Однажды в Древней Греции (СИ) - Леженда Валентин - Страница 33

- Папа… - горячо шептала дрожащим голосом на ухо Нерею бедняжка. – Что это там в этой бочке за зелёное чудище прячется? Неужели они хотят выдать меня замуж за монстра морского невиданного?

- Крепись, дорогая! – слегка всплакнул, кажется уже сто раз пожалевший о своём решении отец. – Не иначе как сие испытание ниспосылает нам жестокая злодейка судьба!

Один лишь безымянный философ открыто радовался торжеству, звонко хлопая в ладоши и почему-то называя стоявшего рядом Зевса «Мой высокоучёный коллега с остова Крит».

- Итак, друзья мои! – произнёс улыбающийся Гименей. – Мы собрались здесь, чтобы стать свидетелями того, как два любящих сердца соединятся навеки в едином небесном акте великой чистой любви. Пусть же тот, кто имеет что-то против будущего брака, заявит об этом во всеуслышание прямо сейчас!

- О да-а-а-а… - неожиданно донеслось из-за спин недоумевающих гостей. – Мы сейчас вам как заявим…

Могучий хор охрипших голосов определённо доносился со стороны моря.

Гименей раздражённо присмотрелся, увидев приставший к берегу огромный боевой корабль, увешенный по бортам разноцветными щитами.

Многочисленные гости обернулись.

Ловко выудив из одежды длинную подзорную трубу, Зевс внимательно изучил выведенное на борту корабля черной краской броское название.

- «Одноглазый Арес»! – вслух прочёл Громовержец, тихо хихикая. – Как очаровательно…

- О-о-о-о… - ревели словно горох посыпавшиеся с корабля вооружённые до зубов головорезы.

Олимпийцы слегка занервничали.

- Это кто? – испуганно спросил Гименей. – Может родственники со стороны невесты?

И все дружно посмотрели на слегка пьяненького Нерея.

- Нет, что вы… - сконфуженно улыбнулся вещий старец. – Откуда у нас в семье столько молодых людей опасной наружности… у нас по большей части мирные пастухи да землепашцы.

- Тогда я совершенно ничего не понимаю! – покровитель брака принялся высматривать в толпе гостей так необходимого сейчас Зевса. – Происходит что-то явно незапланированное…

Тем временем непонятные незнакомцы уже добежали до первой ярко сияющей в темноте пустующей свадебной беседки и дико голося сравняли её с землёй.

- Так это же… - воскликнул златокудрый Аполлон, хорошо рассмотрев коренастого предводителя нападающих. – Это же бывший жених моей Дафны, по имени Лессал!

Следом за отважным сыном плотника размахивая боевыми мечами, гордо шествовали два бугая, закованные в очень знакомые сияющие золотом доспехи.

- От с Эфиальтом?!! – изумлённо проговорил благоразумно спрятавшийся за спиной у Аполлона Фидиппид. – А они-то что тут делают?

- Ах вот вы где! – воскликнул Лессал, подобравшийся к многочисленным гостям на расстояние полёта стрелы. – Все значит в сборе! Что-то не вижу я среди вас вашего Эгидодержавного предводителя. Что приболел, небось? Слёг на светлом Олимпе от беспробудного пьянства?

Услыхав подобное богохульство, всемогущие боги разом лишились дара членораздельной речи, один лишь Фидиппид не растерялся и визгливо прокричал в ответ:

- Кто вы такие, сатир вас всех побери?

- Мы, богоборцы!!! – хором ответило разъяренное войско. – И сейчас мы всех вас начнём немножечко убивать…

- Олимпийские боги бессмертны! – жалко проблеял крайне возмущённый происходящим Нерей.

- А вот это мы как раз сейчас наглядно и проверим!

- Что происходит? – глухо забубнил в бочке не на шутку переполошившийся Посейдон. – Что это за странные крики? Где моя прекрасная невеста? Всё ли с нею в порядке? Кто-нибудь ответьте мне, что у вас, в конце концов, творится?

- Да заткнись ты там уже… - раздражённо бросил Гименей и, ловко спрыгнув с помоста, помчался к припаркованной невдалеке спасительной тучке.

Дружно сомкнув щиты и выстроившись свиньёй, богоборцы медленно надвигались на растерявшихся обитателей Олимпа.

