Обет любви - Спенсер Мэри - Страница 121

Целых три дня Марго с Эриком почти не выходили из спальни. Джеймс и его жена вели себя точно так же, и очень скоро все привыкли к тому, что видят новобрачных лишь мельком.

Наутро третьего дня Марго открыла глаза, с наслаждением почувствовав большие ласковые руки мужа, нежно поглаживающие ей спину. Она нежилась, свернувшись калачиком на его могучей груди, где проспала всю ночь. Пальцы его мягко скользили по бархатистой коже, и Марго чуть не застонала от удовольствия.

Взглянув на него, она с удивлением увидела, что Эрик хмурится. Сурово сдвинув брови, он смотрел в потолок.

– Эрик?

Он заморгал, будто его застали врасплох. Потом улыбка раздвинула его губы. Эрик потянулся и нежно поцеловал ее.

– Доброе утро, красавица моя, – пробормотал он. – А я-то думал, ты поспишь подольше. Вчера ты слишком устала.

– Да, – призналась она немного смущенно, – устала.

Он снова поцеловал ее, одной рукой приглаживая спутанные волосы.

– Поспи еще, любимая. Я разбужу тебя попозже.

Марго покачала головой и приблизила к нему свое лицо. Свободной рукой она нежно погладила его упрямый подбородок.

– П-почему ты хмуришься, Эрик? Т-ты думаешь о ч-чем-то неприятном?

– Разве? А я и не заметил. – Его руки вновь бессознательным движением двинулись по ее телу. – Видишь ли, я как раз думал, как мы будем жить и где совьем наше гнездо.

Марго улыбнулась.

– Т-ты разве забыл, что когда-нибудь станешь хозяином Рида? Нам там б-будут рады. Мой отец с радостью научит тебя управлять т-таким огромным п-поместьем.

Эрик усмехнулся:

– Да, конечно, разве я могу об этом забыть? Надеюсь только, что все это не слишком огорчает твоего отца! Но надо подумать еще кое о чем, Марго. Когда-то я поклялся в вечной верности отцу, и эту клятву я не могу нарушить. Поэтому без его согласия я не имею права уехать из Белхэйвена.

– Т-тогда д-давай останемся здесь, – легко согласилась Марго. – М-может быть, я смогу чем-нибудь помогать т-твоей м-матушке и сестре!

– Конечно, мы можем остаться здесь, – задумчиво рассуждал Эрик, – но это было бы несправедливо по отношению к тебе и твоему отцу. Ведь тогда сэр Уолтер останется в Риде совершенно один – без своей единственной дочери! А тебе придется жить так далеко от него. К тому же, Марго, ты ведь уже привыкла быть хозяйкой большого замка. Ты просто рождена для этого. Думаю, тебе скоро наскучит советоваться обо всем с матушкой и Лилиор.

– М-может быть, и наскучит, – с нежностью ответила Марго, стараясь поцелуями разгладить глубокие складки, залегшие на его лбу, – но я не стану расстраиваться. Я б-буду счастлива везде. Лишь бы т-ты был со мной, Эрик! С тобой м-мне везде б-будет хорошо: и в роскошном замке, и в убогой хижине! А у отца, – продолжала она, однако уже без прежней уверенности в голосе, – слишком много дел, чтобы чувствовать себя одиноким и заброшенным. Кроме того, мы, наверное, сможем иногда навещать его.

– О, Марго! – простонал он. – Тебе не следовало выходить за меня замуж. Сколько других мужчин, куда достойнее меня, охотно сделали бы тебя счастливой! О, если бы ты только не была такой упрямой!

– Но ни один из н-них не с-смог бы любить меня так, как ты, – возразила она, осыпая его лицо нежными поцелуями, – и я н-никого не м-могла бы любить сильнее, чем т-тебя! Поверь, это была бы ужасная, н-непоправимая ошибка, любимый!

Эрик внезапно перевернулся, так что Марго оказалась под ним, зажатая в стальном кольце его могучих рук.

– Да, любить тебя, как я, – прошептал он, и губы его жадно прильнули к ее губам, – обожать, боготворить землю, по которой ступают твои ноги. Но что, если ты устанешь от этого? А если вдруг настанет день, и ты затоскуешь по прежней жизни в роскоши и богатстве, по своему великолепному замку? И тогда я и моя любовь покажутся тебе лишь досадной помехой!

Марго с улыбкой покачала головой:

– М-не ничего не н-нужно! Кроме т-тебя, любовь моя!

– Но я постараюсь, чтобы когда-нибудь ты обладала всем этим, – пылко поклялся Эрик, – потому что ты достойна этого!

Она улыбнулась и лениво потянулась.

– Я буду вполне с-счастлива твоей любовью и теми п-пылкими чувствами, на которые, мне к-кажется, вправе рассчитывать. Да, и рассчитываю н-на них прямо сейчас!

– Похоже, ты собираешься соблазнить меня, женщина, и как раз когда я собирался поговорить о самых серьезных вещах! – прорычал Эрик, с комическим негодованием шлепнув ее.

– Да, – лукаво созналась она, – именно это я и делаю.

Эрик снова прильнул к ее губам.

– Боюсь, женитьба на тебе станет для меня серьезным испытанием, милая. Из тебя получится на редкость требовательная жена.

– М-м… – промурлыкала она с довольным видом, наслаждаясь его поцелуями.

– Только не забывай, что твой муж отважный и в то же время кроткий человек. – Его губы очертили влажную дугу вдоль ее щеки, потом скользнули вниз, по стройной, изящно изогнутой шее, и Эрик припал губами к плечу Марго.

– Да. К-конечно.

– И весьма послушный, покорный и преданный, – добавил он, легонько покусывая нежную кожу, – словом, сокровище, а не муж!

– Да…

– Сладкая моя Марго, – пробормотал он, отыскав губами ее губы, – я люблю тебя. Люблю всем сердцем. И никогда не перестану любить и желать тебя.

И, словно стремясь доказать это, Эрик предался любовным утехам с такой яростной ненасытностью, что оба забыли обо всем, пока, вконец обессиленные, не распростерлись на смятых простынях.

– О-ох! – прошептала она. Полузакрыв глаза, Марго блаженно водила кончиками пальцев по его шее.

– Великий Боже! – сдавленным голосом пробормотал Эрик, уткнувшись лицом в ее теплое плечо. Он навалился на нее всей тяжестью своего огромного тела, не в силах пошевелиться.

Пальцы Марго скользнули в копну его волос и принялись ласково перебирать чуть влажные завитки.

– Как я и думала, вы весьма искушены в искусстве любви, м-милорд.

Эрик с трудом приподнял голову, казалось, налитую свинцовой тяжестью, и улыбнулся. Слова жены явно позабавили его и в то же время польстили.

– Да неужто, любовь моя? Не могу сказать, как я счастлив, что не разочаровал тебя! – Хмыкнув, он добавил: – Клянусь честью, так будет всегда! Надеюсь, ты уже заметила, насколько я преданный и покорный супруг?