Сентябрьская луна - О'Бэньон Констанс - Страница 81

30

Позади себя Камилла слышала топот лошади Хантера. Охваченная паникой, она низко склонилась к шее своего коня, то и дело понукая его бежать еще быстрее. Надо было добраться до дому вовремя, чтобы спасти Антонию и тетю Пруди! Боже, неужели никто не заметил пожар и не пришел им на помощь?!

Конь Хантера вырвался вперед. Камилла молила Бога дать им обоим крылья. «Скорее, скорее! – повторяла она про себя. – Только бы не опоздать!»

К тому времени, как они подъехали к дому, все левое крыло было уже охвачено пламенем. Соскочив с лошади, Камилла увидела Сантоса, выносившего на руках из дома тетю Пруди. Нелли, Невада и сыновья Сантоса образовали цепочку и передавали друг другу ведра с водой, которую черпали из поилки для лошадей. Камилла сразу поняла, что это бесполезно: воды не хватит, чтобы спасти дом.

Она упала на колени и взяла свою тетю за руку. Лицо Пруденс почернело, она дышала с трудом. Камилла судорожным усилием проглотила рвущееся из горла рыдание. Милая, добрая, кроткая тетя Пруди! Она никогда никому не делала зла, и вот она умирает! Наклонившись, Камилла прижалась головой к груди Пруденс и услыхала, как слабо и неровно бьется ее сердце.

– О, тетя Пруди, я вас так люблю! – заплакала она.

Пруденс попыталась приподняться, но тут же вновь бессильно повалилась на руки Сантоса.

– Антония… – хрипло прошептала она. – Я пыталась спасти Антонию… Кто-то должен вытащить ее из дома!

Камилла вскочила на ноги и бросилась ко входу в дом. Языки пламени уже лизали правое крыло, в котором находилась спальня девочки. Но не успела она добежать до крыльца, как Сантос схватил ее за руку.

– Ты не можешь туда войти, Камилла, там сущий ад! Огонь повсюду.

– Пусти! – закричала она. – Там моя дочь!

– Хантер уже в доме. Он найдет Антонию.

– Он не знает, где ее спальня, Сантос. Они оба сгорят заживо! Дай мне им помочь!

Сантос с ужасом почувствовал, что не сможет ее удержать: Камилла боролась с удесятеренной силой. Выбора не оставалось.

– Ради твоего же блага, Камилла, – пробормотал Сантос и, размахнувшись, нанес ей оглушающий удар по подбородку.

Камилла ощутила мгновенную боль и тотчас же погрузилась в черное забытье. Она была без сознания, когда ее позвала Пруденс, и не слышала, как минуту спустя ее тетя в последний раз глотнула ртом воздух и умерла на руках у Сантоса.

Отбиваясь от языков пламени, тянувшихся к нему со всех сторон, Хантер стремительно взбежал по лестнице. Достигнув верхней площадки, он лихорадочно огляделся, не зная, какая дверь ведет в спальню его дочери.

– Антония! – закричал он в отчаянии. – Где ты, Антония? Ответь!

Это же была его дочь, его маленькая девочка, он должен был ее найти!

– Антония, отзовись!

У него ноги подкосились от облегчения, когда он расслышал тихие всхлипывания за дверью одной из комнат. Повернув ручку, Хантер ворвался внутрь. В комнате висел такой густой дым, что у него защипало глаза и перехватило дыхание.

– Антония, где ты?

– Мне страшно! – послышался в ответ тоненький дрожащий голосок.

Хантер отбросил в сторону ворох скомканных покрывал и нашел свою дочку, забившуюся в угол кровати. Ее личико и белая ночная рубашка были перепачканы сажей.

Он подхватил ее на руки и прижал к себе.

– Все хорошо, милая. Я не дам тебя в обиду.

Пухлые детские ручонки обвились вокруг его шеи.

Антония дрожала всем телом. Оглянувшись на дверь, в которую он только что вошел, Хантер с ужасом увидел, что выйти они не смогут: в дверном проеме сплошной стеной бушевало пламя. Он бросился к окну и заметил дуб, растущий в двух футах от стены дома. Это был единственный путь к спасению.

Посадив девочку к себе на спину, Хантер заставил ее вновь обнять его за шею.

– Ты должна держаться очень крепко, Антония! Мне придется прыгнуть. Ни в коем случае не отпускай меня, понятно?

Он вылез в окно. Времени было в обрез: весь дом уже полыхал, языки пламени подбирались к шторам в спальне.

