Однажды в Древней Греции (СИ) - Леженда Валентин - Страница 42

Сладко позёвывая неожиданно очнулся Фидиппид.

- Мужики… - обалдело спросил он, во всю тараща глаза. – А вы, собственно, кто такие?

- Приехали! – сокрушённо покачал головой Дионис. – Здравствуй, камень, я Сизиф.

- Спятивший философ? Бог Дионис? – марафонец тщательно протёр глаза. – А вы мне точно не снитесь?

- К сожалению, нет, – печально подтвердил олимпиец. – Потому что хуже чем этот сон может быть только Посейдон с сильного перепоя.

***

Каким образом тирренские морские разбойники договорились о встрече с судном богоборцев у берегов Крита, так и осталось неразрешимой загадкой.

Хотя не исключено, что разбойники использовали голубиную почту или более медленный, но невероятно надёжный способ под замысловатым названием «Почтоликус-тортилос».

Требовалось всего лишь нацарапать важное послание на панцире специально натренированной морской черепахи и бережно опустить оную в воду. Хотя доставка важного сообщения в этом случае могла затянуться на добрые сто лет.

Так или иначе, но знаменательная встреча благополучно состоялась. Славные боевые корабли подошли друг к другу вплотную. Взвились в небо крепкие абордажные канаты с крепкими железными крючьями, с грохотом были перекинуты с корабля на корабль широкие сходни.

Сам Лессал в сопровождении могучих братьев Ота с Эфиальтом важно взошёл на борт пиратского судна.

Увидав золотые доспехи храбрых братьев, многие разбойники тут же изошли алчной слюной.

- Красиво жить не запретишь… - между собой шептались поражённые золотым великолепием бандиты. – Славные ребята эти богоборцы, может и нам к ним податься…

На встречу Лессалу вышел Офидий и главари банд с чувством большого достоинства пожали друг другу руки.

- Пленник в порядке? – небрежно спросил сын плотника, пытаясь скрыть своё нетерпение.

- А как поживает обещанная бочка золота? – в свою очередь ловко ввернул одноногий.

- Бочка золота вполне себе здорова. Выкуп заплатят наши бравые соратники От с Эфиальтом, – кивнул Лессал. – Но сперва хотелось бы взглянуть на общее состояние божественного пленника.

- Да всё с ним в порядке… - беззубо скривился пират.

- А что с твоим носом, любезнейший, как-то он у тебя странно сегодня выглядит. Помниться, при нашей прошлой встречи он был более… что ли ровным, а сейчас съехал как-то набок…

- Поскользнулся на банановой кожуре, – снова жутко осклабился Офидий. – Итак, к делу. Парни, ведите олимпийца.

Из трюма тут же извлекли заранее связанного Диониса. Во рту покровителя виноделия торчал тряпичный кляп, а грудь была перевязана ярко красной подарочной лентой.

- Вот! – гордо сообщил пират. – Доставлен в наилучшем виде. Упакован и перевязан.

- Великолепная робота! – сын плотника медленно обошёл злобно таращащего глаза олимпийца. – Да это определённо он, я хорошо запомнил эту гадкую надменную рожу. Что, решил споить всю Грецию? Но мы то теперь положим конец всем твоим гнусным планам.

В ответ Дионис глухо замычал, яростно мотая головой.

Сбегавший на корабль богоборцев Эфиальт принёс под мышкой весело позвякивающий маленький бочонок. Глаза у пиратов при виде этакого зрелища разом заблестели.

- Сынки богатеев… - завистливо шептались разбойники. – Им то чего спокойно не жилось в своих мраморных дворцах… в богоборцы вот подались… как видно совсем от безделья…

- Золотая молодежь! – прицокнул языком Офидий, восторженно глядя на восхитительных братьев. – Откуда, Лессал, у тебя в отряде эти славные эллины?

- Да вот сами к нам пришли, – с гордостью ответил сын плотника. – Мы их специально не приглашали. Настоящие патриоты своей родины. Таких днём с огнём не сыщешь… Нам очень повезло, что они с нами.

- Ещё не умерла Греция, – разом выдохнули От с Эфиальтом делая равнения на темнеющий невдалеке родной берег. – И её слава и воля!

