Эрик, я б-буду счастлива спать с тобой каждую ночь, но не д-думаю, что с-сейчас это следует делать.

Сообразив, что произошло, тот протянул руку, чтобы приподнять ее, но вместо плеча почувствовал, как его ладонь обхватила упругую чашу груди. Чертыхнувшись, он задвигался, добившись наконец, чтобы она легла, положив голову ему на плечо. Так они и лежали: одна рука обнимала ее за талию, а другая примостилась в укромном местечке поверх бедра Марго.

– Я тебя и пальцем не трону, – торжественно пообещал он, – и никто в целом мире не узнает, что мы провели ночь в одной постели.

Несколько долгих минут Марго лежала возле него в полной тишине, пока совесть боролась в душе с обуревавшими ее желаниями. Она нисколько не сомневалась в том, что это очень, очень дурно – лежать в одной постели с человеком, с которым ты не обвенчана. Хотя в то же время сама Марго несказанно наслаждалась ощущением близости любимого, жаром его обнаженного тела, к которому прижималась щекой, – тем жаром, который опалял и ее, пробираясь под тонкое полотно рубашки, так что ей уже стало казаться, что и она так же нага, как и он.

Он повернул голову и втянул аромат, исходивший от все еще немного влажных волос Марго.

– Мы оба благоухаем как розы, – прошептал Эрик, и она почувствовала, что он улыбается в темноте.

Марго смущенно хихикнула:

– Летия д-добавила в воду розового масла. Х-хотелось бы мне, чтобы Жофре оказался здесь – вот б-бы он издевался!

– Слава Богу, что его нет! Он и без того будет измываться над тем, как это мне удалось смыть с себя четырехдневную грязь!

– Да уж, – согласилась она, нежно проводя рукой по могучей груди Эрика. Ее тонкие пальцы тут же запутались среди густых черных завитков, которые покрывали ее до самого живота. Эрик быстрым движением схватил ее за руку.

– Прекрати, – прошептал он, и голос его едва заметно дрогнул.

Снова наступило молчание, которое нарушало только их прерывистое дыхание.

Первой нарушила молчание Марго:

– Эрик? Т-ты не б-боишься, что из-за нас у Майкла Данлеви будут неприятности?

Он слегка погладил ее руку и тяжело вздохнул.

– Надеюсь, что нет, Марго, очень надеюсь. С тех пор как мы приехали, я только об этом и думаю. Плохо же мы отплатим ему за его доброту, если Черному Доналу удастся отыскать нас здесь. Молю Бога, чтобы он появился здесь уже после нашего отъезда.

– Да, конечно, – кивнула Марго и добавила: – Неужели т-ты всегда т-так сразу очаровываешь даже совсем незнакомых людей? Есть ли на свете человек, который не проникся бы к тебе симпатией с первого же взгляда?

– Что… что вы имеете в виду, миледи?

– Любой, к-кого мы встретили с тех пор, как покинули Рид, сразу же привязывался к тебе, Эрик. Вот и д-для этих славных людей мы были с-совсем чужими, а они так х-хорошо п-приняли нас. А когда мы уселись за с-стол, мне показалось, что они д-даже успели тебя п-полюбить, будто родного брата или сына.

Он слегка пожал плечами, чувствуя, как качнулась и ее голова.

– Просто они милые, добрые люди, вот и все. Держу пари, они с такой же радостью приютили бы любого другого, любого голодного бедняка. Да и потом, к тебе они были добры ничуть не меньше.

– Это так, н-но глядели они на тебя с-совсем по-д-другому, мой Эрик… т-так, б-будто были бы рады, если бы т-ты остался у них навсегда. – Марго вздохнула. – Думаю, мне п-просто надо п-постепенно п-привыкать к тому восхищению, ч-что ты вызываешь, ведь наверняка это б-будет п-продолжаться и после нашей свадьбы!

– Марго, – с печалью в голосе сказал он, – не будет никакой свадьбы. Перестань так говорить. Куда подевался твой вчерашний гнев, хотел бы я знать. Или ты забыла, что я не люблю тебя?

Эрик почувствовал, как ее голова качнулась.

– Нет, я н-не забыла наш разговор, ведь т-ты ранил меня куда сильнее, чем удавалось кому-то за всю мою жизнь. Д-даже Черному Доналу не удалось с-сделать мне т-так больно. Но я знаю – т-ты любишь меня, мой Эрик. Когда-нибудь ты п-признаешься мне в любви, и я надеюсь, что это с-случится скоро. Мне не хотелось бы умереть раньше времени, н-не услышав от тебя этих ч-чудесных слов.

Его рука запуталась в ее волосах.

– Никогда, слышишь, никогда не смей даже упоминать о смерти при мне! – яростно прошептал он.

Марго сделала вид, что не слышит.

– Что же д-до моего гнева, милорд… я до сих пор сержусь, если хочешь знать. И буду с-сердиться еще долго. П-по крайней мере пока мы не приедем в Белхэйвен. Я т-так с-сердита, что даже не п-поцелую тебя на ночь.

Его рука, гладившая ее волосы, замерла, потом он осторожно потянул ее к себе.