Сентябрьская луна - О'Бэньон Констанс - Страница 68

– Это не имеет значения, Сантос.

– Поверь, у него действительно неотложные дела. Должен сказать, что я очень уважаю Хантера Кингстона, Камилла. Раньше я его не любил за то, что он сделал с тобой, но теперь, узнав его лучше, могу сказать, что он мне нравится.

– Ты плохо его знаешь, иначе ты бы так не говорил, – возразила Камилла, отодвинув тарелку и поднимаясь на ноги. – Он может быть неотразимым, когда захочет. Но на самом деле это беспощадный человек, который не останавливается ни перед чем, чтобы достигнуть своей цели.

– Ты несправедлива к нему, Камилла. Он просто очень сильный. Я увидел воочию, какой властью он обладает, пока мы искали тебя. Его имя пользуется уважением, и дело не только в имени. Он сам по себе является силой, с которой все вынуждены считаться.

– Я знаю. Мне самой пришлось считаться с этой силой… Если помнишь, именно эта сила заставила меня в юности покинуть Техас!

– Постарайся похоронить прошлое, Камилла. Если ты наполнишь свою жизнь ненавистью, для любви места не останется, а ведь сеньор Кингстон стал твоим мужем. Вспомни своего отца, девочка, и поверь мне: озлобленность ни к чему хорошему не приведет.

Камилла подняла с земли свою тарелку с рыбой и направилась к реке, разыскивая Цезаря. Она не хотела говорить о прошлом, не желала выслушивать от Сантоса напоминания о том, что ее снедает жажда мести. Ну почему она все время попадает в силки, расставленные Хантером?! Неужели ошибки прошлого ничему ее не научили? Ведь она прекрасно знает, что Хантеру нельзя доверять, и до сих пор ведет себя так же глупо, как в семнадцать лет! Бросается Хантеру на шею, стоит ему поманить пальцем…

С минуту Сантос провожал Камиллу взглядом, потом с тяжким вздохом повернулся, чтобы залить водой костер. Рассказать ей, почему Хантер уехал не простившись, он не мог: это только расстроило бы ее еще больше. К тому же Хантер взял с него слово ничего ей не говорить. Перед рассветом Сантос и Хантер долго сидели у костра и обсуждали возможность того, что Уэйд Робертс замешан в нападении на Валье дель Корасон! Если это правда, значит, Камилла по-прежнему в опасности. Хантер решил отправиться вперед в поисках доказательств и не тревожить Камиллу, пока не установит истину: нельзя было исключить и того, что Уэйд невиновен, а его появление в Санта-Розе – не более чем совпадение.

Сантос запаковал припасы и погрузил их на свою лошадь. Ему хотелось поскорее добраться до дому. На ранчо было много работы, он и так слишком долго отсутствовал.

Камилла выложила рыбу на плоский камень, и Цезарь с жадностью набросился на нее, а его хозяйка со вздохом поглядела на юг. Скорей бы попасть домой! Она чувствовала себя измученной и несчастной. Столько раз твердила себе, что больше не позволит Хантеру заманить ее в ловушку, но стоило ему прикоснуться к ней, как она обо всем забывала… «Ладно, – ожесточенно пообещала себе Камилла, – следующего раза не будет». Она наконец усвоила урок!

И все же, отъезжая вместе с Сантосом от места стоянки, Камилла не удержалась и бросила прощальный взгляд на высокое мескитовое дерево, под которым прошлой ночью лежала в объятиях Хантера. Но потом решительно повернула лошадь и поскакала вперед, к дому.

Они ехали весь день, останавливаясь только для того, чтобы дать отдых лошадям. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь топотом копыт и редкими криками Цезаря, летевшего над головой. Камилла то и дело понукала своего усталого коня, заставляя его скакать галопом. Ведь каждый шаг приближал ее к дому!

Хантер спешился перед домом Робертсов и огляделся вокруг, с удивлением подмечая явные признаки процветания. К дому было пристроено новое крыло, в загонах паслись отличные лошади, позади амбара высилась только что отремонтированная конюшня. Во всем этом не было бы ничего странного, если бы не одна деталь: ранчо Уэйда процветало в то самое время, когда все его соседи еле сводили концы с концами.

Хантер постучал в дверь, и ему открыла мать Уэйда. Узнав его, она приветливо заулыбалась.

– Хантер! Вот не ожидала! Я давно уже говорила Уэйду, что ты к нам почему-то больше не заглядываешь.