Как-то исхитрившись выплюнуть намокший во рту кляп, Дионис злобно заголосил:

- Ах вы, дебилы великовозрастные! Так значит вот куда пошло олимпийское золото вам недавно уплаченное. На грязные делишки дважды покойника Лессала.

Бравые братья пристыжено отвели глаза.

- Секундочку? – встрепенулся сын плотника. – А ну-ка объясни нам, рожа олимпийская, почему это я и вдруг дважды покойник?

- Ты уже в чёрном списке Зевса! – злорадно усмехаясь, радостно сообщил покровитель виноделия. – На самом первом почётном месте. И то, что ты до сих пор невредим, тоже далеко неспроста. Это такая своеобразная пытка, наказание ожиданием, потому что в любой момент с ясного неба может ударить белая молния и испепелить тебя к сатирам собачьим… одни дымящиеся сандалии от тебя, дурака, и останутся.

Услышав про молнию, пираты поспешно отодвинулись от предводителя богоборцев как можно дальше.

- Всё-всё, расходимся… - нервно пробормотал Офидий, принимая у Эфиальта обещанный бочонок с золотом. – Мне тут ещё не хватало сгоревшего корабля…

- Эй, купите и меня! – неожиданно донеслось из тёмного зева трюма. – Люди добрые, пожалейте немощного больного старика.

- Это ещё кто там у вас благим матом орёт? – удивился Лессал, с любопытством заглядывая в трюм.

- Да старикашка один сумасшедший… - махнул рукой одноногий, - мы его у берегов Лесбоса недавно пленили…

- А что он там делал на Лесбосе этом? – безмерно удивился сын плотника.

- Да вроде как правду искал.

- А вы чего там ошивались?

- Да провизией хотели запастись…

- Знаю я вашу провизию… - весело ухмыльнулся Лессал. – Небось по кустам прятались, чтобы за местными полуголыми обитательницами подглядывать…

- Не без этого, конечно…

- Мил человек, выкупи меня, а? – с надеждой донеслось снизу и безымянный философ вошёл в пятно яркого света бьющего с верхней палубы в трюм.

Завидев зловредного старикашку, сын плотника резко изменился в лице:

- Сколько за него хотите?

- Да на кой он вам? – изумился Офидий.

- Сколько?

- Четверть таланта!

- СКОЛЬКО?!! – взвился внизу родственник Нерея. – Да вы что там все разом охренели? За меня, светоча всей Греции, хранителя невероятной непочатой мудрости, неистового охотника за ускользающей правдой… четверть таланта?

- Забирай! – поморщился одноногий, принимая у Лессала мелкие медные монеты.

- Верните мне мой факел вечной истины, подлецы!!! – злобно орал старикашка, пока разбойники с руганью вытаскивали его из трюма. – Если вы его потеряли, то будете прокляты до седьмого колена, и у ваших жён будут расти волосы по всему телу, а ваши дети будут немощны, тупы и прыщавы, а ваши сёстры навсегда останутся старыми девами, а ваши матери…

Сказать про матерей философ не успел, потому что получил кулаком под рёбра от одного из пиратов.

- У-у-у-у… сатировы дети-и-и-и! – взвыл родственник Нерея и вроде как на время успокоился.

- Вы долговязого тоже забирайте, – сказал Офидий, давая знак разбойникам тащить наверх и Фидиппида.

- Какого долговязого? – не понял сын плотника.

- Ну этого… слугу бога Диониса. Он у нас идёт бесплатным бонусом к плененному олимпийцу…

- А ну тогда давайте и его, – кивнул сын плотника и, увидев выбравшегося на свет щурящегося марафонца, радостно произнёс. – Так вот это кто? Значит довелось нам снова свидеться, приятель…

- А ты то откуда его знаешь? – удивился Эфиальт протирая мягкой тряпочкой правый золотой наплечник.

- Этот грек имеет прямое отношение к вероломной краже моей чудесной невесты, – ответил Лессал, хорошенько давая ногой под зад связанному Фидиппиду.

- Так она же, вроде как, от тебя по собственной воле ушла? – изумился От.

- Ты бы тоже ушёл… - злобно сверкнул глазами сын плотника. – Если бы тебе предложили место на светлом Олимпе…

Пленники были благополучно переправлены на корабль богоборцев и пираты, сняв абордажные крючья и убрав сходни, поспешно отчалили себе восвояси нервно поглядывая на ясное в этот жаркий июньский день небо.