Обет любви - Спенсер Мэри - Страница 109

– Говорю вам – надо навалиться на него всем вместе и силой отволочь туда. В конце концов, нас шестеро против одного, а он уже влил в себя не меньше трех кувшинов эля. Неужели же мы с ним не справимся?

Гэрин покачал головой.

– Что-то не уверен, Жофре. Честно говоря, я совсем забыл, как он чудовищно силен, особенно если из себя выйдет! А уж сейчас он и вовсе взбесился!

– Дурак он, этот твой сынок! – На лице сэра Аллина появилась кислая гримаса. – Уму непостижимо! Да чтобы так провести свою брачную ночь! И это при том, что его невеста, красивейшая девушка в Англии, ждет не дождется своего суженого!

– И то правда! – согласился сэр Уолтер. – Я, конечно, помню, что он не хотел жениться на моей Марго, но мне казалось, что он неравнодушен к ней… Может быть, я ошибаюсь, но иногда я почти готов был поверить в это! Да и с чего бы тогда ему так злиться на собственного брата?

– Точно. В жизни не видел, чтобы Эрик так бесился, – подтвердил Джеймс, задумчиво поглаживая подбородок, – да он чуть было не прикончил меня! Решил, что моя женитьба – страшное оскорбление для леди Марго, потому что я вроде как пренебрег девушкой. А ведь раньше мы никогда не ссорились!

– Я бы тоже на его месте рассердился, если бы речь зашла о Минне, – решительно вмешался Алерик.

Отец рассмеялся и обнял младшего за плечи.

– Спасибо, что предупредил, парень. Обещаю, с этой самой минуты ни один из нас не скажет ни словечка о твоей прелестной леди Минне!

Все расхохотались, включая и Алерика, который, однако, забавно раскраснелся под насмешливо-добродушным взглядом отца.

Эрик угрюмо покосился в сторону мужчин, столпившихся в противоположном углу зала. Оттуда доносились взрывы хохота. Да, они дружно веселились: отец и братья, сэр Аллин и его, Эрика, собственный новообретенный тесть сэр Уолтер ле Брюн. А ему самому в эту минуту было совсем не до смеха! Впрочем, и вообще ни до чего, если уж говорить прямо! Эрик чувствовал себя так, будто его оглушили ударом дубины.

Теперь он женатый человек. Женатый, и это была чистая правда! Все произошло так быстро, что он едва успел сообразить, что происходит, как все было кончено. И было поздно пытаться что-то изменить. Правда, он все-таки сделал одну попытку объяснить взбешенному отцу и обливавшейся слезами матери, как было дело, а в следующую минуту оказалось, что он уже стоит перед священником и дает согласие взять в жены Марго ле Брюн!

Как, ради всего святого, у него повернулся язык сказать такое, гадал Эрик. Наверное, это все потому, что, сколько он ни озирался по сторонам, отовсюду на него смотрели счастливые лица. Особенно это касалось Жофре. Все, от Джеймса и до сестрички Лилиор, просто сияли от радости. Наверное, поэтому-то он и счел себя обязанным согласиться и сказать то, чего от него все ждали. Что же еще ему оставалось делать? А Марго… нет, это было ужаснее всего! Стоя бок о бок с Эриком, она с обожанием смотрела на него и при этом была так красива, что, несмотря на всю свою злость, он просто обязан был произнести те слова, которых от него все ждали.

По крайней мере хоть Томас его не предал, с благодарностью подумал Эрик, украдкой бросив взгляд на своего верного маленького оруженосца, который даже сейчас не отходил от него ни на шаг, заботливо поглядывая, чтобы его кубок всегда был полон. Всю свадебную церемонию мальчишка простоял рядом, с угрюмым видом поглядывая по сторонам… единственный, в ком Эрик чувствовал молчаливую поддержку.

Закончилось же все и вовсе плачевно. Можно сказать, унизительно. Во всяком случае, с удовлетворением вспомнил Эрик, он отказался поцеловать невесту и сразу же ушел из церкви, бросив такой взгляд на священника, пытавшегося его удержать, что бедняга затрясся от страха. Пусть все знают, что он думает обо всем этом позорном фарсе. Она и охнуть не успела, как он схватил ее за руку и чуть ли не волоком притащил в отцовскую комнату, после чего с грохотом захлопнул дверь и тут же накинулся на нее.

Но Марго оказалась быстрее.

– С-сам в-виноват! С-сколько раз я т-твердила т-тебе, ч-что мы поженимся! Если б-бы не т-твое ч-чертово упрямство, м-мне б-бы н-никогда не п-пришлось устраивать этот п-позорный спектакль!

– А я говорил, что мы никогда не поженимся! – орал он. – О чем думали мои родители, хотелось бы мне знать? О чем думал твой собственный отец? А ты… ты наврала им!

– Н-ничего п-подобного! – завопила она так пронзительно, что он даже слегка перепугался. – Я с-сказала ч-чистую п-правду! А если уж они в-все п-поняли п-по своему, то я здесь ни при чем! Я в-ведь п-предупреждала, что с-сделаю из т-тебя порядочного ч-человека, сколько бы ты ни брыкался!

– Бог ты мой, женщина! – придя в бешенство, прогремел Эрик. – Я же не ребенок, которого можно обманом заставить делать то, что ему не хочется! Я мужчина, слышишь, и должен сам решать, когда мне следует жениться! Сколько раз я твердил тебе, что этого никогда не будет?!

Гора мускулов грозно нависла над ней, но Марго, похоже, ничуть не испугалась. Бесстрашно уперлась кулачками в бока и, не дрогнув, встретила его взгляд.

– Т-так, с-стало б-быть, ты сейчас должен б-благодарить меня! Если б-бы не я, т-то ты сейчас н-не был б-бы женат! И между п-прочим, п-прекрати кричать – я т-твоя законная жена!

– Ненадолго! Завтра же я найду способ объявить все это недействительным! Даже сам король не решится признать законным этот фарс!

Эти слова, похоже, слегка выбили у нее почву из-под ног. Глаза Марго испуганно расширились. Она покачала хорошенькой головкой, явно не веря ни одному его слову:

– Т-ты… ты не с-сможешь аннулировать наш б-брак! Нас ведь обвенчали… священник… все были с-свидетелями…

– Не радуйся, моя дорогая! Брак не может быть законным, пока он не совершен на деле, а уж этого не будет никогда!

– Но п-почему? – так жалобно взмолилась она, что сердце Эрика против его воли мгновенно растаяло. – Ты же г-говорил, что любишь меня!

Это было поистине адской мукой – не схватить ее в объятия тут же, как только она расплакалась. Эрику пришлось даже отойти к двери, иначе вся его решимость растаяла бы, как лед под солнцем.