Сентябрьская луна - О'Бэньон Констанс - Страница 24

Уэйд поглядел на нее искоса.

– Мы, конечно, можем оставаться друзьями еще некоторое время, но не жди, что я этим удовольствуюсь. Мне нужно нечто большее, Кам!

В этот самый миг снова заиграла музыка, и к Камилле подошел очередной кавалер. Она подняла голову и увидела Хантера! Вид у него был грозный, в карих глазах читалось штормовое предупреждение. Ни слова не сказав Уэйду, он взял Камиллу за руку, обнял ее и увлек за собой в танце.

Сперва она так опешила, что потеряла дар речи.

– Кажется, тебя можно поздравить, Камилла? – глухо произнес Хантер. – Все вокруг только и говорят, что о вас с Уэйдом.

– Я думала, ты не из тех, кто слушает сплетни. Меня лично они нисколько не беспокоят.

– И напрасно, иначе бы ты узнала, какова репутация Уэйда Робертса. Он не слишком щепетилен в отношении женщин… Говорят, в последнее время он оказывает тебе усиленное внимание. Неужели тебе нравятся такие, как он?

Тут испанский темперамент Камиллы дал о себе знать. Впервые за столько месяцев Хантер соизволил обратить на нее внимание и при этом обвиняет ее… в чем? Да как он посмел?

– Уэйд – мой друг, Хантер. Мне с ним весело. К тому же он настоящий джентльмен. Кстати, мне казалось, что он и тебя тоже считает своим другом.

Рука Хантера еще крепче сжала ее руку.

– Я слишком хорошо знаю Уэйда. Он не стал бы за тобой ухаживать так откровенно, если бы не усматривал в этом какой-то выгоды для себя!

Камилла ошарашенно заморгала. Да как у него язык повернулся сказать такое?!

– Ты считаешь, что мужчины проявляют ко мне интерес только потому, что могут извлечь из этого какую-то пользу? Что ж, может, ты и прав. Возможно, мы с Уэйдом больше чем просто друзья! Но в любом случае тебя это не касается!

Хантер теснее прижал ее к себе и закружил по всему бальному залу в каком-то бешеном темпе. Заглянув ему в глаза, Камилла увидела в них смертоносный блеск.

– Я убью его, если это правда! Ты позволила ему прикоснуться к тебе, Камилла?!

– Хантер, мне больно! Люди смотрят! Пусти меня!

– Похоже, я получил ответ на свой вопрос, – прошипел он. – Что ж, еще прошлым летом я знал, что ты созрела для мужчины… Но каким же я был дураком, что оставил тебя другому!

Щеки Камиллы вспыхнули, она больше не могла и не желала сдерживаться. У нее руки чесались закатить Хантеру пощечину, и лишь присутствие посторонних заставило ее удержаться от искушения. Поэтому она нанесла удар единственным доступным способом – на словах.

– Может, ты и вправду свалял дурака, Хантер. В отличие от тебя, Уэйд не рассуждал, не слишком ли я молода и что скажут по этому поводу родители. Я нравлюсь ему, какая есть!

Хантер замер как вкопанный, и ей показалось, что все глаза устремлены на них.

– Будь ты проклята, Камилла! – прошептал он наконец и с этими словами ринулся к выходу, оставив Камиллу одну посреди зала.

Она чувствовала себя униженной – и не столько его словами, сколько собственной ложью. Слава Богу, Уэйд пришел ей на помощь! Без него Камилла просто не знала бы, что делать. Он взял ее за руку и отвел к столу с напитками, болтая как ни в чем не бывало о пустяках, чтобы дать ей возможность прийти в себя.

Но по дороге домой Уэйд остановил коляску на обочине и внимательно взглянул на Камиллу.

– Мне бы хотелось поговорить с тобой о Хантере, Кам.

– Ох, Уэйд, я очень устала… И кроме того – мне совершенно нечего тебе сказать. Прошу тебя, поезжай!

– Ну что ж, раз ты не хочешь… Ладно, поехали.

Когда они подъехали к Валье дель Корасон, Уэйд помог Камилле спуститься на землю и проводил ее до дверей.

– Знаешь, Кам, ты всегда можешь со мной поговорить о чем угодно. Если тебе вдруг захочется поделиться с кем-нибудь, только позови, и я приду! Я не шутил, когда сказал, что хочу быть тебе больше чем другом.

Приподнявшись на цыпочки, Камилла поцеловала его в щеку.

– Если я когда-нибудь и решусь с кем-то поговорить, Уэйд, то только с тобой.

