Профессор по вызову (СИ) - фон Беренготт Лючия - Страница 1

Глава 1

— Открывай, Птичкина. Это к тебе! — насмешливый голос подруги в телефоне заглушал стук в дверь моего номера.

— Что?! Как ты… — вскочив с неудобного дивана, я несколько секунд в изумлении переводила взгляд с телефона на дверь и обратно, совершенно ничего не понимая. — Что з-значит ко мне? — зашипела, вновь обретя голос. — Что ты еще придумала?!

Испуганно замолчав, я прижала телефон к груди — в дверь еще раз постучали, уже настойчивее и нетерпеливее, словно стоящий за дверью услышал меня и злился, почему ему до сих не открывают. Каким-то шестым чувством я вдруг поняла, что там мужчина — женщины так уверенно не стучат.

Что, чёрт возьми, происходит?! Я же просила этих дурёх не отвлекать меня и ничего такого не придумывать — сто раз сказала, что готовлюсь к важному докладу! Даже если я ради этого уехала в Турцию, «бросив лучших подруг развлекаться одних»! И даже если моя поездка выпала на День Святого Валентина, совмещенный с «пятницей-развратницей», будь она неладна!

Бочком-бочком, на самых цыпочках я подобралась ближе к выходу и прижалась к стене — так делают в фильмах, когда собираются выскочить из-за угла с пистолетом.

— Кого вы мне подослали?! — еле слышно зашептала в телефон, дергаясь от очередного недовольного стука в дверь, совсем близко от моей головы.

— Ну… — Леська вальяжно тянула слова, слова перекатывала на языке тягучую, приторную жевачку. — Мы же обещали скрасить тебе день всех влюбленных, раз уж ты решила умотать на свою дурацкую конфэрэнцию? Вот и получай подарочек — цельный стриптизер. За большую денюжку нанятый. Профессиональный — по-русски шпарит, как на родном. Может и трахнуть, если сильно попросишь… Мы ему заранее заплатили за полный пакет — стриптиз с эскортом…

— Вы с ума сошли… — простонала я, слабея и ощутимо бледнея. — Ненормальные… вас надо на опыты сдать…

Внезапно закружилась голова и пришлось буквально рухнуть спиной на стену, изо-всех сил стараясь не съехать по ней на пол. Я должна была предугадать, что эти три сорви-головы не оставят без внимания совпадение Валентина и пятницы…

Странно, что я отделалась ОДНИМ стриптизером, а не целым табуном во главе с каким-нибудь селебрити местного разлива, подрабатывающим после корпоративов. У Леськи, получившей от своего папочки-банкира неограниченный бюджет, фантазии хватило бы, а уж энергии устраивать подобные шалости — и подавно.

— Давай, давай, не ссы, — усмехнулась эта великосветская зараза. — Ты же не хочешь быть единственной женщиной, которая уедет из Турции не отдохнувшей? Вот и отдыхай за мой счет. А твоя конференция никуда не убежит. Да, и кстати, не пытайся прогнать нашего альфонсика — у него четкие инструкции работать номер до последнего, типа ты хочешь с ним поиграть в кошки-мышки. И твое истерическое «Убирайтесь отсюда, сэр!» он не примет.

— С Днем Святого Валентина, Птичкина! — заорали в трубку все мои ненормальные подруги вместе.

— Идите к черту! — зашипела я им в ответ, от злости, наверняка, уже вся зеленая.

Однако, со всем этим надо было что-то делать, потому что еще немного, и к незнакомцу, грозно тарабанящему в мою дверь, присоединятся соседи и портье.

Закончив проклинать идиоток-подруг, несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, я, наконец, созрела для активных действий.

Итак. Прежде всего, выключить мобильник и звук на нем, а еще лучше — убрать мобильник подальше от себя — еще не хватало, чтобы эти дуры трезвонили и отвлекали меня от задуманного.

Сделано!

Зашвырнув выключенный телефон на диван, я быстро осмотрела себя. Теперь… поплотнее запахнуть на себе банный халат — чтобы не выглядеть так, словно надела его только для того, чтобы эротично сбросить. И растрепать волосы, как будто я только что встала с кровати. А заодно закрыть ими лицо, чтобы не узнал, если случайно встретит где-нибудь в лобби или на пляже…

Есть!

