Последний Охотник. Том 1 - Лим Дмитрий - Страница 27

Я мотнул головой, точнее, это был даже не я. Не понимая, почему остальные не видят этих чёрных нитей, которые вырывались из сердца Аси, но… я видел это прекрасно. К тому же, они обвили мою глотку, руки, ноги и потяжелели. Я себя чувствовал в некотором роде какой-то куклой.

Сама же Теневая одной ухмылкой показывала, что сильнее меня, но…

Тут была палка о двух концах. Чисто физически у меня хватило бы маны и навыков, чтобы вырваться из этих пут. Но в этом случае я рисковал показать свою силу, что автоматически отправило бы меня под плаху.

Я прекрасно помнил слова о том, что тут бывает с мужчинами, которые колдуют. Местный мирок настолько проникся идеей, что колдуют только девушки, что любую инновацию в своём мире — встречают врагом.

Ну, по крайней мере, магами тут были только теневые, если считать мужской род. Так что мне оставалось просто молчать, но и тут я пакостил. Не дал ей насладиться безоговорочной победой.

Когда мы приехали в резиденцию Воробьёвых, и когда Жану открыли дверь, первым делом вышел сам глава рода. Затем вышла Аня и освобождённый я, ну а после…

Ася распласталась на асфальте, запнувшись об невидимый барьер. Как показалось бы со стороны. На самом деле, я замедлил её ногу в тот момент, когда она искала опору, высовываясь из машины. И, собственно говоря, я помог ей её найти, возвращая время в прежнее русло.

Упала знатно. Жан тут же показал то, что мы не должны были видеть — заботу о ней. Это, разумеется, оставило кое-какие мысли в голове, что они любовники. Не знаю, есть ли в этом роду ещё кто-то…

— Пап! — из дома вышел юноша, как две капли воды, похожий на Жана. — Что там… — он сощурился, затем, уже подошли мы, и я стал свидетелем недовольства юного дворянина. — Очередная потаскуха? — он сказал это еле слышно, чтобы не разгневать отца, но мою улыбку он оценил не так, как надо было. — Чего вылупился, простолюд? А? Царя увидел?

— В империи, да, — усмехнулся я и, как ни в чём не бывало, прошёл вслед за Аней.

В целом, встреча с сыном Жана прошла успешно. Он в течение всего дня особо к нам не лез, да и мы из комнаты, которую выделили нам, тоже. Причём Воробьёв, на моё удивление, общался с нами как с близкими родственниками. Заходил со стуком, спрашивал, чего бы мы хотели, и вёл себя как дядя.

Аня, которая вдоволь насмотрелась на все эти «приходы-заходы», в один момент рявкнула, мол, занято. Так Жан и не заходил к нам.

На все вопросы: «зачем и почему» она просто пояснила, мол, границы дозволенного хотела проверить.

В общем, день «родственников» прошёл успешно. А на следующее утро, уже с Гариком за рулём вместо Аси, мы ехали в сторону академии. Причём вчетвером.

Светловолосый юноша, а в частности, сынок Жана, оказывается, тоже сегодня поступал в академию. Точнее, он уже поступил и ждал распоряжения на курс, как и мы, собственно говоря.

Звали его Эдик, на вид слишком надменный, но спокойный, и всё же, он разговорился с нами.

Оказалось, что отношение его отца к нам было обусловлено простым: мы — его вложение. Когда мы подрастём, закончим академию, кто долго, а кто и экстренно, мы будем приносить доход в его казну, уничтожая тварей из порталов. Так что…

«Мерзость, — подумал я. — Хотя, это вполне логично. Проще расположить к себе детей в раннем возрасте, так сказать, проявить заботу и показать, что ты всё равно мне важен, чтобы затем, в период взросления, вырабатывать собачью преданность».

Только вот со мной это бы не прокатило. Я понимал, с чем столкнулся, и у меня из головы не выходила Ася. И Эдик про неё тоже много что рассказал.

Например, так как их мать, маг третьего круга, знать бы ещё что это, находилась за рубежом в командировке в Пруссии, папашка таскал в дом всяких бизнесвумен. Тоже магичек, к слову, но не боевых.