Стоя на крыльце, она проводила его глазами. Ну почему ее сердце не выбрало Уэйда?! Он такой добрый и чуткий. Он никогда не давал ей понять, будто она недостаточно хороша для него… Грубость Хантера, его странное поведение на балу все еще причиняли ей боль. Что все это значило? За что он так рассердился на нее?

Стояла прекрасная ночь, в небе ярко светила сентябрьская луна. Камилле только что исполнилось семнадцать, а она чувствовала себя всеми брошенной. Отец уехал в Восточный Техас закупать скот, никто в имении, кроме Сантоса и Марианны, не вспомнил о дне ее рождения… Камилле не хотелось заходить в дом: сегодня она особенно остро ощущала свое одиночество.

Внезапно чья-то тяжелая рука опустилась ей на плечо. Камилла вскрикнула и обернулась. Угрюмый и мрачный, перед нею стоял Хантер!

– Мне надо с тобой поговорить, – буркнул он.

– По-моему, ты сегодня уже сказал более чем достаточно. Мне, во всяком случае, больше нечего тебе сказать.

Но Хантер, не обращая внимания на ее слова, подхватил Камиллу под руку и чуть ли не силой потащил за собой.

– У меня есть вопросы, на которые я, черт побери, хочу получить ответы! И я своего добьюсь!

– Хантер, мне больно! – запротестовала Камилла, пытаясь высвободить запястье.

– Молчи, не поднимай шума!

Недалеко от крыльца была привязана его лошадь. Хантер подсадил Камиллу и сам вскочил в седло позади нее. Они поскакали прочь от дома, и Камилла догадалась, что Хантер везет ее на берег, к заветному месту их свиданий. Всякое сопротивление казалось бесполезным, но Камилла была вне себя от гнева. Да кто он такой, этот Хантер Кингстон?! Как он смеет таскать ее за собой, словно тряпичную куклу?!

Едва Хантер остановил лошадь, спешился и помог ей сойти, Камилла демонстративно повернулась к нему спиной, подошла к кромке воды и уставилась на противоположный берег. Услышав его шаги, она выпрямилась и приготовилась к бою.

– Я хочу предостеречь тебя, Камилла, – сухо начал он.

Она наконец повернулась к нему лицом.

– Вот как? Но ведь ты мне никто, Хантер! Не отец, не брат, не муж. Я тебе не принадлежу. Я уже и не помню, когда видела тебя в последний раз!

– Послезавтра исполнится ровно десять месяцев с тех пор, как мы перестали встречаться на берегу. Но ты, как видно, за временем не следишь… Кстати, поздравляю с днем рождения. Тебе ведь исполнилось семнадцать? – Хантер по-прежнему говорил сквозь зубы.

– У тебя хорошая память. А теперь, может быть, ты все-таки отвезешь меня домой?

– Постой, Камилла. Я как-никак чувствую некоторую ответственность за тебя и не могу допустить, чтобы ты встречалась с Уэйдом Робертсом!

– А с кем же мне встречаться? Может быть, с тобой? Почему бы тебе не вернуться к Лидии и не оставить меня в покое, Хантер?

– Черт возьми, Камилла, неужели ты не понимаешь?! У меня сердце на части разрывалось, когда я видел тебя с ним сегодня! А когда ты дала мне понять, что он… был близок с тобой, я чуть было не задушил его голыми руками!

– Боже мой, Хантер, да неужели ты ревнуешь?!

Эта мысль поразила и обрадовала Камиллу.

– Да, разрази меня гром! Я ревную к Уэйду и к любому другому, кто может к тебе прикоснуться! Я ушел с бала и поехал прямо в Валье дель Корасон, решил дождаться твоего возвращения. А потом подумал: вдруг ты не вернешься домой? Я чуть с ума не сошел! Стою, дожидаюсь, а сам так и вижу, как Уэйд тебя обнимает… Я готов был разорвать его на куски!

Он стиснул зубы, словно устыдившись собственного признания, но потом вдруг протянул руку и нежно провел пальцами по щеке Камиллы.

– Ты просто представить себе не можешь, через какой ад мне пришлось пройти, Кам! Сколько раз я мечтал снова оказаться здесь с тобой, любить тебя… Я убеждал себя, что поступил правильно, отказавшись от тебя, но в глубине души чувствовал, что это не так.

Он резко притянул ее к себе, и Камилла задохнулась от восторга. Хантер ее не забыл! Она нужна ему! Он ревнует! Сердце у нее оглушительно билось, эхом отдаваясь в ушах.