Волосы миссис Робертс стали совсем седыми, из пучка на затылке выбилась серебристая прядь. Поправляя прическу, она еще раз одарила Хантера ласковой улыбкой. Он снял шляпу и улыбнулся в ответ.

– Уэйд дома, миссис Робертс?

– Нет, его нету, но ты все-таки заходи, присядь на минутку. Надеюсь, ты не станешь возражать, если я приглашу тебя в кухню? Я как раз хлеб в печку сажаю.

Проходя через гостиную, Хантер заметил новый ковер на полу и новую мебель. Трудно было поверить, что во время засухи владелец ранчо может так преуспевать!

Миссис Робертс усадила его за кухонным столом и угостила стаканом холодного яблочного сидра, а сама принялась месить тесто на посыпанной мукой доске.

– А давно Уэйд уехал? – спросил Хантер, не спуская глаз с ее лица.

Миссис Робертс оставила тесто и задумчиво вытерла руки передником.

– Да вот уже недели три-четыре, как его нет. Вечно он где-то бродит! А до меня дошли приятные новости о тебе и Камилле. Почему же вы ото всех скрыли, что собираетесь пожениться? А ведь было время, когда Уэйд тоже увивался за Камиллой! Правда, после того, как она уехала, он вроде бы потерял надежду. Но вот когда вернулась… – миссис Робертс прервала себя на полуслове и вздохнула. – Одним словом, Уэйд всегда мечтал о несбыточном.

Оглядывая кухню, Хантер заметил новую печь.

– Похоже, ваше ранчо приносит доход, миссис Робертс?

– Верно, и все благодаря моему сыну! Он нашел способ добывать деньги и все, что ни заработает, вкладывает в родное ранчо.

– Вот как? Хотел бы я знать, что он сейчас поделывает. Я его в последнее время редко вижу.

Миссис Робертс опустила взгляд и посмотрела на свои руки.

– Я слышала, что вы с ним повздорили на балу в честь Дня Урожая… Не нравится мне, когда люди ссорятся. Ведь в детстве вы с ним были такими хорошими друзьями!

– Я прекрасно помню, как в детстве приходил сюда. Вы всегда угощали нас с Уэйдом имбирными пряниками.

– О, то было в доброе старое время, когда наше ранчо почти не уступало вашему. С тех пор нам пришлось пережить нелегкие дни, но сейчас, слава Богу, дела идут на лад. Мы живем почти так же хорошо, как и тогда. Уэйд в последнее время словно ожил.

– Но вы так и не сказали, откуда он раздобыл деньги, чтобы спасти ранчо, миссис Робертс.

Она усмехнулась и опять принялась месить тесто.

– Что ж, могу сказать. Думаю, вреда от этого не будет. Ты ведь не станешь отбивать у него дело, Хантер? Так вот он нашел долину, где полным-полно диких мустангов! Он их ловит и продает военным. Вот почему его неделями не бывает дома. Ведь ловить мустангов – работа не из легких.

Хантер осушил свой стакан и встал.

– Когда Уэйд вернется, пожалуйста, непременно передайте ему, что я заходил.

– Как, ты уже уходишь? А у меня в печи сидит пирог с персиками. Подожди еще чуть-чуть, и я отрежу тебе кусок.

– Спасибо вам большое, но мне пора. Я сегодня же отправляюсь в Эль-Пасо.

Мать Уэйда проводила его до дверей и постояла на пороге, пока он садился на лошадь.

– Заходи еще, Хантер, ты же нам не чужой.

Хантер улыбнулся на прощанье и пришпорил коня. В сущности, он выяснил то, что хотел, и ему стало очень жаль миссис Робертс. Хантер прекрасно знал цены на мустангов; ему было ясно, что Уэйд никоим образом не мог раздобыть денег на восстановление ранчо таким образом…

Теперь надо было спешить в Эль-Пасо. Возможно, ему удастся найти ответы на кое-какие вопросы. Хантер отлично понимал, что жизнь Камиллы будет под угрозой, пока он не выяснит, кто в ответе за нападение на ее ранчо. Но если Уэйд виноват, тогда страшно даже подумать, как это отразится на его матери. Хантер всегда тепло относился к миссис Робертс. Он не сомневался, что она ничего не знает о делах своего сына.

Было уже темно, когда Камилла и Сантос добрались до Валье дель Корасон. Камилла спрыгнула с лошади и бегом бросилась к дому, пока Сантос отводил лошадей в конюшню.