Вот каждую неделю кто-то новый становился у него в должности личного секретаря, и эта Ася была не исключением. Но никто из них не догадывался, что она за тварь такая.

К академии мы прибыли в полдень. И, так сказать, само здание, как и его территория, выглядело просто божественно.

На высоком холме располагался замок, выполненный в каком-то средневековом стиле, если судить по моему миру. Высоченные стены закрывали его от лишних глаз, а барьер здесь сиял ещё ярче, чем в городе.

Что было самым занятным, так это местность. Вокруг был лес, спуск к руслу реки, которая вытекала из озера. И в целом, здесь было очень красиво, но пусто.

Барьер Псковской области мы проехали ещё пару часов назад, о чём нам сообщил сам Эдик. А здесь, у академии, он был свой и сиял поярче, так что мне не показалось. Только вот Эдик, как и водитель, не могли его видеть. Они же не маги.

Проезжая по длинному каменному мосту ров, мы попали в поток машин. Их тут оказалось очень много. И, уже будучи на территории КПП, нас встретила местная охрана и первые недовольные лица.

Выходя из машины, я услышал недовольство от принимающей стороны, сторожей и кураторов, которые вопили, мол, охренели дворяне. Якобы всем было велено ехать поездом, как и положено, но последние два года аристократы вообще не считаются с правилами.

Ну а затем, я с головой окунулся в новый для себя мир.

Нас, ещё на парковке около здания академии, распределили и разделили. Меня и Эдика забрал лысый мужчина с очень глупым лицом, но внушительным рельефом мышц, а вот Аню забрала высокая и статная женщина с угрюмым выражением, написанным на лице. Увели в сторону, подальше от «сброда», как выразился Эдик.

Затем мы вошли в небольшую арку и попали на плац, ограждённый со всех сторон каменными стенами.

Стены, к слову, были жилыми. С окнами и дверями на первом этаже.

— Общежитие, — пояснял Эдик, который с какого-то перепугу решил немного пообщаться с простолюдином вне машины. — Четыре корпуса для четырёх курсов.

— А сколько их всего? — Ответ, в целом, был очевиден, но что-то мне подсказывало, что курсов было больше.

И я не прогадал.

— От пяти и выше. Есть и восьмые, например, — он повернулся ко мне вполоборота и хмыкнул. — Мой старший брат до сих пор считается курсантом, хотя уже давно хреначит тварей на границе с Латвийской империей.

— Забавно…

Мужик привёл нас к другим ребятам, моим ровесникам на вид, и нас, как оказалось, было не очень-то и много. Не больше шестидесяти. Тут была масса знакомых лиц, которых я видел на испытании, и сказать, что они были подавлены, значит не сказать ничего.

Из перешёптываний того же Эдика, например, я узнал, что случилось с простолюдинами, которые были тут. Так как мы приехали в самом конце, то пропустили потасовку. Их немного помяли местные представители высшего сословия, показывая своё место.

Любопытно, будут ли желающие рыпнуться на меня?

И желающий появился сразу. Мы невзлюбили друг друга с первого взгляда! Парень, который встал со мной по команде: «стройся», был на голову выше, чуть шире в плечах и принадлежал роду Орловых. Такой, надменный тип с очень противной ухмылкой.

Он первым делом толкнул меня плечом, а потом процедил сквозь зубы:

— Встань нормально, шакал.

— Вообще, — я выровнялся, — за такое обычно извиняются.

Это было ошибкой. Ну, точнее, он решил так и сообщил мне об этом, думая, что я буду бояться его.

К строю вышел мужчина в сером костюме без каких-либо эмблем и орденов. Даже без погон. Представился куратором — Оленюком Степаном и сообщил нам, что эти первые полгода превратятся в ад для нас.

Сразу же поступил вопрос, который и я бы с удовольствием задал:

— Почему полгода?

— Один курс — полгода, — басисто ответил Оленюк. — А теперь, все в расположение общежития. Сегодня вас ждут занятия. Обед — по расписанию, через час. Затем, одна пара.

Были возмущения по поводу учёбы в первый день. Даже не то чтобы возмущения, а «мечтания», что будет официальное посвящение в курсанты, званный ужин и непременно сексапильные магички. И по большей части, что удивило меня, об этом мечтали аристократы.