– Ну, держись, милая!

С этими словами он прыгнул и ухватился за толстый дубовый сук. Ручки Антонии скользили и вот-вот готовы были разжаться. Хантер понял, что надо спешить. Раскачавшись хорошенько, он одним махом забрался на сук вместе с девочкой.

– Все, детка, не бойся, мы спасены, – сказал он ей, осторожно усевшись и опять прижимая ее к себе обеими руками.

Только осознав, что ей грозит опасность сгореть заживо, Хантер по-настоящему понял, как дорога ему эта маленькая девочка. Дрожь облегчения пробежала по его телу, когда он прижался своей обветренной, загрубевшей щекой к ее нежной щечке.

Тем временем Хуан и Франциско уже успели подбежать к дереву. Хантер бережно передал им Антонию и сам спрыгнул на землю. Тут раздался страшный треск, и весь дом обвалился, подняв тучу искр до самого неба. Несколько минут Хантер не мог оторвать глаз от жуткого зрелища. Потом он оглянулся в поисках Камиллы и обнаружил ее лежащей на земле. Сантос поддерживал ее голову.

– Что случилось?! Она не ранена?

– Мне больно говорить об этом, сеньор Кингстон, но пришлось ее оглушить. Только так я мог ее удержать: она рвалась в дом спасать Антонию, – печально признался Сантос. – У меня не было другого выхода.

Взгляд Хантера задержался на укрытом черным покрывалом теле Пруденс О'Нил и вновь вернулся к Сантосу. Старший вакеро с грустью покачал головой.

– Сеньора О'Нил так сильно обгорела, что ее смерть можно считать избавлением. Она была бы обезображена и мучилась бы от страшной боли, если бы выжила. Но Камилла придет в отчаяние, когда очнется…

Оглядевшись вокруг, Хантер убедился, что больше никто не пострадал. На развалинах дома по-прежнему бушевал огонь. Он уже добрался до ветвей дуба, послужившего им с Антонией спасительной лестницей.

С тяжелым вздохом Хантер обратился к Неваде:

– Пожалуй, пора запрячь повозку. Я отвезу Камиллу и Антонию к себе на ранчо.

Он посмотрел на Нелли, державшую на руках его дочь. Она выглядела потерянной и глубоко несчастной, по ее лицу катились слезы, которых она даже не замечала.

– Вам тоже лучше поехать с нами, Нелли. Когда Камилла очнется, ей понадобится ваша помощь.

Все были так потрясены событиями этой ночи, что никто не заметил, как небо заволокло тучами. Вдруг зигзагообразная вспышка молнии прорезала небосклон и в отдалении прокатился гром. Казалось, что из гигантской бочки внезапно выбили днище: на землю сплошным потоком обрушился ливень.

Хантер подхватил Камиллу на руки и отнес ее в уцелевший от пожара амбар. Все остальные последовали за ним, спеша укрыться и переждать дождь. Вода падала на землю и мгновенно впитывалась в глубокие трещины, но в сердце Хантера не было радости, пока он смотрел, как огонь, шипя, отступает и гаснет под ударами дождя. Он взглянул на Камиллу, и у него защемило сердце. Она так много потеряла за одну ночь! Завтра ей предстоит это осмыслить: примириться со смертью тети и утратой дома.

Камилла вдруг зашевелилась и пробормотала:

– Антония… Где моя девочка?

– Антония в безопасности, – успокоил ее Хантер.

Она закрыла глаза и снова погрузилась в забытье. «Скорее всего ей просто не хочется приходить в себя», – мрачно подумал Хантер. Она еще не готова взглянуть в лицо страшной действительности.

Камиллу разбудил шум дождя, стучащего по стеклу. Открыв глаза, она огляделась в полной растерянности. Где она? Комната – совершенно ей незнакомая – была слабо освещена светом лампы, стоящей на ночном столике. Ее недоуменный взгляд остановился на Хантере. Он стоял, повернувшись к ней спиной, и смотрел в окно.

– Хантер?

Он вздрогнул и обернулся, а потом медленно подошел и опустился на край кровати.

– Тихо, тихо, тебе нельзя много говорить. Не нервничай: Антония не пострадала. Вы в моем доме. Антония и Нелли спят. Я остался с тобой, потому что знал, что ты испугаешься, проснувшись в незнакомом месте.

Вдруг глаза Камиллы округлились от ужаса, и она протянула Дрожащую руку к Хантеру.