Грация королевы небес. Лимитированное издание дилогии - Шерри Ана - Страница 26

Адель смотрела на него, как на сумасшедшего, он о самолетах говорит, как о живых! Угораздило же ее связаться с ним. Какого черта ей дали такое тяжелое задание? Сейчас бы гонялась за бабочками и делала уникальные снимки, но нет, стоит перед сумасшедшим капитаном. Хотя… если человек одержим своей работой, то, может, это неплохо?

– Расскажи мне историю того самолета, который сгорел. – Она решила идти своим путем.

Адель улыбнулась, встречаясь с потемневшим взглядом Марко.

Глава 13

– Расскажу, когда прилетим на Мальту, – ответил Марко и пошел в сторону гостиной.

Адель проводила его недовольным взглядом, зашла в свою комнату и закрыла дверь. Хитер, ничего не скажешь! Но ничего, пусть молчит, ради места в «Мдине» она согласна полететь. После этого Марко ей все расскажет, потому что «смаковать» тот день он не захочет.

Девушка еще раз окинула взглядом комнату – убранство в итальянском стиле – и решила не терять время зря. Она достала планшет и села за стол. Запишет то, что уже знает о пожаре. Эта информация бесценна, такое Марко еще никому не рассказывал. Можно даже приписать намек на то, что первый пожар – это предупреждение свыше. Адель задумалась, возможно, так и было, кто-то намекнул на то, что дальше его ждет еще хуже.

Она быстро набирала буквы на клавиатуре, которые рождали предложения. Одно, второе, третье… Текст утопил ее в том самом пожаре. Ярко представилась даже рыдающая жена. Бедная женщина! Хотя Адель поймала себя на мысли, что ей эта женщина не нравится.

В комнату постучали, и от неожиданности Адель вздрогнула. Она вскочила со стула так резко, как будто ее сейчас уличили в поджигании дома дель Боско. Сумочка свалилась на пол, и все содержимое тут же вывалилось. Вот черт! Она успела лишь нажать на кнопку блокировки планшета, не хотелось, чтобы жители этого дома знали, что она пишет о Марко статью. Меньше знают – больше расскажут. А вдруг ей придется с ними еще пересечься, например, на кухне, чтобы попить перед сном воды.

– Привет, я не помешал? – Лука просунул голову в щель, боясь зайти, но, поняв, что из-за него все содержимое сумки Адель валяется на полу, тут же зашел. В руках он нес две чашки, и комнату сразу заполонил ванильный запах шоколада.

– Нет. – Адель принялась складывать все обратно в сумку, поражаясь тому, сколько всего в ней ненужного. Можно было придвинуть мусорное ведро и скидывать все туда: зачем флакон от помады, которая закончилась полгода назад? Этот тон уже не выпускают! Пора с этим смириться и полюбить другой! Но нет же! Надо упорно носить в сумочке хлам.

– Я помогу. – Лука поставил чашки на стол, сел на корточки и принялся собирать то, что валялось на полу. Его пальцы коснулись свертка писем, перевязанного белой лентой, но Адель выхватила их и кинула в сумку. – Мне не спалось, и я хотел предложить тебе попить горячий шоколад, но зачем предлагать, ты все равно откажешься, поэтому я принес его сразу сюда. – Лука улыбнулся, уставившись на девушку. Она замерла и перевела взгляд на него.

– Возможно, я бы согласилась?

– Может, но рисковать я не стал. Не люблю отказы.

А она ему отказала в прогулке! Он, наверно, расстроился. Поэтому отказывать в чашке горячего шоколада Адель уже не могла.

– Я с радостью выпью с тобой шоколад. – Адель кинула пачку бумажных салфеток в сумку и захлопнула ее. Она встала одновременно с Лукой, который протянул ей напиток и сел на край кровати.

– Значит, о работе ты говорить не хочешь. – Он сделал глоток, и Адель последовала его примеру, отпила напиток.

Шоколад был насыщенным, вязким, его запах тут же расслабил. Лука не просто так принес его ей в комнату? Хочет загипнотизировать и пытать ее о работе журналиста. Так она расскажет, а почему и нет? Но бабочек она упустит, а фантазия у нее хорошо развита.

– Почему же! Моя работа очень интересная, я общаюсь со многими людьми, узнаю много нового, придумываю разные ходы, чтобы добыть интересную информацию. Вот, например, недавно мне дали задание взять интервью у человека, который вообще неразговорчив…

– Немой?

