Однажды в Древней Греции (СИ) - Леженда Валентин - Страница 16

Зеваки развеселились.

Ну а когда «ужасный Пифон» с воем пустил из задней части громоздкого тела струю белого пара, греки и вовсе расхохотались.

Фидиппид быстро понял, что что-то пошло не по плану, посему предпочёл поспешно затеряться в радостно ржущей толпе.

- Глядите, опять! – ликующе прокричал кто-то.

Пифон снова проделал странную трубную манипуляцию из своей задней части, после чего попытался неуклюже взлететь. Но из этой затеи ничего путного не вышло, потому что чудовище грузно осело вниз, медленно заскользив по хребту ближайшей скалы. Смешно перебирая железными лапами, одна из которых почему-то была намного короче прочих, жуткий монстр задом наперёд жалко съехал вниз.

- Вот это представление! – веселились смертные. – И, главное, совершенно бесплатно… Не расходитесь, братцы, то ли ещё будет…

Неведомый весельчак как в воду глядел.

Исчезнув на время из виду, Пифон всё-таки собрался с последними силами и, утробно завывая, взлетел направляясь в сторону восхищенно обалдевающих смертных.

Кое-кто даже вроде как бросился бежать, но в этот самый момент прямо с неба раздался могучий голос.

- Не бойтесь, люди, ибо грядёт сейчас ваше избавление от кровожадного монстра…

- А мы, собственно, и не боимся! – загомонили смертные. – И не нужно нас ни от кого избавлять. Этот Пифон довольно прикольный, пусть ещё пару раз пустит из зада белый ветер…

- Могучий Аполлон… - как ни в чём не бывало продолжил бестелесный голос. – Избавит вас от сей напасти…

- Кто избавит?!! – греки любопытно закрутили головами. – Какой ещё Аполлон?

- Ё моё… - восхищённо выдохнула толпа, узрев стремительно летящего на белом облаке прекрасного белокурого мужика в золотых доспехах.

- Вот это красавчик! – разом прицокнули языками молодые гречанки. – Эй, блондинчик, тебе ночами одному не холодно? А то мы тебя, если что, быстро собою согреем!

Аполлон, понятное дело, не ответил, несясь на полном ходу к агонизирующему в небе Пифону. Казалось, ещё минута и жуткий монстр развалится на куски без посторонней помощи, так и не успев никого пожрать или с кем-нибудь отважно сразиться.

В руках Аполлона волшебным образом возник золотой лук с золотыми стрелами. Прекрасный воин грациозно натянул тетиву, готовясь выстрелить, но сильно дымящий Пифон неожиданно заложил в воздухе невероятно крутое пике и, развернувшись к атакующему богу своей массивной кормой, с воем выпустил в нападающего бога горячую струю клубящегося пара.

Аполлон нелепо взмахнул руками и со всего размаху врезался в чешуйчатые ягодицы ревущего монстра.

- Ох ты, ёпта… - разом сочувственно выдохнула толпа и все как один смертные дружно поморщились. – Вот это называется, серьёзно ВЛИП…

И под громкое жизнерадостное улюлюканье благодарных зрителей жуткое чудовище вместе с «прекрасным заступником» с грохотом рухнуло на дно ближайшего ущелья.

- Ёксель-моксель… параллакс! - громогласно разлилось по нахмурившемуся небу. – Да я тебя, Аполлон, после этого на куриный фарш лично пущу…

И Фидиппид с удивлением узнал в обладателе нечеловечески могучего баса своего недавнего знакомого Зевса.

***

Подбитого златокудрого воителя с места позорного крушения эвакуировал лично Гефест. Дело шло к вечеру и по мере того как темнело, любопытных эллинов становилось всё меньше и меньше.

Изучить дымящуюся воронку, оставшуюся после падения ужасного Пифона, никто так и не рискнул. Хотя разговоров по этому поводу, как водится, было очень много.

Божественный кузнец спустился с неба на волшебной тучке как раз в тот момент, когда последние из смертных зевак благополучно разошлись.

Внизу в терновых кустах Гефеста ждал насквозь продрогший Фидиппид, который чтобы согреться, неумело приплясывал на месте.

Вечера в ту незапамятную пору в древней Греции были на удивление тёмными и холодными.