Кивнув, довольная своим неподобающим внешним видом, я прикинула в голове свои следующие шаги — глянуть в глазок, убедиться, что там именно стриптизер, а не какая-нибудь припозднившаяся горничная, и принять вид полу-спящей, ничего не соображающей клуши поздне-среднего возраста. После чего открыть дверь и подслеповато, с сонно-одуревшим видом уставившись на этого развратника, пробормотать по-турецки — «бей, вы ошиблись номером… я никого не жду…» И быстренько захлопнуть перед его носом дверь.

И пусть он реально думает, что ошибся, пусть ищет правильный номер, куда-то там звонит и всё прочее… Я же за это время успею быстренько собрать вещи — благо основную сумку ещё не распаковывала — и дать отсюда дёру. Добегу до консьержки и попрошу ее куда-нибудь меня переселить — благо не сезон, и гостиница стоит полупустая.

Отличный план, похвалила я себя, расплываясь в довольной улыбке! И фиг я еще когда-нибудь кому-нибудь скажу, в каком номере остановилась!

В дверь снова затарабанили, но уже морально готовая дать нахалу отпор, я не испугалась. Снова глубоко вдохнула и выдохнула, развернулась… и прижалась обеими ладонями к двери.

Стараясь не дышать и не издавать ни единого шороха, заглянула в глазок…

И обмерла. Отпрянула даже, икая от волнения.

Как?! Как они узнали про мой самый главный эротический фетиш?!

Как догадались прислать мне стриптизера, который умеет выглядеть… настоящим профессором?!

Начнем с того, что таких «профессоров» в реальной жизни я никогда не видела. Разве что в кино. Мечтала, конечно — особенно перед тем, как начинался новый предмет, рядом с названием которого стояла мужская фамилия. Представляла себе, как захожу в класс, а там… он. Высокий, стройный, явно подкачанный, в элегантном костюме-тройке и строгих роговых очках. Сидит себе, закинув нога на ногу, в удобном профессорском кресле и провожает всех студентов высокомерно-равнодушным взглядом поверх очков.

И тут в аудиторию захожу я. Обыкновенная такая студенточка — в меру красивая, в меру скромная, в джинсиках, туго обтягивающих задницу. И он такой ррраз! и в стойку при виде меня! Мгновенно подбирается, выпрямляется в своем профессорском кресле, впивается в меня страстным, горящим взглядом, сжимая подлокотники кресла до побелевших костяшек…

Чувствуя его взгляд, я медленно поворачиваюсь… ахаю… и мои колени слабеют от жара в его черных глазах. И всю лекцию, которую он вымучивает, думая только обо мне, я плавлюсь под этим жаром, а мурашки меня уже устали бегать по моим рукам и ногам…

Чем все это должно закончиться, я тоже очень хорошо продумывала — уже ночью, под теплым и уютным одеялком. Вариантов было несколько, и все они были в разы интереснее, чем то, что любят придумывать сценаристы Порнхаба.

Вот, например, у меня температура, и я валяюсь в этой самой кровати, в окружении верных подруг. И вдруг, в разгар моего самого горячечного бреда, в комнату нашего общежития врывается… ОН. В том самом костюме-тройке и строгих очках. Я, конечно, ничего этого не вижу, потому что мечусь в бреду.

Приказывая подругам удалиться, мой идеальный профессор присаживается рядом со мной на кровати.

— Так вот, почему тебя не было на лекции, Птичкина… — хриплым от волнения голосом тянет он. — А я ведь… не могу без тебя. Думал, у меня это так, увлечение мимолетное — пройдет, забудется, как безумный сон… А потом ты не пришла на лекцию… и я вдруг понял. Понял, что не могу и дня без тебя прожить!

Профессор хватает меня своей прохладной рукой за запястье, и я во сне дергаюсь, чувствуя его присутствие. И начинаю говорить — конечно же, в полном бреду.

— Профессор… я… я вас хочу… так сильно хочу…

Именно «хочу», а не «люблю» — потому что именно эта фраза должна зажечь его так, чтобы окончательно потерял свой оточенный годами исследований разум. О, как мне нужно, чтобы он потерял разум, этот идеальный профессор!

Конечно, спящих девушек совращать нехорошо, но для кульминации эротического сна это именно то, что доктор прописал. Совершенно обезумев, зарычав аки дикий зверь, профессор набрасывается на меня, целуя во все места сразу… срывает мое уютное одеялко и заменяет его собственным обнаженным телом. Причем обнажается он в один момент, потому что терпения мысленно расстегивать все эти жилетки и накрахмаленные рубашечки с миллионом пуговиц у меня обычно не хватало.