Куница Том 5 (СИ) - Оришин Вадим Александрович "Postulans" - Страница 34

Дубров добавил от себя:

— Токусиму основательно разбомбили. Бой линейного крейсера Кирасима с нашей эскадрой состоялся в бухте Токусима.

— О чём речь? — не поняла Вайорика.

Мартен поморщился.

— Капитан Кирасимы в сопровождении трёх эсминцев и четырёх фрегатов попытался не дать нашей эскадре зайти в Осакский залив. Маневрировал, уходя от огня, и смог серьёзно повредить два наших линкора и потопить старый дредноут. Кирасима получил критические повреждения и начал тонуть, но экипаж до последнего боролся за живучесть, матросы затапливали отсеки вместе с собой, чтобы не дать кораблю накрениться, и, пользуясь аварийными дыхательными пузырями, до последнего, прямо в воде исполняли свои обязанности. Корабль вёл огонь, даже когда палуба начала уходить под воду, снаряды подавали из затопленных погребов. Пример выдающейся стойкости и героизма.

Ведьма присвистнула.

— Ого. Знать, что ты уже нежилец, но до последнего вести бой. Сильно. А что с городом-то случилось?

— А с городом случился Александр Романов. На дредноуте «Славная Екатерина» находился старший сын Александра. Погиб, когда снаряд угодил в надстройку. Ну и злой отец… — Мартен замолчал, подбирая слова. — Скажем так, опечаленный отец применил все имеющиеся под рукой средства, чтобы разделить своё горе с японцами.

Вайорика с пониманием кивнула, а затем постучала пальцем по острову Сикоку.

— Вопрос. Если мы предположим, что грузы доставляют сразу на Хонсю, то зачем сначала тащить их на Сикоку, а затем оттуда перевозить сюда?

— Я бы ещё добавил, — взял слово Дубров, — что железнодорожная сеть на Хонсю разрушена. Ни одного целого поезда у них нет. Если оружие приводят куда-нибудь на север острова, довезти всё это на юг… Это по карте два локтя, тысяча триста километров. В условиях географии острова это несколько дней в самом лучшем случае, при наличии машины.

Мартен покачал головой.

— У нас две тысячи километров береговой линии. Искать скрытый док можно до бесконечности. А ещё есть маленькие острова, где тоже можно укрыться. Но теперь у нас появились более конкретные вопросы, которые можно задавать задержанным контрабандистам.

Ведьма сорвала с планшета листок, рисунок на котором она не успела закончить, и передала его Мартену.

— Может быть, вот это тебе что-нибудь скажет.

Мартен глянул на хаос линий и вздохнул.

— Вайорика, я не читаю отпечатки.

Девушка улыбнулась.

— А я тебе помогу. Есть один след, оставленный коллективным бессознательным. Универсальный для любого уголка земли. Пираты.

Мартен удивился, снова глянул на рисунок.

— Пираты Вако? Скрытая гавань пиратов?

Перевёл взгляд на карту.

— Подполковник, а не найдётся ли у нас карт с расположением пиратских бухт случайно?

Глава 25

Петроград. Поместье Волконских

Февраль 1984 года

Автомобиль остановился перед главных входом. Ни слуга Волконских, стоявший в трёх шагах, ни охранник, вставший с пассажирского сидения и потянувшийся к задней двери, не успели. Слава, отложив оружейный журнал, открыла дверь сама и вышла в морозное февральское утро. Холод, впрочем, девушка не замечала. Короткая шуба была расстёгнута, демонстрируя лёгкий для этой погоды джемпер. Голова не покрыта, и волосы свободно спадали на плечи. Из-под брюк показывались сапоги на невысоком каблуке.

Снега на парковке не было, магия справлялась с испарением осадков, если не начинался сильный снегопад или метель. Слава, цокая каблуками, прошла к входу, взглядом отогнав слугу. В холле отказалась отдавать шубу, сразу двинувшись к лестнице. Поднялась на второй этаж, где столкнулась с высокой женщиной.

— Ваше Сиятельство, — склонила голову Славяна перед княжной Волконской.

Женщина мягко улыбнулась.

— Прошу, просто Агния. Друзья моего племянника Владимира — мои друзья.

— Благодарю, Агния. Славяна Кудрявцева к вашим услугам.

Улыбка Агнии стала шире, показав ранние морщинки.

— А могу обращаться к тебе Слава? — спросила женщина.

Девушка на миг сбилась, но быстро кивнула.

— Да, конечно.

— Я рада познакомиться с тобой и знай, ты всегда желанный гость в этом доме.

Слава удивилась.