- Значит это ты тот самый смертный, который вызвался помогать Зевсу? – спросил божественный кузнец, ловко спрыгивая с зависшей над землёй тучки.

Марафонец мрачно кивнул, рассматривая здоровенного смуглокожего качка в перемазанном сажей кожаном переднике.

- Эх, как же нехорошо всё вышло! – Гефест с чувством сплюнул себе под ноги. – Зевс на Олимпе рвёт и мечет! Мне каким-то чудом удалось проскользнуть мимо тронного зала незамеченным… Ведь в том что произошло есть и моя доля вины… М-да… Ладно, забирайся ко мне на платформу и летим к этому злополучному ущелью подбирать безвинно пострадавшего…

Когда подлетели к нужному месту, уже почти что совсем стемнело.

Задумчиво погладив гладко выбритый подбородок, божественный кузнец склонился над тёмным зевом воронки и, сложив руки лодочкой, громко крикнул:

- Эй, Аполлоша, ты там как живой?

Из дымящихся недр зловещего ущелья послышался тихий стон, тут же сменившийся отборной изощрённой руганью.

- Жив! – радостно констатировал Гефест. – Раз ругается, значит в сознании… а то бы пришлось нового сотрудника выписывать. А это такая, я тебе скажу, морока… Одних только электронных анкет следует заполнить добрую сотню… Совместимость с уже сложившимся научным коллективом выяснить, вредные привычки, судимости, пожелания будущих коллег… Гм… Значит так, я сейчас вниз спущусь, а ты меня наверху жди, поможешь, если что, отнести пострадавшего на платформу…

Фидиппид согласно кивнул и божественный кузнец, приземлив пушистое облачко на краю ущелья, принялся осторожно спускаться в яму, используя какие-то надетые на руках и ногах непонятые светящиеся штуки.

Через пару минут внизу послышалось странное лязганье. Кто-то определённо бил чем-то тяжёлым по куску искорёженного железа. Ещё через минуту Гефест тяжело выбрался из ямы, неся на плече непонятную обуглившуюся конструкцию.

- Задняя правая нога Цербера! – пояснил он удивлённому марафонцу. – Сейчас заброшу её на подъемник и пойду за Аполлоном…

Освободившись от обгоревшей ноши, божественный кузнец тяжело разогнул спину и, поплевав на мозолистые руки, снова канул в чёрном дыму.

На этот раз Гефест появился из ямы задом наперёд. Надсадно кряхтя и тихо поругиваясь кузнец медленно пятился к ждущему неподалёку Фидиппиду, волоча за ноги бесчувственное тело Аполлона.

- Надышался гари и снова отрубился! – кивнул на златокудрого мученика кузнец. – Помоги мне его на подъемник положить. Давай, бери скорее его под руки…

Таким вот кандибобером воздушный боец был водружён на летающее серебряное блюдце рядом с задней конечностью Цербера.

- А теперь полетели! – улыбнулся Гефест и, подождав пока марафонец неуклюже заберётся на волшебное средство передвижения, звонко щёлкнул пальцами.

Через десять минут они уже были на светлом Олимпе.

***

Светлый Олимп встретил их жутким душераздирающим воем и выглядывающей из-за ближайшей колоны перепуганной физиономией Диониса, с заплывшим синим фингалом под правым глазом.

- Что, сильно лютует? – сочувственно глядя на покровителя виноделия спросил божественный кузнец, сгружая вместе с Фидиппидом пострадавшего воздушного аса на мраморный пол.

- Не то слово… - поморщился Дионис, касаясь напухшего синяка. – Обещал лишить всех дипломов и учёных степеней…

- А кто это так противно воет?

- Гера!

- ???

- Под горячую руку попалась…

- А… тогда понятно…

- Он ей клок волос на макушке выдрал величиной с кулак!

- Да-а-а-а… дела…

- И не говори!

- Значит пар всё-таки Зевс из котла выпустил?

- Кто его знает? – пожал плечами Дионис. – Если он устроил крутой разгоняй тем, кто вообще к произошедшему не имеет никакого отношения, то что уже говорить о нас… Ладно, я сматываюсь…

И бог виноделия проворно шмыгнул обратно за ближайшую колонну, видно, почувствовал, шельма, неладное, потому что в следующую секунду на разгрузочной платформе Олимпа возник сам Зевс.