– Если бы, – нахмурилась Адель, – за каждое его предложение я должна платить!

Лука даже открыл рот от возмущения:

– Чем?

Наверно, он подумал, что телом, но нет, он ошибся:

– Ни деньгами, ни телом, а тем, что я боюсь делать.

– Мама мия! Он извращенец?

Адель кивнула, а потом пожала плечами. Знал бы, что речь идет о его брате, может быть, даже стал его защищать.

– Да, иногда приходится сталкиваться с психически нездоровыми людьми, это тяжело, и надо найти подход к каждому.

– Я очень надеюсь, что ты найдешь к нему подход, – улыбнулся Лука и чокнулся своей чашкой горячего шоколада с ее чашкой. Шоколад уже изрядно остыл, но был не менее вкусен. – Но хочу тебе сказать одно: этот чувак полный придурок! Если бы у меня такая красивая девушка брала интервью, то я бы говорил много и долго.

Братья совсем разные, Лука активный, разговорчивый, коммуникабельный. Такие люди просты в общении, с ними легко. Марко же, напротив, говорит только после того, как подумает. А думает он много, поэтому говорить не успевает. Хотя… после того, как они сидели друг напротив друга в аэропорту и пили кофе, она посмотрела на него с другой стороны: Марко раскрывался. Это происходило медленно, но это происходило! Лука же молол языком все подряд, и не разобрать, где правда, а где ложь. Одно слово Марко стоит миллион слов его младшего брата.

Осознав это, Адель смущенно опустила взгляд на свой шоколад. Она так углубилась в свои мысли, что пропустила рассказ Луки о том, как один работник в аэропорту, который регулировал руление самолета, станцевал перед пилотами и пассажирами. Всем понравился юмор, но, к сожалению, он пришелся не по душе диспетчеру.

– Его уволили.

– За то, что человек позитивный?

Лука кивнул, а Адель поняла, что есть прекрасная возможность использовать эту историю в своих целях:

– Мне кажется, если бы пилотом на том самолете был Марко, то юмора он бы тоже не понял.

– Как сказать, – Лука пожал плечами. – Сейчас, может быть, он расценил бы такую выходку как угрозу безопасности. Знаешь… он стал более серьезным после… ну… после трагедии.

– После такого любой станет серьезным и будет обращать внимание на выполнение всех пунктов безопасности. Наверно, его жена очень переживает, когда Марко улетает в рейс. – Адель чуть не прикусила язык. При чем тут его жена? Она никак не касается статьи и трагедии! Для статьи его жена вообще не нужна! Можно упомянуть ее, но не более.

– Работа Марко нравилась Патриции лишь в самом начале, – начал свой рассказ Лука, и Адель затаила дыхание, внимательно слушая, – быть девушкой пилота престижно. Думаю, что все ее подруги сходили с ума от зависти. Но жизнь жены пилота, видимо, иная, более приземленная. Не мне судить, но я рос в семье, где отец тоже был пилотом и часто отсутствовал дома. Мама стойко переносила его любовь к небу, ведь она тоже касалась этой профессии. Патриция другая, ей надо, чтобы муж утром уходил на работу, а вечером возвращался. Она любящая жена и Марко любящий муж, но когда любовь одного делится на два и любовь к семье спускается на второе место, то будут недовольства. Так и случилось, недовольство Патриции нарастало. Я не вмешиваюсь в эту семью, просто наблюдаю со стороны, и знаешь какой вывод сделал?

Адель боялась шелохнуться, лишь бы только Лука продолжал. Но взглядом дала понять, что ждет ответа.

– В семье либо все должны быть преданы одному делу, либо один должен понимать, принимать и разделять любовь к делу другого. Как в случае с моими родителями. Но в случае семьи Марко этого нет. Он никогда не бросит небо, и Патрицию это злит. Марко делит любовь на двоих, хотя, могу сказать, после трагедии их семья сплотилась, они стали относиться друг к другу более внимательно.

– Сколько у них детей? – наконец спросила Адель, ведь дети должны соединять.

– У них нет детей, что злит мою маму. Марко вроде все устраивает, как устраивало и Патрицию, ведь каждый из них все эти годы делал карьеру. После трагедии они по-другому взглянули на свою семью и решили, что время детей и полной семьи наступило.