- От… Эфиальт! – прокричал Аполлон, сложив руки лодочкой. – Вам-то чем мы не угодили? Ну с Лессалом то всё понятно, дураку обидно за утраченную невесту, но вы то что делаете среди этих перекачанных тестостероном дегенератов?

- Мои волосы! – яростно проревел Эфиальт и, сняв боевой шлем, продемонстрировал всем желающим странные толстые торчащие во все стороны длинные космы. – Десять дней натирал я свою несчастную голову вашей дрянной амброзией и вот выросло у меня на голове этакое непотребство! Каждый кто видит меня, теперь смеётся надо мной, утверждая, что на моей голове поселился дохлый осьминог!

- Так это же дреды, чувак! Устрашающие врагов локоны! – рассмеялся златокудрый олимпиец. – Очень модная и невероятно сложная причёска! Радуйся своему счастью, а не ругайся!

- Не нужно мне такое дрянное счастье! – сплюнул себе под ноги бесстрашный Эфиальт. – Я пытался срезать эту пакость, но лезвие ножа тут же затупилось…

- Ну а ты От что имеешь против нас? – спросил у второго брата Аполлон, жалея что оставил на Олимпе своё золотое копьё и метко бьющий лук.

- Ничего не имею! – честно признался младший сын Алоэя. – Я тут просто за компанию!!!

- Стало быть Эфиальт тогда у пещеры благополучно отбился от пытающегося завладеть амброзией братца… - весело проговорил Фидиппиду Аполлон, разминая костяшки пальцев. – Как видно всю до последней капли целебную жидкость на притирания для своей лысины извёл, вот и получил в итоге самый крутой во всей Элладе причесон…

- Конец вашей власти над Аттикой! – утробно прорычал Лессал и бесстрашные бойцы кинулись на бросившихся в рассыпную гостей.

- Ах, стервецы, ах засранцы такие!!! – праведно возмутился Зевс, грубо стаскивая за шиворот упирающегося Гименея с единственной оставшейся волшебной эвакуационной тучки. – А ну пшёл вон, трусливая морда…

А на морском берегу уже завязалась нешуточная драка. Часть всемогущих богов давала достойный отпор наглым захватчикам, орудуя преимущественно длинными скамьями и крепкими глиняными кувшинами из-под вина.

- Держитесь, братцы! Я за молниеметателем! – уже из самого неба прокричал уносящийся к Олимпу Громовержец.

- Отступаем!!! – быстро сообразив что к чему глухо скомандовал Лессал. – Захватываем жениха и на корабль…

Богоборцы без особых проблем окружили массивную деревянную бочку и, повалив её на бок, очень резво покатили божественную ёмкость к своему кораблю.

Из булькающих недр доносилось такое, что бегущие рядом Эфиальт с Отом густо покраснели.

Так и не понёсшие никаких потерь храбрецы, триумфально взошли на «Одноглазого Ареса».

- И это всё ещё только цветочки! – воинственно размахивая боевым копьём прокричал с кормы бесстрашный Лессал. – Ягодки будут потом!!!

И в этот самый момент прямо с неба рядом с кораблём в песок ударила первая красная молния.

- Бросайте бочку в море… - скомандовал сын плотника. – Сатир с ней, делаем ноги!

Головорезы, пытавшиеся закатить на корабль довольно неуклюжую тару, попрыгали на палубу.

Вторая молния прошлась как раз по тому месту, где они были пару мгновений назад.

Третья попала аккурат в бочку.

- А-а-а-а-а… - дико завопил вывалившийся из дымящихся обломков Посейдон. – За что-о-о-о…

И Колебатель земли, держась за дымящиеся зелёные ягодицы, неуклюже кинулся к спасительному морю.

Хорошо рассмотревшая будущего мужа Амфитрита грохнулась в обморок, секундой позже к ней присоединился пьяненький папаша.

- Это мой коллега… - радостно тыкал пальцем в убегающего Посейдона полоумный родственник Нерея. – Автор философской теории «деятельного небытия» из далёкого Лемноса…

Очередная молния пропалила насквозь трепещущий на ветру парус, судорожно отчаливающему кораблю.

Но отважные богоборцы дружно налегли на длинные весла, и огромное судно стремительно кануло в ночной тьме.

- Охренеть!!! – выразил всеобщее мнение лучезарный Аполлон, помогая выбраться из под опрокинутого свадебного стола бледному Фидиппиду. – Нет, Фидя, ты это видел?

В ответ несчастный марафонец согласно икнул.