— Это приятно, хотя и вызываем у меня некоторое недоумение. Чем я заслужила подобное дружелюбие?

— Помимо вашей дружбы с Владимиром? Твои успехи на арене, Слава. Успехи вашей команды в целом и твои в особенности принесли немало пользы нашему роду. Волконские умеют быть благодарными, милая. Знай, ты всегда можешь к нам обратиться, к любому Волконскому. И, если оказать тебе помощь будем в наших силах — мы будем рады помочь.

Ответ несколько озадачил Славу, но она быстро собралась, чуть поклонившись.

— Благодарю, Агния, — Кудрявцева спохватилась. — Прошу прощения, меня ждут.

Агния посторонилась.

— Само собой. Хорошего дня, Слава.

— И вам, Агния.

Когда Слава вошла в кабинет, там, помимо Владимира, уже сидели Людмила, Ядвига и Вицлав.

— Привет, Слава, — поднялся Владимир, — спасибо, что приехала.

Девушка села в свободное кресло.

— Ты сказал, что у тебя срочное дело, — ответила она.

Владимир обошёл стол и встал перед ним, сразу оказавшись ближе ко всем.

— Всё верно. Пока Дмитрий в колонии, я искал место, где спрятан «Ультиматум Танатоса». Кое-что уже удалось накопать, но конкретики пока нет. И, пользуясь имеющимся временем, я искал сторонников и союзников. Тех, кто поможет нашему делу, и кому мы сможем доверять. И одна из таких — Ольга Тихомирова.

Слава и Людмила выразили скепсис.

— После всего, что произошло между нами и родом Тихомировых? — спросила Людмила.

— Что было, то было, — пожал плечами Волконский. — Тот конфликт исчерпан, Ольга признала, что Дмитрий реагировал на агрессивные действия Тихомирова. Однако её всё ещё интересует, кто послал Искушение. И если раньше мы считали, что это дело рук немцев, то теперь точно знаем: господин Шолль не при делах. Значит, этот вопрос снова актуален. Я предпочитаю знать, кто мой враг, а не строить предположения.

— И ты решил всё же вызвать демона и заставить его назвать имя, — не столько спросила, сколько констатировала факт Слава.

— Да, именно так, — не стал отрицать князь. — Поскольку Вайорика уехала с Дмитрием, другую ведьму подыскала Ольга. А вот с местом вышли сложности. Мы все сейчас не то чтобы под наблюдением, но под более пристальным вниманием, чем обычно. Проводить ритуал здесь, или в Москве банально опасно.

Волконский оттолкнулся от столешницы и, подойдя к бару, налил себе выпить.

— Поэтому я нашёл ещё одного человека, заинтересованного в поиске того, кто послал демона. Только не из-за Тихомирова, а из-за Павла.

— Ты обратился к Светловым? — спросила Людмила.

Волконский вернулся за свой стол, отрицательно покачав головой.

— Нет. Даже спустя почти полгода они слишком резко реагируют на любые темы, связанные с Павлом. И обещание объявить войну они не забыли и не отменили. А учитывая, кого я подозревал, обращаться к Светловым было слишком опрометчиво.

— Кого вы подозревали? — спросил Вицлав.

Владимир помолчал немного, глядя на поляка, а затем ответил:

— Принцессу Анастасию Романову.

— Девушка на похоронах, — вспомнила Ядвига. — Кочакидзе, верно?

Волконский кивнул:

— Кэтино, да. Мой брат вместе с Мишей, Ольгой и ведьмой отправился к госпоже Кочакидзе, чтобы попросить об услуге. И Кэтино не отказала. Они забрались в защищённое место и провели ритуал, насколько мне известно.

Слава вопросительно подняла бровь.

— Что это значит?

— Это значит, что после проведения ритуала они столкнулись с отрядом СКАП. Охотников за демонами послали, чтобы убить их.

— Подождите! — поднял руку Вицлав. — Охотников за демонами послали убивать? Я чего-то не улавливаю?

Волконский кивнул.

— Возможно, в польских землях несколько иная специфика, в том числе касающаяся демоноборцев. СКАП — не полицейская служба, а силовая. Когда кого-то подозревают в призыве демона, или в том, что убийство совершено одержимым, на такие случаи есть специальный отдел жандармерии. СКАП вызывают, когда случается прорыв демонов и нужны армейские подразделения. Найти и уничтожить одержимых и вырвавшихся тварей, — ответил Волконский. — Сотрудники — люди без способностей. Специальная подготовка позволяет получить некоторую защиту от демонического воздействия. А отсутствие магии компенсируется прекрасным снаряжением.